Страницы: (1) 1
RFT10480
 
  • *
  • Статус: ..........
  • Member OfflineПара М+ЖСвободен
Визит к доктору.

Автор: RFT10480 и его величество интернет.
Короткая история на тему принудительной бебификации с пеленанием. Подобные истории очень популярны на зарубежных сайтах, но без пеленания...


Фантазия по картинке от Prim

user posted image

Это сообщение отредактировал *Лёлька* - 15-08-2018 - 19:50
RFT10480
 
  • *
  • Статус: ..........
  • Member OfflineПара М+ЖСвободен
Глава 1.

- А вот и мы Анита! Посмотри милая на него… Он свеж как маргаритка… не правда ли?
- О да! Сессил сегодня очень мил.
- Мы ведь обе ждем с нетерпением, что бы вывести наших девочек в свет.

- Джейн, дорогая, ты выглядишь, сегодня просто завораживающей! - сказала Анита, обняв свою сестру, и страстно прижалась алыми, густо напомаженными губами в затяжном поцелуе. Закончив поцелуй, женщина добавила: «И твоя маленькая девочка, разве она не восхитительная укутанная в эти атласные, голубые оборки. По-моему это платьице и шляпка ей очень идут. Голубой цвет идеально подходит к ее глазам.
- Спасибо Анита.
- Проходите в дом, там будет значительно комфортнее. Сегодня будет довольно жарко. Еще нет и полудня, а уже нечем дышать. Женщины посмотрели на смущенного и находящегося в прострации мужчину, укутанного в кружева и атлас, подобно голубому облаку, а затем, словно беспомощного ребенка взяли его за руки и хихикая, втащили в дом.
- Анита, была ли ты в миссис Чембончуд на завершающих сеансах?
- О да, Джейн.
-Она его, то есть ее, уже преобразила?
- Конечно, моя дорогая! Все прошло на высшем уровне!
-Тогда, мы пришли увидеть твою маленькую девочку. Ты покажешь нам ее?
- Конечно Джейн, как же я смогу тебе отказать в этом, сейчас ты непременно, ее увидишь. Не удивляйся, она очень изменилась, после последнего визита к докторуЧембончуд!
На громкий разговор женщин в комнату тихонько вплыло нечто, похожее на розовый мираж. Сесси сразу проскользнул за спину своей жены, и широкими от удивления глазами наблюдал за происходящим из-за ее плеча. В появившемся существе, полностью укутанном в нежный розовый, блестящий атлас и белоснежные кружева, теперь было абсолютно невозможно узнать мужа Аниты. Он был поражен разительным изменениям своего друга и с нескрываемым интересом разглядывал ее из-за спины своей жены. Пол кардинально поменялся. Теперь он выглядел, как двух летняя девочка переросток в этом торчащем во все стороны, с завышенной талией, платье. Оно, конечно, было пышное от обилия блестящей ткани, но настолько короткое, что из-под него был виден толстый ворох белого шелка и кружев, в который сплелись многочисленные нижние юбки и торчали в стороны, подобно многослойным пачкам балерин. Розовый атлас платья свободно покоился на них. Белые нижние юбки, украшенные кружевными оборками, тихо шуршали при малейшем движении. Но не это больше всего удивляло, а то, что из-под всей этой шелково- кружевной шуршащей массы, подобной морской пене, словно вырастали, трусики под цвет платья, украшенные в том же стиле и теми же оборками, что и весь наряд. Атласные трусы, пузырившиеся толстым подгузником внутри, казались просто огромными, как и шляпка, которая полностью поглотила голову несчастного и даже почти половину его лица. Оно в ней просто утопало. Само же лицо было без малейших следов макияжа, не было, ни пудри, ни тонального крема, ни теней для век, ни тушу, ни даже помады. Впрочем, последнее сисси не мог разглядеть, поскольку почти половину лица его друга закрывал странный ярко желтый предмет. Это была огромная соска-пустышка с колечком, которую Пол жадно сжимал губами и посасывал ее, из-за нее были видны лишь глаза Пола. Взглянув в них Сессил испугался. Друга было совершенно не узнать! Это уже не был взгляд мужчины, а даже не взгляд женщины, в этом взгляде ничего не было от взрослого человека. В них отражалось, лишь какое-то блаженство, покой и умиротворение, и все те чувства, которые лишь свойственные беззаботным маленьким детям.
Сесси выступил вперед своей жены. Он, привычными движениями, ставшими на грани инстинктов, поправил свое широкое платье с пышными нижними юбками, а затем поровнял слегка смятые оборки на наряде и только, тогда позволил себе заговорить. «Пол! Пол! Поллианна! Ты ли это? Что они с тобой сделали?» – сглотнув, спросил феминизированный мужчина своего друга с дрожью в голосе. А затем, уж совсем по-женски, он осторожно коснулся обеими руками, затянутыми в кружевные перчатки, своего лица, покрытого безупречным дневным макияжем, при этом стараясь не коснуться губ, покрытых алой помадой и блеском для губ. После этого позволил себе, посмотреть с нежностью и сочувствием пристально в глаза Пола, как обычно смотрят женщины на страдающую близкую свою подругу.
Когда их взгляды пересеклись, лицо существа перекосилось от ужаса, покраснело и смялось в страдальческой мине. Соска выпала из его рта и повисла на длинной атласной розовой ленте. Он от смущения отвернулся и с воплем уткнулся в плечо своей жены, затянутое в желтый шелк платья, а затем громко по-детски зарыдал.

Сессил внимательно смотрел на подрагивающий желтоватый кончик огромной соски и верхний край большой розовой шляпки его друга или точнее подруги и не знал, что делать. Ему вдруг словно маленькому ребенку тоже хотелось расплакаться, хоть он или она, понимала, что такие большие девочки не плачут.
- Мама, ам! Моя сося…
Женщина обняла с нежностью свою сладкую маленькую девочку, которой стал ее муж. Она что что-то проворковала ласковое до него, поцеловала в обе щеке, а затем вставила в рот ему соску. Мужчина тут же принялся жадно ее сосать громко причмокивая. Плач сразу прекратился, лишь какое-то время доносились всхлипы, а потом и они прекратились. Поллинанна вскоре и вовсе затихла, мерно посасывая свою соску. Она на миг оторвала лицо от груди и осторожно снова посмотрела на гостей. Джейн улыбнулась, и глаза Поллианны улыбнулись добродушной детской улыбкой. Сессил не удержался и тоже улыбнулся в ответ этому существу в розовом наряде, которое было еще совсем недавно, его другом Полом.
« Неужели это, все еще он? Или, уже нет? Неужели миссис Чембончуд действительно его превратила в это? Нет, это добрая женщина не могла с ним такое сделать… Или быть может он сам случайно превратился в это существо…. Эти странные слова женщин и их поведение. Что все это значит? » - размышлял мужчина. Он и сам не раз бывал вместе с женой у этой ласковой женщины, но ничего подобного доктор Чембончуд с ним такого не делала. Сессил хорошо помнил, лишь как она с ним ласково говорила, а он за ней повторял какие-то фразы, пристально смотрел в ее черные, словно бездонные колодцы глаза, не смея оторвать свой взгляд. Единственной странностью было только то, что во время таких бесед его глаза начинали слипаться, и он всегда засыпал. А когда просыпался, всегда чувствовал себя неимоверно счастливым и даже как-то необычно. С каждым визитом к доктору Чембончуд, он чувствовал себя все более необычайно и удивительно , а окружающий мир начал обретать яркие краски. Его тянуло снова поговорить с этой доброй женщиной, что бы ощутить от нее мягкие обволакивающие волны теплоты и нежности. Когда он повторял за ней эти странные удивительные слова, унылая действительность, сразу превращалась в яркий переливающийся калейдоскоп, и Сессил ждал с нетерпением визита к доктору Чембончуд. Мужчина краем сознания чувствовал, что он начинает меняться, но особо не придавал этому значения. Просто когда он пытался думать об этом, его мысли словно натыкались на невидимую преграду, а затем путались и тонули в мягкой вате забытья, а спустя несколько мгновений он думал уже о чем-то другом, очень приятном. После одного из таких визитов к доктору, спустя пару дней, Сесил вдруг понял, что его привычная мужская одежда, вызывает отвращение, потому что она из грубых тканей и унылых расцветок. Ему очень захотелось примерить что-то нежное и яркое. Такая резкая перемена вкусов его насторожила, и он подумал что заболел, поэтому поделился переживаниями со своей женой. Она полностью успокоила мужчину и без лишних церемоний предложила ему примерить одно из своих шелковых платьев, ведь оно из нежного и яркого материала. Сессил вначале пришел в негодование, посчитал переодевание в женский наряд оскорблением и большой глупостью, но когда на другой день, его жена Джейн, невозмутимо снова предложила ему примерить платье, он уже не возмущался, а лишь очень смущался и стыдился, считал это, всего лишь непристойный. Тогда жена, совсем не церемонясь, силой его облачила в женский наряд. Мужчина немного сопротивлялся этому странному действу. А когда это случилось, он вдруг понял, как ему в платье комфортно и уютно, по сравнению с мужской одеждой, и еще оно красивое, чего не скажешь о мужской одежде. На третий день женщина предложила ему на выбор, еще парочку платьев из шелка, мужчина немного поныл, но уже совершенно не сопротивлялся и дал себя спокойно переодеть. А на четвертый день жена ему предложила еще несколько платьев из атласа и он их все охотно принял . На пятый день было очень важное событие, назначен поход к миссис Чембончуд, но не в своей привычной мужской одежде, а в платье. Услышав это мужчина, сразу побледнел и закатил истерику. Потом были длительные уговоры жены, но Сессил не сдавался. Тогда Джейн решила прибегнуть к самому последнему средству, пригрозив мужу, что если он будет себя плохо вести, то навсегда будет лишен этих чудесных вещей из шелковистых, нежных, ярких тканей. Мужчину, уже в тот момент, не смущал тот факт, что эти вещи отнюдь не из мужского гардероба, ему просто было с ними очень хорошо комфортно и стало не на шутку, очень жаль расставаться с чудесными платьями. Он полностью сдался и почти не сопротивлялся, дал себя спокойно одеть в роскошное платье, из ослепительно яркого розового атласа, но жена не собиралась на этом останавливаться. Он сказала, что хорошая девочка не даст себя вывести из дома с неухоженным лицом и руками. Сессил немного поныл, но все же подчинился, сел за туалетный столик и спустя полчаса его лицо было в точности, как лицо его жены, на нем был такой же безупречный дневной макияж в мягких пастельных тонах. Когда за спиной захлопнулась калитка, ему ничего не оставалась, как последовать за своей женой к доктору Чембончуд, упакованным в слои атласа шелка и кружев, с лицом под слоями косметики и накрашенными причудливым узором ногтями. Находясь в платье, на улице, Сессил очень смущался и стыдился, постоянно, то краснея, то бледнея. Но кроме неприятных чувств, были еще и пугающе приятные, разобравшись в них, Сессил вдруг понял, что ему очень нравится, находится среди чужих людей в этом чудесном платье из атласа, кружев и шелка. Ему нравилось как легкий ветерок поддувал под многослойные юбки его шелковистого и нежного голубого наряда, как играл с тонкой тканью, которая переливалась яркими бликами на солнце. Миссис Чембончуд их встретила очень радушно. Он как всегда вовремя беседы с доктором уснул. Когда Сессил проснулся, и попрощавшись с доброй леди, пошел дамой, вместе со своей женой, к своему большому удивлению, он вдруг обнаружил, что уже совершенно не стыдится и больше не смущается своего вида, когда на него смотрят другие мужчины и женщины, короткое платье его совершенно не пугает. Через несколько дней гардероб мужчины полностью наполнился яркими вещами из нежных и приятных телу тканей, а мужские вещи полностью исчезли из его гардероба. К своему большому удивлению, он заметил, что ему их совершенно не жалко, поскольку они стали совершенно чуждыми ему. После еще нескольких визитов к миссис Чембончуд, он больше ничему не удивлялся и не задавал «лишних вопросов» полностью осознавал себя очень юной девочкой подростком, дочкой своей жены. А то, что он когда-то был мужчиной, считал недоразумением. Он больше не хотел им быть, а хотел быть дочерью своей жены, и что бы она о нем заботилась, покупала ему красивые вещи для девочек и наряжала его в них. Однажды ему жена поведала, что его друг Пол вместе с женой стал посещать миссис Чембончуд и теперь он тоже изменился и тоже носит красивые платье. Его теперь зовут Поллианна. Мужчина захотел увидеть своего друга. Вскоре они встретились и подружились, но уже как девочки. Пол или точнее Поллианна всегда была в розовом или красном платьице, тогда как он в синем или голубом. Они вдвоем полностью свыклись с участью уготованной их женами. Теперь же произошло что-то ужасное, и Сессил вдруг понял, что он не только потерял друга Пола, но и подругу Полллианну. В этом в розовом существе было совершенно не возможно узнать ни друга Пола, ни веселой подружки Поллианны, настолько пугающие и разительные были изменения .
Анита улыбнулась и молвила: «Сесси милая, Поллианна теперь полностью изменена и перевоспитана. Она теперь совершенно беззащитна и нуждается во мне. Я теперь ее мама, а она моя крошка, я ее буду такой любить, защищать и лелеять, держать в объятиях и прикладывать к своей груди. Поллианна сейчас очень нежная и чувственная девочка. Я надеюсь Сесси, ты не обижаешься на нее.
-Нет, конечно.
- Прости ее, но Полли немного расстроилась, увидев вас, а точнее из-за того насколько вы отличаешься от нее. Джейн и Сэсси проходите гостиную, я хочу поведать вам о том, что случилось с моим мужем в подробностях, я пока сбегаю на кухню и возьму бутылочку с молочной смесью для Полли.

Две женщины уселись напротив друг друга на мягких удобных диванах. Сиси присели рядом со своими женами. Точнее присел только Сесил, а Пол лежал на кровати, его плечи и голова были на коленях Аниты. Он, громко причмокивая, сосал бутылочку с молочной смесью. Сессил положил свои руки в белых кружевных перчатках на плечо своей жены, затем на них подбородок и осторожно наблюдал за происходящим. Он плотно сдвинул ноги и подтянул их медленно поближе. Он боялся, что бы никто ни увидел его пластиковые трусики. Точнее это были не трусики, а длинные почти до колен панталончики, трусики тоже имелись, но они были под панталончиками. Разумеется, они тоже были пластиковыми. Жена сказала, что эти трусики и панталончики подарок миссис Чембончуд. Эти две вещицы нежно голубого цвета, из тонкого, блестящего, полупрозрачного, приятно холодящего кожу пластика, очень нравились Сессилу. Но они имели парочку несущественных недостатков. Первый из них заключался в том, что в трусиках, что и в панталончиках, имелись внизу тугие резинки, которые очень плотно охватывали гладкие ножки мужчины и немного давили на них. На вопрос к жене, зачем такие тугие резинки, она ответила, что бы не дать ни малейшего шанса для протекания. Вторым недостатком или в определенные моменты достоинством, было то, что полупрозрачный голубой пластик, из которого сделаны обе пары трусиков, громко потрескивал, когда к нему прикасаешься. Поэтому одевание и снимание трусиков сопровождалось громким треском пластика. Этот интимный звук, как и шуршание нижних юбок его платьев, в домашней обстановке, приводил мужчину в восторг, но когда от резкого движения трусики под платьем предательски трещали при посторонних, это приводило Сессила в жуткое смущение. Поэтому он старался двигаться плавно и изящно и также плавно садиться и вставать. Точно также и сейчас Сессил сел, медленно и осторожно, на предложенный диванчик, а затем, плавно сдвинув ноги, подтянул юбки пониже, что бы ни было видно оборок и резинок, штанин пластиковых панталончиков. Он сидел тихонько и ни делал лишних движений, боясь, что бы пластиковые трусики вместе с «мягкой беспомощностью» в которую теперь заключена его птичка не скользили внутри пластиковых штанишек панталончиков, а также что бы они предательски не затрещали. Мягкой беспомощностью Сесил называл мягкие подгузники, которые с недавних пор он носил по наставлению своей жены, тем более, что они всегда выручали в последнее время.
Женщины, обменявшись взглядами, начали свой неторопливый разговор, стараясь его построить таким образом, что бы ни ранить лишним словом изнеженные сердца своих мужей.
- Мне говорили, что доктор Чембончуд делает чудеса, но то, что я сейчас вижу, превосходит все мои ожидания.
- Моя дорогая, ее методика с погружением в глубокий транс полностью себя оправдала и всегда дает безупречный результат по части преобразования мужчин – сказала спокойно хозяйка.
- О да, в этом я теперь тоже убедилась.
- Джейн, доктор Чембончуд большой специалист по части перевоплощений и феминизации. Ее услугами уже воспользовались многие женщины Присссивиля и остались очень довольными преобразованиями своих мужчин. Я же поначалу была немного расстроена результатом, и мне показалось, что она перемудрила с этим гипнотическим воздействием. Лишь спустя некоторое время я смогла по-настоящему оценить то, во что превратилась моя девочка, и какой прекрасной крошкой она стала.
-Анита, сестренка, что же тебя могло расстроить, ведь мисс Чембончуд, всегда гарантирует безупречный результат? Она, что действительно сделала свою работу некачественно!?– воскликнула гостья, всплеснув руками.
-Джейн наоборот, даже слишком качественно! Я просила ее сделать из моего мужа маленькую девочку. Она это и сделала. Но я не ожидала, что она будет настолько маленькой! Мой муж полностью провалился в детство! Он почти как младенец!
- Анита, мне очень нравится твоя маленькая девочка. Я тоже себе хочу такую куколку.
- У тебя она тоже будет. Но прежде чем она будет перевоспитана и преобразована, ты должна приучить ее к подгузникам, не просто их носить, а ими пользоваться. Вы носите пластиковые трусики, которые дала вам миссис Чембончуд?
- О да, Анита. Моей Сессилии они очень нравятся.
- А подгузники?
- А как же, конечно же носим. Моя Сесси, к стати, тоже сейчас в подгузнике. Правда вначале были трудности, моя девочка не хотела их использовать по прямому назначению, но после визита к доктору Чембончуд она полностью исправилась, после того как получила еще одни пластиковые трусики, точнее панталончики.
- Вот как, их у вас имеется две пары?
- Да. А что тебя удивляет?
- Ничего. Но, думаю, что через две недельки их ношения, ты можешь уже вести Сесси к миссис Чембончуд. Через парочку сеансов у тебя будет такая же лапочка как у меня.
- Анита, это так прекрасно, что твоя Поллианна хочет быть маленьким ребенком. Она превратилась в прелестную маленькую крошку, это так восхитительно, что маленькой девочке, нужно всегда сосать свою сосочку и быть всегда в мягких подгузничках – сказала Джейн, поправляя накрахмаленный белый воротничок на атласном платье своего мужа. Как только эти слова коснулись его ушей, перед глазами замелькали картинки. Сессил вспомнил, как два месяца назад, ему жена дала удивительные громко потрескивающие трусики из мягкого, очень гладкого, полупрозрачного, голубого пластика. Джейн сказала, что это подарок от миссис Чембончуд. Они ему понравились сразу, и он влюбился в них с первого взгляда. Эта прелестная, переливающаяся вещица из прозрачного оглушительно потрескивающего пластика манила его и гипнотизировала. Сессил сгорал от желания примерить ее. Но жена не спешила ему давать трусики, сказав, что он их получит, только когда позволит надеть на себя подгузник. Сессил хотел запротестовать, но в последний момент передумал и покорился милому чудачеству своей жены, которая его попу сразу упаковала в мягкий подгузник. Когда мягкие липучки подгузника были натянуты и склеены, Сессил уже ни о чем не жалел. Ему очень нравились ощущения, которые давал подгузник. Его мягкие, податливые прикосновения к ягодицам и коже живота приводили в восторг. Его птичка полностью оказалась в мягком и нежном плену этого предмета. А потом жена натянула, громко потрескивающие, пластиковые, блестящие трусики. Сессил восторженно поглаживал их скользкую поверхность, любуясь бликами, которыми блестел на свету яркий пластик, а также слушал ласкающий звук, который они издавали от прикосновений. Этот удивительный предмет полностью завладел Сесилом и окончательно загипнотизировал его. С тех пор он с ними больше не расставался, Джейн ему одевала каждый день его любимые пластиковые трусики вмести со свежим подгузником. Его жена хотела, что бы он подгузники использовал по прямому назначению, писая в них. Мужчина наотрез отказался это делать, стойко терпел и никакие уговоры не помогали.

Это сообщение отредактировал *Лёлька* - 27-08-2018 - 16:46
sosdatel
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Отличный рассказ! С нетерпением жду продолжения.
RFT10480
 
  • *
  • Статус: ..........
  • Member OfflineПара М+ЖСвободен
Глава 2.

Спустя неделю жена объявила, что они должны сегодня навестить миссис Чембончуд. Сесси не возражал, чтобы сходить в гости к этой доброй и ласковой тетеньки. Жена надела ему его любимые пластиковые трусики, любимое голубое платье, синие, мягкие чулочки, любимые синие туфельки с удобным каблучком и накрасила его. Но самое главное, жена не забыла в первую очередь, вложить ему в пластиковые трусики подгузник, который в этот раз был значительно толще и мягче. В миссис Чембончуд было много конфет, а еще он очень много выпил своего любимого виноградного сока, а потом была его беседа с этой доброй леди, во время которой сиси не выдержал и как всегда уснул. Когда Сессил проснулся, и они уже собрались с женой уходить, он ощутил, как его пластиковые трусики набухли и потяжелели. А потом пришло понимание, что это не трусики, а сам подгузник в них увеличился. Мужчина вначале не верил, что во сне можно написать полный подгузник. Но когда он, едва выйдя из дома миссис Чембончуд, к своему большому удивлению, не выдержал и облегчился, неожиданно пустив под себя теплую струю, всякие сомнения развеялись. Но авария не случилось, мягкий подгузник впитал в себя всю влагу до последней капли. Пока они дошли до своего дома Сессил еще раз написал в подгузник. Дома жена ему поменяла использованный подгузник, новым, приятно мягкий, со словами:
- Милый ты стал совсем как маленькая девочка. Как хорошо, что мы тебе одели подгузник.
-Прости милая, я не смог удержаться, все произошло так быстро и незаметно. Джейн, совсем не могу понять, как это со мною происходит. Мне очень стыдно.
- Милый, такая маленькая девочка как ты, не должна стыдиться подобных явлений, причем таких естественных . Ведь ничего в действительности не произошло, подгузник нас спас. А теперь посмотри, что для тебя подарила добрая миссис Чембончуд – сказала женщина и достала из сумки шуршащий пакет, в которой оказались длинные пластиковые панталоны с резинками и украшенные оборками. Панталончики были сделаны из того же громко потрескивающего, голубого, полупрозрачно, гладкого блестящего пластика.
- Сесси ты хочешь их примерить?
- О, да!
Мужчина просунул сначала одну ногу, а потом вторую в штанины пластиковых панталон. Женщин высоко их подтянула, почти на самый живот, который глубокие панталоны тут же плотно охватили. Сразу за этим, послышались громкие щелкающие звуки, словно застегивались какие-то кнопки. Так оно и было, сзади панталончиков действительно имелся ряд кнопок, которые запирают трусы и делают их снятие невозможным. Это понял Сессил позднее, когда не захотел писать в подгузник. Кнопки могла расстегнуть только его жена. Пока он боролся с ними, стало уже слишком поздно, и он не заметил, как облегчился в подгузник. Глубокие панталоны вверху имели вместо резинки тугой резиновый пояс, который натягиваясь, туго охватывал талию мужчины, проходя над пупком, а затем сзади запирался очень тугими кнопками с секретом. Позднее Сессил убедится всю тщетность попыток их отпереть. Ниже пояса панталоны были очень просторными и бахматыми, отчего задница мужчины казалась намного больше и круглее. Блестящий гладкий пластик, не доходя на ладонь до колен, сходился и плотно охватывал ноги, очень тугой и плотной резинкой, а затем распадался на конце оборкой, которая полностью покрывала колено мужчины. Вскоре Сессил понял, что таким не хитрым способом, с помощью этого удивительного предмета туалета, его жена взяла под полный контроль не только его пенис, но и его наслаждение. Пара пластиковых трусиков, вместе с толстым подгузником, начисто лишили его любимой чувственной птички. Он теперь не только не мог коснуться своего пениса, но даже ощутить его. Его дружочек теперь всегда был затянут в мягком и скользком плену, который не давал ни малейшего шанса для ощущений от прикосновений и поглаживаний между ног. Теперь Сессил не мог получить разрядку, когда ощущал сексуальную напряженность. Его птичка, полностью упакованная в толстый мягкий подгузник и покрытая в довершение двумя слоями гладкого скользкого пластика, словно находилась в изящной клетке. Пенис Сессила теперь был надежно заключен в импровизированном поясе верности. Изнывая от желания, он гладил руками скользкий пластик панталончиков, который лишь с шумом скользил по такому же пластику трусиков, в которых и был непроницаемый подгузник. В нем словно в толстой мягкой броне тонули все ощущения от прикосновений, поглаживаний и надавливаний внизу живота. Комнату наполнял лишь громкий треск пластиковых панталончиков и трусиков и больше совершенно ничего. Даже не ощущалось привычного затвердения от сексуального возбуждения. Лишь когда он начинал сильно страдать от желания, внизу чувствовалась сладкая ноющая боль, он жаловался, и Джейн его сразу доила. А потом его попа вместе с его птичкой снова погружалась в тугие, очень мягкие и нежные объятия подгузника, поверх которого женщина обязательно натягивала громко шуршащие пластиковые трусики, а после этого жена на довершение запирала его в пластиковые панталончики. Сессил, таким образом, снова оказывался, упакованным в свой мягкий громко шуршащий пояс верности. Последних две недели он постоянно его носил под платьями. Мужчина изо всех супротивился и не хотел писать в подгузник, но в последнее время он все больше и больше, терял контроль, и это случалось все чаще и чаще. Отношение жены к нему тоже как-то странно поменялось в последнее время. Джейн стала слишком ласковой и сюсюкала к нему, словно к совсем маленькому ребенку.

- Сесси посмотри на свою подруженьку Поллианну, она просто восхитительная милашка, в этом наряде, но ей как маленькой девочке теперь всегда нужно сосать свою сосочку и всегда быть в подгузниках. Милая моя девочка Сесси, а как ты относишься к сосочке?
Как только эти слова коснулись ушей мужчины, с его глаз словно упала пелена, а в сознании словно обрушился невидимый барьер. Картинки воспоминаний, мелькавшие ранее перед глазами, сложились в единую целостную картину, и мужчина быстро вскочил с дивана и уже совершенно не обращал внимания на громкий треск пластиковых трусов под своими юбками. Комната тут же наполнилась рыданиями и из глаз мужчины потекли слезы. Анита сидевшая, напротив, со своим мужем, лицо которого утопало в ее груди, а наружи виднелись лишь пуговицы на спинке атласного розового платья попыталась исправить ситуацию. Она, улыбнувшись ласково сказала:
-Сесси милая девочка, что с тобой? Не плачь милая, вы с Поллианной, все еще лучшие подруги. Ты можешь мне помочь ее переодеть и поменять ей подгузник.
- Нет! Нет! Я не хочу… Я не….
- А что же ты милая хочешь?
- Я не хочу быть ребенком! Я хочу с Поллианной обниматься и играть в прекрасных девчачьих платьях! А теперь этого больше не будет, потому что ... потому что… она больше не любит… ее платья!». Вы женщины отобрали у нас наши кошельки и наши пенисы. А теперь вы забираете у нас девичий мир платьев и нежности.
Голос мужчины еще никогда не звучал так тонко и не был таким девичьим, как и не был так близок к истерике. А потом он и вовсе перешел в женский визг.

Джейн ничего не оставалось, как тоже встать и сгрести в охапку своего мужа упакованного в шелк и синий атлас. Анита тоже встала и обняла свою сестру с ее феминизированным возлюбленным. Они так и стояли какое-то время втроем, обнявшись. За ними пристально наблюдала на диване Поллианна, громко причмокивая соской. Ее широко открытые глаза, обрамленные длинными ресницами, изредка закрывались и отрывались, словно у куклы. На лице было то же блаженное и умиротворенное, добродушное, безмятежное детское выражение. Джейн еще крепче обняла свою сестру. В этот раз эти объятия были крепче, чем обычно, но прижаться к ней плотнее мешала выставленная вперед нога мужа, вырастающая из недр пышных юбок его платья. Анита поймала взгляд своей возлюбленной и кивнула, намекая, что пора приступать к реализации ранее уговоренного плана. Джейн кивнула в ответ, посмотрела на голубую атласную шляпку с оборками застывшую на плече, а затем медленно оторвала подбородок мужа от плеча и пристально посмотрела в его глаза с размазанной вокруг них косметикой. Выдержав паузу, женщина лукаво улыбнулась и уже серьезно молвила: «Сесси милый, ты должен быть послужным! Может мне сейчас следует за тобой поухаживать, как за Поллианной… при посторонних. Тогда ты смог бы держать себя в руках и сдерживать свои бурные эмоции».
Мужчина, снова уподобляясь маленькой девочке заплакав, запричитал: «Нет, нет, я не хочу быть маленьким ребенком», а затем всхлипнул, что бы отдышаться проныл: «Я хочу быть девушкой в ​​розовых и синих платьях с мягкими трусиками!» Он снова громко зарыдал, а потом сквозь всхлипы пропищал по-девичьи: «Джейн, милая, пожалуйста, обещая мне, что не превратишь меня в это… Я не хочу быть этим…» Как только мужчина это произнес, он почувствовал, что его пенис напрягся и теплая струя снова оросила подгузник, который сразу вобрал в себя всю влагу и стал чуточку тяжелей.
- Конечно же милая, все будет как ты захочешь! Никто у тебя платья не собирается забирать, ты их по-прежнему будешь носить – сказала женщина и посмотрела на сестру, та в ответ кивнула и посмотрела на часы. В тот же момент в дверь позвонили. Обе женщины переглянувшись, обрадовались. Анита поспешила открывать. Вскоре послышался знакомый голос, и в комнату вошла миссис Чембончуд. Женщины после приветствий принялись рассыпаться в любезностях к пожилой леди. Мужчины, закутанные в атлас и покрытые оборками, притихли, смотрели друг на друга изучающе.
-Я пришла проведать нашу девочку Поллианну. Анита, как она себя чувствует?
- Миссис Чембончуд, очень хорошо! Я ею очень довольна! Она великолепная, миленькая крошка! – воскликнула женщина, всплеснув руками.

Пожилая леди подошла к укутанном в розовый атлас и кружева созданию, а затем ласково и с нежностью посмотрела ему в глаза. Поллианна просияла беззаботной улыбкой младенца и, вынув изо рта свою соску, протянула пожилой леди. Она взяла в рот предложенную соску, сделала несколько сосательных, а затем, закатив блаженно глаза, видала:
- Ах, какая вкусная сося! Полли любит сосю!
Послышался детский смех, и женщина обратно вернула соску в рот младенцу. Мужчина принялся жадно сосать свою соску, не переставая по-детски нежно улыбаться.
- Ну что ж я очень довольна его изменениями, лицо приятно округлилось, кожа на нем стала полностью гладкой, нежной и розовой, форма губ тоже поменялась, вижу прикус стал тоже полностью детским. Он часто сосет соску?
- Да, миссис Чембончуд. Теперь уже постоянно. Он больше не может без нее обходиться – сказала Анита.
- Очень хорошо. А теперь милочка, будьте так добры, скажите, вы часто даете Поллианне те молочные смеси, которые я вам дала?
- Регулярно, Миссис Чембончуд! Мне кажется, что они положительно влияют на мою малышку. У нее теперь кожа гладкая, нежная и мягкая не только на лице, но и на всем теле.
- Анита вам это не показалось, изменения действительно имеются. Вы пеленаете свою девочку?
- Конечно миссис Чембончуд. Поллианна, тетерь уже спит только в пеленках. Моя девочка вечером очень капризная, поэтому без пеленок не обойтись, на ночь я всегда ее туго пеленаю, а без своей соски, он просто не может уснуть.
-Очень хорошо, Анита, продолжайте и дальше пеленать вашу девочку и как можно дольше держите ее в пеленках. Его изменения уже необратимы и вошли в завершающую стадию, думаю, еще немного сеансов гипнотического воздействия и он будет полностью готов. От Пола ничего не останется, будет лишь Поллианна…
-Он теперь и так, полностью, как ребенок, год от роду не более.
- Анита, я доложу об этом на совете опекунов Приссивиля. Через полгода вы дорогуша, полностью вступите во владение имуществом своего мужа. Он больше никогда не спустит крупные суммы в казино из вашего состояния. Ему теперь не понадобятся, ни карты, ни шлюхи, ни дорогое пойло за 1000 долларов бутылка. Его теперь, будут интересовать другие бутылки, бутылочки с молочными смесями, а также непременно, его любимая соска, яркие игрушки и яркие платьица, все те вещи что интересуют обычных младенцев. От вас лишь требуется забота, ласка и нежность, менять подгузники и туго пеленать, а также гулять с ним. Кстати, вы можете это сделать уже сегодня. Теперь это можно, я вам помогу уложить вашу девочку в коляску, и вы сможете отправиться погулять.
- Правда миссис Чембончуд? – обрадовано спросила женщина.
- Да дорогая, можете гулять, я разрешаю! Кстати, а где коляска, которую подарил вам женсовет Приссивиля?
- Там где и коляска моей сестры, они обе в спальне. Полли очень нравится ее розовая колясочка, она любит засыпать в ней. Я часто укачиваю мою девочку, с помощью нее, когда она начинает капризничать.
- Анита, вы такая хрупкая и сами справляетесь, ведь Поллианна, пока довольно крупная девочка.
- О, Миссис Чембончуд, для меня это легко. Полли к моему большому удовольствию, очень любит пеленаться. Она сама забирается на пеленальный стол, наверх приготовленных и настланных пеленок. Мне остается лишь ее туго упаковать в них, а затем подвести коляску вплотную к пеленальному столику, предварительно отрыв в ней боковую дверцу и перетянуть в колясочку мою малышку. Эти два предмета по уходу за детьми очень продуманы и удобны.

Сессил слушал серьезный разговор, взрослых женщин и теперь в нем, совершенно ничего не мог понять. После того, как в комнату вошла эта добрая, пожилая, леди, его сознание словно заволокло мягкой белой пеленой, а от беседы женщин мужчину начало тянуть в сон. Ровный, монотонный голос миссис Чембончуд его успокаивал и убаюкивал. Хоть он больше не плакал, но слезы на щеках еще не высохли. Теперь мысли Сессила совершенно перепутались, и он к своему большому удивлению, уже совершенно ничего не помнил, из того, что его расстроило. Когда он попытался вспомнить детали, его сознание наткнулось на уже до боли знакомую, невидимую преграду, мужчина сразу сдался и не пытался пробиться сквозь нее, и вскоре уже начал думать о более приятных вещах, например как нежен шелк нижних юбок странного наряда Поллианны. Тем временем пожилая, добрая леди обратила на него пристальный взор своих бездонных черных глаз и ласково спросила:
- Сессилия, милая девочка, почему у тебя на щеках слезки?
Мужчина покраснел от смущения и ничего не смог ответить. Ответила за него его жена:
- Сесси расстроена, тем, что ее подруга изменилась и больше не любит платьев. А еще она думает, что я хочу ее лишить девичьих платьев.
- Сессилия, красавица моя, что за вздор, разве можно обижать такого чудесно ребеночка, как ты, разве можно у такой миленькой девочки забирать ее прелестные платьица! – всплеснув руками, изобразила искреннее удивление пожилая леди, а затем продолжила:
- Уверяю тебя Сесси, Поллианна совершенно не изменилась, она по-прежнему твоя близкая и любимая подруга. Она по-прежнему любит тебя и как и ты, по-прежнему любит шелковые платья. А еще Поллианна очень любит очень мягкие и нежные, как лепестки цветов подгузники, которые своими нежными мягкими объятиями покрывают ее мягкую попу, проходят вокруг животика и под ножками. Ты ведь тоже, как и она носишь красивые трусики с подгузниками под платьицем ?
Мужчина засмущался и весь покраснел, но все утвердительно кивнул.
-Сесси, милая девочка, скажи громко, ты носишь пластиковые трусики, которые я тебе подарила ? – спросила добрая леди.

Этот вопрос привел в еще большее смущение Сессила и он еще больше покраснел. Но все же мужчина собрался с силами и не на миг не переставая смущаться и опустив глаза, тихо произнес :
- Да миссис Чембончуд.
- А что у нашей красавицы в красивых блестящих трусиках? – спросила добрая леди.
От такого вопроса мужчина полностью потерял дар речи и теперь даже боялся поднять глаза. В комнате воцарилась тишина, а Сессил уже хотел заплакать от стыда. Но добрая леди вдруг сказала:
-Вижу что этот вопрос очень трудный для такой маленькой девочки, как ты, поэтому Сесси я тебе помогу. Наша красавица носит под трусиками … По..
-По…
-Под…
- Подгузник – вдруг вырвалось из уст Сессила.
- Вот видишь Сесси как это просто. Ты подтвердил, что тоже как и Поллианна находишься в пластиковых трусиках и в подгузничках. Поэтому тебе стоит признать, что вы по-прежнему близки, поскольку есть вещи которые вас соединяют.
- Но я … я… но – попытался сказать мужчина, но уже не смог больше ничего произнести глядя в бездонные глаза миссис Чембончуд. Он попытался снова собрать свои мысли, но тут же снова облегчился в свой подгузник.
- Ах, если бы я была маленькой как моя Поллианна, я с удовольствием носила мягенькие подгузнички. Моей попке это очень понравилось бы, она бы всегда была бы защищена и сухенькой – сказала Анита, таким тоном и с такой убедительностью, словно всю жизнь мечтала только об этом, а менять подгузники под пышными юбками своему полностью феминизированному мужу сисси ни с чем несравнимое удовольствие.
-Сесси, еще раз скажи внятно, ты носишь подгузники? – спросила пожилая леди.
- Но я… не… я не… попытался возразить мужчина и снова описался в подгузник. Про себя он лишь успел заметить, что если бы не подгузник, стыда бы обобраться, и он уже давно бы наделал здесь изрядную лужу, под свои, чудные юбки.
- Милая девочка никаких «но» и «не» послушные девочки не говорят. Ты слишком маленькая и тебе без подгузника больше нельзя. Ты ведь не хочешь записать все здесь и чтобы твое прелестное платьице с этими прелестными оборками стало мокрым?
-Не хочу миссис Чембончуд – охотно согласился мужчина с пожилой леди, прекрасно понимая, как же она права, а затем снова покраснел и засмущался, поскольку в очередной раз написал в подгузник. Сессил, понял, как много он выпил сока и что не следует так много пить жидкости, когда идешь в гости.
- А теперь моя девочка мы закрепим пройденное, что бы ты стала послушной…Сесси крошка смотри мне в глаза и повторяй:
- Я маленькая девочка…
- Я маленькая девочка - повторил мужчина.
- Мне два годика…
- Мне два годика.
- Я очень красивая, когда в любимых трусиках.
- Я очень красивая, когда в любимых трусиках.
-Сесси любит свои трусики.
-Сесси любит свои трусики.
- Сесси очень хорошо и комфортно в подгузниках.
- Сесси очень хорошо и комфортно в подгузниках.
- Сесси любит мягкие подгузники.
-Сесси любит мягкие подгузники.
- Сесси будет писать только в подгузник
- Сесси будет писать только в подгузник.
-А теперь еще раз…- Я маленькая девочка…
- Я маленькая девочка - снова повторил мужчина, не в силах отвезти глаза и находясь в прострации.
- Мне два годика…
- Мне два годика.
- Я очень красивая, когда в любимых трусиках.
- Я очень красивая, когда в любимых трусиках.
-Сесси любит свои трусики.
-Сесси любит свои трусики.
- Сесси очень хорошо и комфортно в подгузниках.
- Сесси очень хорошо и комфортно в подгузниках
- Сесси любит мягкие подгузники.
-Сесси любит мягкие подгузники.
- Сесси будет писать только в подгузник
- Сесси будет писать только в подгузник.
- Прекрасно детка, а теперь скажи, что будет всегда носить под платьем моя девочка?
- Сесси всегда под платьем будет носить мягкие подгузники и свои любимые пластиковые трусики – сказал мужчина писклявым детским голосом. На лице у него выражался неподдельный детский восторг.
- Куда моя красавица будет писать?
- Сесси будет всегда писать в подгузник.
- Умничка, ты моя хорошая девочка. А теперь пописай в него снова – сказала пожилая леди. Мужчина тут же снова облегчился в подгузник. Как только он это сделал, миссис Чембончуд добавила:
- А теперь милая подойди к своей подружке Полианне и обними ее. Сесси очень скоро ты тоже будешь полностью перевоспитана, и уже совершенно ничем не будешь отличаться от Полли. Вы станете совершенно одинаковыми хорошенькими крошками . Между вами будет снова гармония, полное понимание, вы снова будете дружить, а ваши мамы будут радоваться такими хорошими и послушными девочками.
- Сестренка, я могу тебе даже дать для начала, парочку красивых платьев этого фасона, для твоей миленькой девочки и несколько подходящих под них трусиков. То платье что сейчас на Сесси слишком взрослое, для такой маленькой крошки, нужен более подходящий детский наряд — вдруг сказала Анита.
- Ну же Сесси подойди к ней, не бойся. Полли все еще твоя подруга, она все еще любит тебя своим маленьким женственным сердечком, хоть уже и не может тебе поведать об этом во всех подробностях, но это не беда, самое главное что скоро между вами будет полное понимание – сказала пожилая добрая леди, ласковым голосом.
Сказанное погрузило феминизированных мужчин в раздумья. Пожилая леди и жены сделали паузу и уже ничего не говорили, что бы дать мужьям возможность подумать о вещах, которые для них могут оказаться шокирующими. Но изнеженные мужчины не испугались. Полли не плакала, а что-то весело агукала, словно пыталась о чем-то рассказать своим детским языком. Сессил не убежал, а смело подошел к розовому существу и обнял его. Оно в ответ тоже обняло и счастливо заулыбалось, а затем сказало:
- Полли любит Сесси! Агу!
- Сесси любит Полли! Агу! – сорвалось с уст Сесила. То как он это произнес, и каким детским пискливым голосом пролепетал, его изрядно напугало. Ему казалось, что это сказал за него, кто-то чужой, используя ее уста и язык, настолько неестественный был голос и настолько странная интонация. Но хватило лишь одного взгляда миссис Чембончуд в его глаза , что бы все страхи мгновенно улетучились и вскоре пальцы Сессила играли с мягкими шелестящими краями розового платья подруги. Чем больше его руки погружались в сладостные шелковистые нежные ткани и милые кружева, тем больше его глаза загорались от восторга, он восхищенно гладил гладкую, блестящую, розовую ткань платья, играл с кружевными оборками его пышных юбок. Мужчина на миг остановился и сделал усилие, что бы задуматься, а затем спросил у своей жены:
- Мама, ты купишь мне новое платье?
- Конечно, доченька!
- Я хочу такое как у Полли.
- Моя маленька, хорошенькая модница! Я куплю тебе точно такого же фасона несколько платьев, что бы ты их могла менять каждый день, как твоя подруга.
- И такие же шелковые трусики?
- И трусики и шапочку и все что ты захочешь. Только это будет завтра, после того как мы посетим миссис Чембончуд. Анита тоже туда привезет свою крошку Полли в ее новой колясочке. Сессил еще крепче обнял Пола, облаченного в причудливый наряд, похожий на розовое облако. Он еще не догадывался, что уже через несколько минут он больше никогда не станет прежним, а будет полностью и навсегда изменен. Любящие руки подруги сомкнулись на его спине затянутой в голубой атлас. Сессила больше не смущал тот факт, что рот его подруги запечатанный соской, он снова ощутил покой и единение со своей нежной Поллианной.

Поллианна счастливо улыбнулась, вынула соску из своего рта, а затем звонко по-детски рассмеялась. Она протянула соску-пустышку подруге и вдруг неожиданно по-детски, но выразительно сказала:
-Сесси стать, как Полли . Агу … агу … Сесси стать совсем маленькая… Полли любить Сесси.
Сессил застыл в изумлении и испуге. Он не знал, что делать взять соску или нет. С одной стороны, он боялся этого предмета и краем подсознания чувствовал, что если возьмет его в руки, то переступит невидимую черту, обратный возврат, за которую будет уже невозможен. А с другой стороны он не хотел расстроить свою подругу, поэтому сказал:
- Сесси любит Полли.
- Полли любит Сесси - послышался радостный ответ подруги.
- Агу… агу! – вдруг сорвалось с уст Сессила, хоть он хотел сказать что-то другое. Миссис Чембончуд с умилением смотрела на эту сцену и лукаво улыбалась.
- Полли сосю ам… Сесси сосю ам… Сесси стать как Полли… Сесси стать маленькая… Агу… Агу -сказала восторженно Поллианна и снова протянула соску-пустышку Сессилу.
-Сесси сосю ам – сказала Анита.
-Сесси сосю ам – Сказа Джейн.
- Сесси сосю ам – сказала миссис Чембончуд и встретилась своим взглядом, бездонных черных глаз, с взглядом мужчины, после которого Сессил почувствовал странное непреодолимое желание, которое было трудно контролировать. В первые мгновения он не мог понять, чего он так страстно желает. А еще через несколько секунд все произошло почти на грани инстинктов и очень быстро. Он схватил соску и обеими руками запихнул себе в рот, словно настоящий младенец. Мужчина так и не понял, как в его рту оказалась желтая соска-пустышка Полли. Он, скорее почувствовал, чем понял, что желание исполнилось, и принялся жадно сосать, громко причмокивая. Он жадно сосал и сосал, не в силах остановиться. Лицо Поллианна расплылось в счастливой улыбке, а на лице Сессила отразилось полное удовлетворение. Женщины с умилением смотрели на своих крошек и улыбались. Мужчине же было очень стыдно за свои действия и свое безудержное желание, но Сессил уже ничего не мог поделать, он был полностью под гипнозом этого предмета. Он хотел остановиться и перестать сосать, но уже не мог. Его рот, словно жил своей жизнью, а соска пустышка словно приросла к его рту. Он попытался вырвать соску изо рта, но руки почему-то отказались повиноваться. Сессил продолжая жадно сосать чужую соску, не смея остановиться, словно в этом мире кроме нее ни чего не существовало. Он чувствовал, как его естество начинает сжиматься и уменьшаться, становясь совсем крошечным, а в него заползает, что-то нежное, мягкое и податливое, словно самый мягкий и нежный подгузник в мире. Так бы продолжалось неизвестно сколько, но соску Полли нужно вернуть, она уже сделала свое дело. Сессил в своем состоянии глубокого транса не смог бы разрушить эти невидимые чары, удивительной вещи, как бы ни старался. Волны сладкой неги, которые распространял этот предмет ото рта по всему телу, доставляли ни с чем несравнимое удовольствие. Эта удивительная вещь полностью завладел разумом и телом мужчины. На помощь, как всегда, пришла н добрая леди миссис Чембончуд. В ее руке материализовалась такая же соска только розового цвета и желтой атласной ленте. Женщина ласково сказала:

- Сесси, девочка моя, посмотри, что у меня есть!
Внимание мужчины была на миг отвлечено и этого хватило. В следующий момент женщина принялась раскачивать розовой соской на желтой ленте перед глазами подопечного и говорить ласковые слова, которые вскоре начали путаться и тонуть в забытьи. Глаза мужчины закатились, а еще через несколько мгновений он уснул. Он какое-то время жадно стискивал губами соску пустышку. Когда сон Сессила стал еще глубже, она была извлечена из его рта и возращена Полли. Сессил какое-то время спал стоя, а потом его положили на один из диванчиков в комнате. Когда он, во сне, громко причмокивая ртом, что-то жадно искал и уже пытался разрыдаться, а лицо покраснело, его рот тут же был запечатан розовой соской на желтой атласной ленте. Едва силиконовый сосок коснулся его губ, он не открывая глаз, поднес руки к лицу, и ними плотно прижал к губам, розовый щиток соски, и принялся жадно сосать, не просыпаясь. Вскоре сон мужчины стал глубже, Джейн попыталась вынуть соску изо рта своего мужа, но он сильно сжал ее губами и снова принялся сосать.
Миссис Чембончуд глядя на это, сказала:
- Оставьте Джейн не нужно разрушать прекрасные детские сны.
- Простите миссис Чембончуд, я хотела как лучше.
- Милочка будет лучше оставить как есть. Он теперь уже не сможет обходиться без этого предмета. Я вам дам несколько таких сосок и вы их будете менять. Ваш муж оказался очень податливым и пластичный материалом, сегодняшний сеанс гипноза яркое тому подтверждение. Думаю, десяток сеансов, и вы получите такую же милую крошку, как и Анита. Когда придете ко мне на прием, в следующий раз, со своей девочкой, вы получите все необходимое, включая и молочные смеси, которые будете ей давать.

Глаза Поллианны счастливо улыбались. Она мерно посасывая свою соску, с умиление смотрела на спящую Сиссилию и радовалась что ее ротик теперь тоже закупорен сосочкой и возможно очень скоро ее сладкая подруга станет полностью такой как она и будет совсем маленькой. Между ними будет снова полное понимание и нежная дружба.
sosdatel
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Великолепно! Как ярко и подробно описаны все детали и переживания главного героя рассказа.
RFT10480
 
  • *
  • Статус: ..........
  • Member OfflineПара М+ЖСвободен
Глава 3

Несколько месяцев спустя…

Вспышка прозрения была подобно яркому лучу солнца выглянувшего из-за туч. Чувства и ощущения, которые испытывал в этот момент Сессил, были удивительными и пугающими одновременно. Он почувствовал, что сидит на чем-то мягком, не просто сидит, а частично погружен в него, точнее это мягкое, очень толстым слоем полностью обволакивает его ягодицы, промежность, живот и при этом плотно стягивается вокруг каждой ноги. А еще он ощутил, что его рот заполнен чем-то приятно упругим и вместе с тем, чем-то до боли знакомым. Его полностью закупоренный рот, делал инстинктивно сосательные движения, и это отзывалось успокаивающей приятной негой. Грудь и спину касалось что-то мягкое и шелковистое дающее телу приятную прохладу. Сессил хотел коснуться их руками, но его ладони, лежащие на чем-то тоже мягком, оказались закованные во что-то, такое же мягкое и шелковистое, получилось лишь скольжение и громкие шуршащие звуки. Мужчина попробовал открыть глаза, но сразу это не получилось, кажется, он совсем недавно спал, причем уснул сидя. Когда Сессил открыл глаза и окружающий мир полностью прояснился, то, что он увидел, было не менее чудным и странным, чем его ощущения. Мужчина увидел, что он весь покрыт блестящей небесно голубой материей, кружевами и шелком. Нет, он не был просто в них завернут, а старательно упакован в слоях ткани. Блестящая голубая ткань лежала на толстом ворохе белой, упругой, шелковой ткани перемешанной с кружевами. Эта белая шелково кружевная вздыбленная масса доставала почти до груди и была подобна морской пене или облаку, Сессил словно сидел в нем. Блестящей тканью была покрыта даже его голова. Над его лбом возвышался и немного закрывал обзор тканевый козырек из того же голубого материала. Он был оторочен небольшой оборкой из той же блестящей ткани и подшит белыми кружевами изнутри. Оборка с козырька вместе с кружевом опускалась вниз, проходя возле щек, а затем уходила еще ниже куда-то под подбородок. Вся эта торчащая атласная шелково-кружевная масса шуршала от малейшего движения, а еще где-то далеко под низом что-то громко потрескивало, пластиковым звуком. Этот очень знакомый пластиковый звук, не был жутким, а скорее наоборот, казался очень приятным. Сессил осмотрелся вокруг, насколько позволяла ему его упаковка, блестевшая яркими голубыми бликами. Это была просторная комната, пол которой был покрыт ковром с длинным ворсом. В дальнем углу комнаты на диване он заметил трех женщин, которые оживленно о чем-то беседовали и совершенно не обращали внимания ни на что. Мужчина хотел повернуться и еще посмотреть, что же у него сзади, но тут на одной из стен он заметил огромное зеркало в полный человеческий рос. Ему очень натерпелось осмотреть себя и понять, что же с ним такое странное произошло. Но встать оказалось не просто. Просто упереться в пол руками и подняться, не получалось. Этому мешало две причины. Первая заключалась в том, что толстый ворох ткани, составляющий его нижнюю часть покрытия, оказался слишком широк и толст. Сессил попытался подобрать все эти многочисленные слои к себе, но это оказалось совершенно невозможно. Когда мужчина поднес руки к лицу, то понял вторую причину. Его руки, оказались закованными в длинные до локтя, толи перчатки, толи рукавицы. Они были в точности из такой же блестящей голубой материи, как и верхней слой его одеяния. Сессил присмотрелся и понял, что это совершенно невозможно назвать перчатками, в которых каждый палец разделен и даже варежками, в которых все пальцы вместе, кроме большого, торчащего в сторону. Руки его заканчивались небольшими, раздутыми, шарами из атласной голубой ткани, которые красовались вместо ладоней. Эти шары были мягкими внутри, но вместе с тем тугими, словно плотно набитые ватой, при этом полностью сковали каждый палец на руках. Сессил попытался стянуть странные рукавицы, но они, кроме того что очень плотно сидели на руках, еще и оказались в верхней части стянутыми шнуровками. Тогда он попытался встать, меняя центр тяжести, но то мягкое, что обволакивало его задницу и живот, очень мешало этому и тянуло вниз. Мужчина все тужился и тужился, но ничего не получалось, лишь громкое шуршание слоев ткани, подобно шуршанию сухих листьев и странный потрескивающий пластиковый звук из-под низа. Когда Сессилу с двадцатой попытки все же удалось подняться, и мужчина добрался до зеркала, увиденное зрелище чуть не заставило его снова упасть на пятую точку.

В зеркале отражалась неуклюжая девочка переросток лет двух и повторяла все его движения. И этой девочкой был он! Сессил в этом ни капельки не сомневался. Его удивительная многослойная упаковка из тканей и кружев оказалась не чем иным, как очень пышным детским девчачьим нарядом, который делал его полностью похожим на огромную красивую куклу, в витрине какого-нибудь магазина детских игрушек. Голубое атласное платье имело завышенную талию как платье девочек лет двух или трех. Его лиф был обильно украшен блесками и бантиками. Такими же блесками и бантиками был украшен подол платья и огромные рукава-буфы из блестящей голубой ткани. Они вульгарно красовались на плечах Сессила и были подобны большим блестящим надутым шарам. Внутри рукавом имелись, какие-то тугие вставки, которые не давали рукавам сминаться и держать идеальную форму шара. Из-за этих рукавов мужчина не мог прижать руки к телу, как и опустить вниз их из-за пышных нижних юбок, на которых юбка платья лежала почти горизонтально. Сам же толстый слой нижних юбок из громко шуршащего белоснежного шелка и таких же белоснежных кружев образовывали фантастические кринолин платья, который был подобен нескольким сшитым вместе многослойным упругим пачкам балерин, которые с громким шуршанием сразу возвращались в прежнее почти горизонтальное состояние и обретали круглую форму, после прекращения на них надавливания. Ладони, заключенные в упругих, мягких, голубых шарах, странных атласных рукавиц, просто покоились на верхней атласной голубой юбке платья. Сам же толстый слой нижних юбок, состоящий из сплошных шелковых оборок и кружев доставал до средины бедер. Это хоть и скрывало полностью ягодицы, но не скрывало огромных атласных трусиков, пузырившихся толстым подгузником внутри, который был наполнен влагой и от этого неприятно тянул к низу. Атласные голубые трусики были украшены теми же оборками что и подол атласного платье и даже края оборок были подшиты теми же кружевами что и весь наряд. Голова девочки смотревшей из зеркала была упакована в огромную детскую шляпку, в ней лицо Сессила просто утопало. Большой детский головной убор, не трудно догадаться, был из того же блестящего голубого атласа, что и платье и трусики, и разумеется, оформлен теми же бантиками и оборками, которые подшиты теми же кружевами. Сама же детская шляпка своим козырьком напоминала дамский капор, которые дамы носили полторы сотни лет назад. Ноги были затянуты до колен в белые блестящие нейлоны и обуты в черные лакированные туфельки Мери Джейн с ремешком, которые любят покупать заботливые бабушки своим внучкам. Предметом, который венчал весь образ, была огромная желтая детская соска-пустышка, которая надежно запечатала рот Сессила.
Сзади тихонько подошло существо, стало рядом возле него и принялось тоже себя рассматривать в зеркале. Оно было, как две капли похожее на преобразившегося Сессила, такая же маленькая двухлетняя девочка-кукла. На ней было точно такое платье с теми же пышными юбками, трусики с пузырящимся толстым подгузником, шляпка. Все эти детали туалета были того же фасона оформленное теми же бантиками, оборками и рюшами. И даже в трусиках потрескивало, также как у него. Отличие было только в цвете нарядов, все остальное было совершенно одинаковым. У Соссила туалет был голубой, у Пола розовый... Но огромные соски-пустышки во рту на вид совершенно одинаковые...

У Полла?!!! ...у Полла!!! - пронеслось в голове мужчины, а затем что-то щелкнуло в ней и все воспоминания вернулись.
Мужчина покраснел от злости, он вспомнил все до мельчайших подробностей, от того дня, как надел свою первую юбку до первого подгузника. Вспомнил, как он обнаружил в себе странную тягу к женским вещам, как жена потакала его извращенной странности, как с каждым месяцем наряды на нем начали меняться и становиться для девочек, все младше и младше, и он этому совершенно не противился. Когда же жена надела не него подгузник, этим она окончательно закрепила его состояние маленькой девочки. И вскоре Сессил уже ничего с этим не мог поделать, поскольку совершенно не мог, обходится без подгузников, а затем окончательно начал скатываться в детство. Он вспомнил, как однажды пришел к своему и другу или точнее давно подруги и ее уже не застал. Вместо нее там было какое-то существо, почти младенец, вечно сосущее свою соску. Мужчина вспомнил, как просил свою любимую женушку не лишать его платьев и не превращать его в “ЭТО”. Платья ему, конечно, оставили, но они стали “более подходящего фасона” для его возраста. Не смотря на все заверения жены, не превращать его в “Это”, он все же постепенно и незаметно стал “Этим». Сессил, за те несколько прошедших месяцев, почему-то совершенно не помнил свой переход в состояние младенца и только теперь смог увидеть жуткий результат творений женщин, то кем он теперь стал и то кем стал его друг Пол Никс по кличке “Ред Бул”, жуткий повеса, пьяница и завсегдатай разных игровых заведений. Теперь вместо игровых заведений у него детская игровая комната маленькой девочки, вместо девочек-куколок, настоящие куклы “Барби”. Им не нужно покупать дорогие ювелирные украшения и модные шмотки. Одежда и украшения были в коробке или в комплекте с красивыми куклами, которые покупала ему жена. А еще они оба, к своему большому удивлению, очень любят переодевать их и играть со своими любимыми куклами. Страсть к куклам у него пришла так же незаметно, как и страсть к платьям, как и осознание себя, маленькой девочкой. А еще Пол, как впрочем, и он Сессил, больше не курит дорогущих кубинских сигар. Теперь их губы сжимают детские соски пустышки. Мужчины больше не пьют текилы, хенеси и дорогущего ирландского виски, а пьют на радость своим женщинам, лишь молочные смеси, которые прописала добрая леди доктор миссис Чембончуд. От этой женщины исходила не только доброта, но какая-то неземная сила, которая заставляет беспрекословно подчиняться и неумолимо изменяться шаг за шагом. Эти метаморфозы были совершенно незаметны и очень приятны, лишь в короткие моменты прозрения, как этот, Сессил понимал, что он все глубже и глубже погружается в детство. Теперь он знал, что совершенно ничего не сможет поделать со своим состоянием маленькой девочки, точнее уже младенца. Ему лишь остается отдаться в заботливые руки своей мамочки, как впрочем, и его другу своей. Мужчина от безысходности громко выругался, но запечатанный рот соской выдал лишь мычание. Он посмотрел на себя и на рядом стоящее существо, которое когда-то было его другом, и тяжело вздохнул. Мужчина видел, что стал тоже, в точности таким же как Пол! Он понимал, что тоже теперь, как и полагается младенцу, совершенно зависимый от женщины и от ее заботы. Упакованный в мягкие подгузники заботливой и любящей мамочкой, он теперь не сможет обходиться без этих необходимых мягких вещичек. Весь покрытый слоями атласа, кружев и шелка, Сессил понимал, что ему самому никогда не избавиться от этой красивой упаковки из тканей, в которую может упаковать только женщина. Его рот закупоренный предметом, которому нет места в жизни взрослого мужчины, тоже подвластный женщине. Именно у нее всегда отыщется эта очень нужная и полезная вещица, которая полностью запечатает рот, что бы принести покой и умиротворение.

Его друг Пол и теперь уже подруга Полли из-за своей огромной соски улыбнулась. Сессил в ответ тоже улыбнулся. Пополневшие розовые щечки и глазки Поллианны расплылись в счастливой беззаботной детской улыбке.
Сессил попытался вытолкнуть соску изо рта, но она не поддалась. Его рот не стал слушаться... Губы по-прежнему сжимали огромный силиконовый сосок, а тяжелый желтый пластиковый щиток соски оставался плотно прижатый к ним. Рот Сессила словно жил своей жизнью и продолжал совершать мерные сосательные движения. Тогда мужчина решил выдернуть соску руками, потянув за колечко соски-пустышки, но руки отказались повиноваться и он их не смог приблизить даже к лицу. Тогда, как, поправить юбки или коснуться шляпки, он мог с легкостью. Это было похоже на какое-то наваждение или волшебство, при попытке избавиться от соски, его руки сразу деревенели и совершенно не слушались. Сессил вдруг обнаружил, что может надавить языком на силиконовый сосок соски и он решил попробовать еще один способ. Мужчина весь покраснел от напряжения, он мычал и кряхтел, но ничего не получалось. Он лишь в очередной раз описался, но никто этого совершенно не заметил, поскольку подгузник его спас, лишь чуточку потяжелев. Но после двух или трех десятков попыток, соска с громким хлопком выскочила из его рта, подобно вылетевшей пробке из бутылки шампанского. Она устремилась к потолку, потом смешно два раза перевернулась в воздухе и упала куда-то за кровать. Привлеченные резким звуком, оживленно беседовавшие женщины на диване, обратили на них внимание.
-Что вы ведьмы с нами сделали! Верните нам нашу одежду! - закричал Сессил. Но вместо этих слов из губ мужчины, вырвалось какое-то агуканье и детский лепет, в котором невозможно было разобрать слов. Сессил попытался снова что-то сказать, и снова послышались те же странные звуки, которые издают обычно маленькие дети. И мужчина вдруг понял, что он уже не может говорить. Он уже не знал, как складывать слова из слогов, а слоги из звуков. Все что Сессил пытался сказать, у него совершенно не шло, дальше бурных эмоций, пищащих и агукающих детских звуков. Еще после нескольких попыток, он окончательно убедился, что совершенно утратил дар говорить, он не просто разучился, а совершенно все забыл, словно это умение стерли с его памяти или скорее оно там и вовсе отсутствовало. Сессил завизжал от ужаса, но вместо, этого послышался лишь громкий детский плач.
Ах? бедная моя крошка Сесси! Полагаю, ей приснился дурной сон - сказала одна из женщин всплеснув руками. Сессил узнал ее, это была его жена Джейн. “Нет, это была его мамочка Джейн!” Она протянула руки вперед, маня к себя. Феминизированный мужчина мимо воли, устремился к ней. Женщина радостно обняла свою девочку и принялась ее целовать и ласково успокаивать. Он сразу почувствовал в ее руках покой и ласку. Но Сессил кроме этих чувств ощущал, что ему чего-то не хватает очень важного, но он не мог вспомнить чего. Совсем недавно оно было с ним, а теперь он испытывает пустоту из-за его недостатка.

-Такие маленькие девочки не должны засыпать сидя. Маленькие детки, когда устанут должны быть непременно спеленаты и спать в пеленочках, тогда им не будет сниться жуткие взрослые сны - сказала вторая женщина, а затем добавила:
-Полли, моя милая крошка, ты очень устала, нам пора пеленаться. Сейчас мы нашу маленькую девочку разденем, и она пойдет в пеленочки. А пеленочки мягонькие и нежные как лепестки роз. Наша ляля будет баиньки в пеленочках.
Вторую женщину Сессил тоже узнал, это была кузина его жены, Анита или теперь уже мамочка Поллианны. Она сразу принялась раздевать свою любимую девочку. Пол послушно подчинялся и выполнял все ее команды, не выпуская изо рта и мерно посасывая свою соску. Женщина расстегнула два десятка перламутровых пуговичек на спинке платьица Поллианны, развязала огромный бант на завышенной талии, а затем потянула длинную молнию от шеи до талии, и только потом сняла розовое атласное платье. Затем расстегнув множество застежек и пуговичек где-то в белом ворохе шуршащей ткани, также через голову своей девочки, сняла три пышные многослойные нижние юбки. Глядя на это, Сессил в очередной раз убедился, что ему самому никогда не выбраться из этих слоев ткани странного наряда. Ведь на нем такое же платье с бантом на спине и двумя десятками таких же пуговичек и разумеется под ним, тот же толстый слой переплетенных в единое целое нижних юбок. Все это может снять только та женщина, которая с ним все это сделала, старательно упаковала его во все это. Вскоре последовала очередь больших атласных трусиков. Под ними оказались трусики из прозрачного розового пластика, сквозь который отчетливо просматривался рисунок маленьких смешных ягнят на толстом подгузнике. Эти трусики громко потрескивали, когда Пол шевелился. Теперь Сесил окончательно понял, причину потрескивания у него там, где-то внизу, под пышными юбками. Поллианна стояла в одних пластиковых трусиках и подгузнике, хлопая длинными ресницами, как кукла и мерно посасывая свою соску.
sosdatel
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Написано как всегда хорошо, но сегодня получилось по моему коротковато. Может это вступление перед большой главой?))
RFT10480
 
  • *
  • Статус: ..........
  • Member OfflineПара М+ЖСвободен
(sosdatel @ 02-09-2018 - 00:07)
Написано как всегда хорошо, но сегодня получилось по моему коротковато. Может это вступление перед большой главой?))

Да конечно, следующая глава будет завершающей
sosdatel
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Жду с нетерпением. Я уже писал что я любитель пеленания, надеюсь что следующая глава будет посвящена пеленанию)))
RFT10480
 
  • *
  • Статус: ..........
  • Member OfflineПара М+ЖСвободен
Глава 4.

Анита принялась что-то настилать на одной из кроватей, какие-то куски ткани похожие на простыни. Когда Сессил присмотрелся, то с удивлением понял, что если судить по кружевным краям, то это вовсе не простыни, а скорее пеленки, только большого размера. Женщина старательно настилала их друг на друга, причем материал их чередовался, половина их была фланелевыми, а половина из мягкой бязи, но самая нижняя была из белого атласа, но почему-то без кружевной отделки. Пеленок он насчитал больше дюжины...
“Черт возьми, неужели она действительно собирается его спеленать во все это! - пронеслось в голове мужчины. Но выразить свои эмоции мужчина не смог, с его уст, запечатанных соской, сорвалось лишь какое-то детское мычание.
После того как Анита просюсюкала что-то ласковое и поцеловала Пола в обе щеки, он послушно лег сверху, на гору приготовленного белья. Женщина быстро сняла пластиковые трусики и тяжелый наполненный подгузник, а затем принялась старательно обрабатывать лосьонами, пудрами, присыпками и кремами ягодицы, промежность и яички мужчины, которые были гладкими и начисто лишенными волос. Она чуть больше уделила внимание стволу, и он на глазах быстро вырос, а затем выстрелил высоко вверх густой белой субстанцией. Женщина старательно вытерла пенис салфеткой, а затем прижала его к животу и заключила в толстый подгузник, половину которого просунула в промежность ног, а когда он полностью охватил и ягодицы Пола, Анита натянула резинки липучек и старательно их склеила. После этого задрала его ноги вверх, осмотрела и провела рукой сзади и спереди подгузника, что убедиться насколько хорошо он сидит, на попе, животе, с боков и между ног. А затем женщина старательно поправила резинки подгузника, которые плотно охватывали ноги мужчины, при этом их, натягивая и отпуская и местами, подтягивая слегка вниз. Затем пластиковые, громко потрескивающие трусики вернулись обратно, полностью покрыв, своей блестящей, полупрозрачной, розовой, гладкой и скользкой поверхностью, весь подгузник, с рисунком веселых зайчат. Анита провела руками по ним, что бы удостовериться, что попка и животик ее малышки теперь идеально упакованы, без малейшего шанса для протекания. Женщина уделила особое внимание резинкам трусиков, которые были значительно туже и плотнее чем в подгузнике. Она их тоже поправила и местами слегка подтянула вниз. При этом все ее движения сопровождались громким треском пластика. После этого на голову Пола была одета и завязана, плотная детская шапочка, полностью покрытая рядами белых кружевных рюш или скорее оборок. Этот детский головной убор очень напоминал какой-то капюшон, поскольку не только полностью покрывал голову Пола, но и часть лба, половину щек и сходился под подбородком. Край этой шляпки был оформлен кружевной оборкой, в точности такой же, которые рядами покрывали весь головной убор. От этого, лицо мужчины оказалось, красиво обрамлено кружевом. Затем последовала очередь длинной, белой, ночной рубахи с капюшоном. Анита сноровисто натянула ее на своего подопечного, словно чехол, а затем подоткнула длинный кружевной подол, свисающий с кровати, под мужчину. Женщина проверила завязки шапочки, а затем натянула на голову Пола капюшон длинной ночной рубашки и завязала его завязки под подбородком. Края капюшона были обшиты в точности тем же кружевом, что и шляпка, поэтому они слились в единое целое и теперь представляли собой двойную кружевную оборку, которая красиво обрамляла лицо мужчины, проходя по лбу, щекам и сходилась под подбородком. Анита уже в который раз залюбовалась произведенным эффектом кружевами, затем продолжила дальше. Она принялась старательно заворачивать свою девочку в постельные принадлежности, на толстом ворохе которых она лежала. Первой пеленкой женщина плотно стянула ноги в ночной рубашке, по сути, плотно завернув его в мягкую бязь до талии, затем такой же пеленкой по грудь. Затем третьей старательно припеленала руки мужчины к туловищу, а четвертой уже спеленала полностью с головой. Пятой была, уже пеленка с мягкой белой фланели, ею тоже был Пол спеленат полностью с головой.

Сессил с изумлением смотрел на это действо. Он заворожено наблюдал за тем, что делала Анита с его другом. Мужчина не заметил как из его рта потек ручеек слюны и скатился на пол, не заметил он и того, как в очередной раз описался. Мягкий подгузник, который в очередной раз, чуточку потяжелев, снова впитал в себя влагу до последней капельки и вместе с пластиковыми трусиками не дал ни малейшего шанса просочиться ей наружу.
Тем временем после очередных вращений и переворачиваний его друг был спеленат в еще одну пеленку из бязи, за которой последовала очередная пеленка из мягкой фланели, которой его женщина старательно спеленала с головой. Анита пеленала с упоением. Это было видно по ее лицу, на котором сияла блаженная улыбка удовольствия. Поллианна или точнее Пол, тоже улыбался счастливой детской улыбкой, не выпуская свою любимую соску изо рта. Ему, кажется, очень нравилось то, что с ним делали. Анита старательно натягивала, каждую пеленку и разравнивала ни ней каждую малейшую складочку, от этого пеленание получалось безупречно тугим и плотным. Ворох постельных принадлежностей постепенно таял, а Пол превращался в мягкий и вместе с тем плотный сверток. Когда на кровати не осталось ни единой пеленки и его завернули в последнюю из атласа пеленку, на кровати уже лежал, совершенно неподвижный белый блестящий кокон с плавными обводами, из которого было лишь видно лицо мужчины, обрамленное двойной кружевной оборкой. Голова Пола плавно перетекала в плечи и туловище, точнее, в уже продолговатый предмет с округлыми плавными формами, который также плавно сужался и закруглялся, в самом конце, где должны были, заканчиваться ноги мужчины. Женщина несколько раз удовлетворенно провела руками вдоль полностью спелёнатого тела, словно разравнивала на идеально белой атласной поверхности невидимые складочки, а затем чуточку отошла от кровати и залюбовалась своим творением.
-----------
К кровати подошла другая женщина, но постарше и тоже провела руками вдоль спеленатого тела и удостоверившись в безупречности результата заключила:
-Идеально! Безупречное пеленание Анита!
- Благодарю вас миссис Чембончуд.
- Я приятно удивлена, вы спеленали своего ребенка настолько хорошо, что ткань держится плотно и надежно, даже без перевязывания.
- Миссис Чембончуд в этом нет необходимости, поскольку моя крошка, полностью мумифицирована.
-Моя дорогая вы ее превратили в мумию?
- Простите, миссис Чембончуд, я немного неправильно выразилась. Моя красавица сейчас находится в тугом коконе из пеленок, как полностью окукленная совершенно беспомощная гусеница в куколке, поэтому всякое перевязывание не имеет смысла, я лишь перевязываю пеленание на ночь, когда пеленок значительно меньше. Сейчас кроме большого количества пеленок я воспользуюсь вашим подарком миссис Чембончуд, ведь сейчас на дворе довольно холодно. Мы сейчас все вместе идем гулять. Я очень надеюсь, что вы поможете моей сестре и подруге. Ведь ее девочка еще ни разу не была в пеленках. Я очень хочу, что бы она сегодня, тоже пошла, гулять со своей крошкой. Пусть это будет наш первый совместный выход в люди.
- Я, Анита с удовольствием помогу вашей сестре Джейн, а если понадобится и вам тоже. Моя девочка, вы мне лучше скажите, где вы научились такому безупречному пеленанию.
Этому методу пеленания меня научила одна пожилая леди, ее зовут Тереза Найтли.
- Это та, которая помешана на мехах и дорогих парфюмах.
- Да миссис Чембончуд.
- Как же, как же, очень хорошо знаю тихоню Терезу, она на несколько лет моложе меня. Впрочем, ее знает весь Приссивиль. Она феминизировала своего мужа и сына, несколько необычайным образом, но вначале она держала их пару лет в пеленках, хоть терапевтический эффект давно подошел к концу. Причина, по которой она обратилась ко мне, оказалась несколько щекотливой и о ней не принято говорить вслух.
-Что вы имеете в виду миссис Чембончуд?
- Причина до боли тривиально проста: что муж, что сын, совершенно не уделяли внимания женщинам и совершенно ими не интересовались. А это крайне недопустимо в обществе Приссивиля, где балом правит женщина.
-Как это могло случиться?
-Они оба оказалась содомитами...
- Этого не может быть!
- Поверьте, мне нет никого смысла вас обманывать. Если хочешь, можешь об этом спросить Терезу, думаю, она охотно поделится с вами своим опытом преобразования мужчин, но вначале по просьбе Терезы, с помощью моих методик, мужчины постепенно полностью провались в детство. Они даже не заметили свой переход из маленьких девочек в совсем крохотных девочек, а затем также не заметили, как оказались в пеленках. Через пару лет я им вернула прежний облик, но Тереза услышала о моих новых методиках феминизации, решила их тоже попробовать на своих мужчинах. Но пришлось внести коренные поправки согласно желаниям Терезы, в результате которых я изобрела чудесный прибор. Разумеется, мужчины сразу стали совершенно другими, поскольку их образы обрели экстравагантность или точнее эпотажность для здешних мест. Теперь после преобразования, что сын, что муж, тоже полюбили меха и парфюмы и разумеется, женские модные наряды. А еще их пенисы и анальные отверстия стали под полным контролем Терезы, точнее они всегда закупорены плотными и тугими затычками, которые вынуть может лишь их госпожа. Пробками закупорены не только анальные отверстия, но и отверстия в пенисах. Причем сами пенисы, находятся, всегда на виду и помещены в специальные затягивающиеся, как корсеты чехлы, с мехово оторочкой с двух концов. Для этого, будь-то платье, или юбка, или даже панталоны, всегда в них имеются специальные отверстия, что бы торчащий член туго затянутый в чехол, был всегда снаружи, при этом, если, ствол мужского орудия весь покрыт плотной тканью чехла под цвет наряда, головка пениса всегда обнажена. Но изюминкой во всем этом действе, специальная серебренная затычка, плотно вставленная в канал пениса. С нее, на самом конце головки члена, свисает серебряная цепочка длинной в полметра, в самом низу которой закреплено ювелирное украшение, в виде обрамленного серебром крупного изумруда. Под низом камня имеются небольшой колокольчик, который нежно звенит от малейшего движения. Избавиться от подобного приспособления, абсолютно невозможно, без специального приспособления, поскольку это вызывает жуткую боль, если случайно коснуться затычки или резко потянуть за цепочку. Но вскоре муж и сын приловчились к странному дополнению к своему телу и с легкостью научились передвигаться с цепочкой, на конце торчащего члена. Они уже не чувствовали дискомфорта будь то одетыми в роскошный дамский наряд или в панталонах пажа с камзолом и меховой накидкой. Вскоре, они и вовсе полностью чувствовали это украшение, как часть своего тела от верхнего звена цепочки до кончика колокольчика, звенящего от каждого шага. Независимо от того переодеваются они в другой, более подходящий наряд случаю, или уже послушно следуют, полностью переодетыми в вычурные наряды за своей госпожой, ни что не вызывало особых трудностей для ношения этих звенящих дополнений. И когда, раз в несколько месяцев, для очистки и профилактики я снимала эти девайсы, мужчины всегда очень страдали, словно я лишала их полностью члена. Но когда их пенисы оказывались снова закупоренными, а на кончиках их, снова начинала покачиваться длинная цепочка и звенеть нежно колокольчик, мужчины снова были счастливы. Муж и сын Терезы Найтли вначале очень смущались и боялись даже показываться на людях после проведенных над ними изменений. Но после одного лишь дополнительного сеанса гипнотического воздействия, все стеснения словно испарились и мужчины даже гордились своим дополнением и хвастались им перед другими сиси.

-Миссис Чембончуд, это наверное очень смешно мужчины… с бубенцами на члене. По крайней мере, это должно смешить других мужчин.
-Моя милая Анита, смеяться над подобным другие мужчины Приссивиля не посмеют, поскольку завтра их может постигнуть та же участь. Что касается женщин, то они к этому явлению подходят более или менее практично. Подобные приборы я установила еще дюжине мужей моих клиенток. Этот девайс, помещенный на конце полового органа мужчины, не только позволяет контролировать его наслаждение, но и менять его пагубные сексуальные наклонности. Это устройство имеет специальный клапан, который позволяет справлять физиологические потребности и открывает отток сперме, когда в анальной затычке работает специальный вибратор. Это единственный способ получения наслаждения для подобного подопечного, в остальных случаях прикосновение к члену, не покрытому чехлом, вызывает жуткую боль. Поэтому мужчина бережно относится к этому украшению и даже не пытается снять имплантированный в его пенис прибор. Поскольку этот раскачивающийся предмет постоянно держит подопечного в состоянии глубоко особого транса, то мужчина будет всегда абсолютно покорный и послушный женщине, своей госпоже. Им можно с легкостью управлять, как домашним роботом. Поэтому многие домохозяйки не спешат избавить своих мужей от подобного прибора, даже после полного завершения терапевтического воздействия. Многие мужчины, всегда сочувствуют подобным измененным, как подвергнутым, изысканной пытке. Но всегда находились и такие мужья, с покладистой натурой, которые завидовали и мечтали тоже обзавестись таким же чехлом для члена и таким же украшением, вставленным в головку пениса, что бы стать не только полностью зависимым от женщины, но и быть полностью в ее рабстве.

- А как же превращение в ребенка миссис Чембончуд? – спросила осторожно Анита.
- Для вашей ситуации, без него ни как. Вы сдали последний экзамен моя девочка! Изменения вашего мужа уже не обратимы. Он теперь навсегда останется младенцем и теперь не только полностью зависим от вас, но и не сможет, обходится без вашей заботы о нем. Вы можете его наряжать в красивые платья, но ему теперь всегда будут нужны пеленки, новые подгузники, а также его соска. Разумеется его «птичка» будет всегда в безупречном состоянии, и ею вы всегда сможете воспользоваться, когда того пожелаете. Только теперь ее придется доить значительно чаще. Рекомендую не заставлять долго страдать вашу крошку от сексуального напряжения, это плохо будет отражаться на ее аппетите и характере. А теперь о другом… Документы и заключения специалистов будут полностью готовы через неделю, думаю, в конце месяца вы станете полноправной владелицей имущества своего мужа.
- Еще раз благодарю миссис Чембончуд.
- Будете благодарить Анита, когда все преобразования закончатся.
- Доктор, цены за ваши услуги остаются прежними?
- Да моя дорогая. Я вам даже сделаю скидку в 10%, поскольку вы привели ко мне еще одну женщину, которая нуждается в моей помощи, и эта женщина ваша сестра и близкая подруга. С оплатой второй половины счета можно не спешить, ее вы оплатите, когда на руки получите контрольный пакет акций предприятий вашего мужа, тоже самое, касается и вас Джейн. С оплатой второй половины можно тоже повременить и вы тоже получите 10% скидки, поскольку вы меня познакомили с очаровательной и мудрой Эммой. Завтра она придет со своим ненаглядным ко мне на первый сеанс.
Сессил, полностью пораженный недавно увиденным зрелищем, так и стоял и смотрел на белый, блестящий кокон, который лежал совершенно неподвижно на белом атласном покрывале огромной кровати. Этот тугой сверток постельных принадлежностей, в который был превращен его друг Пол или уже подружка Поллианна, словно хотел слиться с кроватью, полностью провалиться в нее. Но белая атласная постель не спешила забирать в свои недра, что бы полностью и без остатка поглотить его. Мужчина заметил, что любуется этим идеальным, белым, блестящим, безупречным коконом, с плавными округлыми обводами. Этот предмет манил и гипнотизировал Сессила своим совершенством. Но это совершенство кокона, немного портила небольшая деталь: на его безупречной белой поверхности ткани, было лицо Пола, обрамленное кружевами, с ярко желтой соской во рту. Оно казалось несуразной маской и чем-то чуждым на нем. Но чем больше всматривался мужчина в этот удивительный предмет, тем больше этот недостаток, казался несущественным. Сессил чувствовал, что в нем зреет сильное желание, но какое он не мог понять, а вместе с ним пришло дикое сексуальное возбуждение, от которого очень сильно и сладко заныло, где-то под многослойными юбками в трусиках. Мужчина мимо воли любовался этим белым блестящим предметом и чем больше он это делал, тем больше желал. Смысл желания он совершенно не мог понять. Но когда Сессил пытался это сделать, его мысли сразу натыкались на невидимую преграду и мгновенно тонули в мягкой тугой вате забытья, после этого разум снова возвращался в исходное состояние и взор мужчины, снова гипнотизировал белый кокон.
Сессил, в тот момент, вообще не мог понять, что больше всего хочет. А его страстное желание, спрятанное и заблокированное глубоко в подсознании, в действительности заключалось в том, что бы плотно укутали и туго упаковали в слои мягкой ткани, что бы его тоже превратили в такой же белый блестящий кокон, в идеальный предмет. Но этого он не мог понять умом двухлетней девочки, и эта мысль ,была ему полностью недоступна. От напряжения Сессил снова пописал в подгузник. Он лишь мог на уровне подсознания жалеть Пола и завидовать ему, как завидуют маленькие девочки своим маленьким подругам, когда у них есть, что-то новое. Вскоре ему действительно стало, очень жаль Пола, из-за то, что с ним сделали, а потом стало очень жалко и себя. В комнате послышался громкий, слегка басовитый детский плач.
- А кто это так плакунькаяет. Что расстроило нашу бедную девочку. Я знаю, чего она сейчас, больше всего хочет – принялась сюсюкать добрая леди.
-Агу!...агу – пожаловался Сессил.
- Знаю, знаю моя милая, чего больше всего тебе сейчас нужно – сказала миссис Чембончуд, а затем в ее руках материализовалась соска-пустышка с ярким желтым колечком и ярко желтым щитком, на белой атласной ленте.
- Агу! Ам..ам!
- Моя милая крошка, ты хочешь сосю?
- Сесси, сосю ам! – вырвалось мимо воли из уст мужчины.
- Подойди моя хорошая красавица и возьми сосю. Она теперь твоя - сказала добрая леди и принялась ею раскачивать. В тот же миг взгляд мужчины полностью затуманился и остекленел.
Сессил понял, что уже не может оторвать взгляда от этого покачивающегося предмета, а потом понял, что уже совершенно не может пошевелиться. Женщина что-то долго говорила, а он словно губка впитывал подсознанием ее слова. Когда женщина перестала качать соской, а взгляд Сессила полностью прояснился, он вдруг понял, чего сейчас больше всего на свете хочет. Это желание его мучило и раньше, еще до того как его друга Пола, превратили в этот красивый, белый блестящий предмет, но понимание этого волнующего факта, в маленькое сердечко девочки, пришло только сейчас. Мужчина вожделенно протянул руки вперед, а затем подбежал к женщине и схватив соску пустышку. Он сразу привычным движением для младенца, запихнул ее обеими руками себе в рот, а затем принялся жадно сосать. В тот же момент его начали обволакивать, покой, умиротворение, защищенность и все те нежные чувства исходящие от этой доброй леди . А добрая леди, принялась говорить какие-то ласковые слова, от которых Сессила снова потянуло на сон. Через несколько мгновений мужчина снова уснул стоя. На его лице играла счастливая блаженная улыбка, а добрая леди все говорила и говорила. Но хоть Сессил и был погружен в очень глубокий сон, каждое слова сказанной миссис Чембончуд было услышано и проникло глубоко в подсознание. Джейн тем временем уже старательно настилала на огромной кровати, друг на друга большие пеленки. Кровать, застланная белым атласным покрывалом, была огромной, места на ней было достаточно, поэтому женщина не стала ничего мудрить и стелила недалеко от уже готового, лежащего неподвижного тугого свертка, похожего на кокон, в который был превращен Пол, муж ее сестры.

Когда Сессил открыл глаза, его Джейн сказала:
-Сесси, моя милая крошка, ты очень устала, нам пора пеленаться. Сейчас мы нашу маленькую девочку разденем, и она пойдет в пеленочки. А пеленочки мягонькие и нежные как лепестки роз. Наша ляля будет баиньки в пеленочках.
Вскоре его раздели, и он так и не понял, как оказался на верху толстого вороха постельных принадлежностей. Мужчина был словно во сне, он все видел, слышал и чувствовал. Но его тело было словно чужое. Оно ему не подчинялось, а было покорно лишь этой женщине, его близкой женщине, маменьке Джейн. Сессил про себя отметил, что он с покорностью беспрекословно исполнял все, что ему велели, точнее это делало за него его тело. Он хотел уже испугаться, но его внимание было переключено вниз живота, в промежности между ног. На его мошонке совершенно отсутствовали волосы, и там было совершенно гладко. Полностью использованный подгузник и пластиковые трусики были уже сняты. Джейн старательно обрабатывала его ягодицы, промежность, яички специальными лосьонами, кремами, пудрами и присыпками. Она чуть больше уделила внимание последнему и пенис Сессила сразу воспрянул. Женщина также чуточку больше уделила внимание его стволу, и через несколько мгновений мужчина изнывал от желания, но долгожданной разрядки он не получил. Его «птичка» была сразу же упакована в мягкий свежий подгузник, который своими, мягкими, нежными и вместе с тем тугими объятиями, обволакивал еще живот, ягодицы и промежность, плотно сходясь вокруг каждой ноги. Затем наступила очередь, возвратится громко потрескивающих пластиковых трусиков, которые тугими резинками плотно охватили ноги, что бы вместе с резинками подгузника ни дать ни малейшего шанса для протекания. Когда Джейн поправила резинки трусиков и провела руками сзади и спереди по гладкой, скользкой, пластиковой поверхности, что бы удостоверить в безупречном результате упаковки, раздалось громкое потрескивание полупрозрачного голубого пластика трусиков. От этого ласкающего ухо, сексуального звука, Сессил в тот же момент выстрелил струей теплой, липкой, густой, белой субстанции в подгузник и громко застонал от наслаждения. Его жена была очень рада за него и поцеловала мужчину в обе щеке, а затем натянула ему на голову плотную, белую, атласную шапочку, покрытую рядами кружевных рюш или правильнее сказать кружевных оборок, одна из которых была пришита к краю шапочки. Она чем напоминала плотный мягкий капюшон с завязками под подбородком. В ней полностью утопала не только голова, но и половина лица мужчины, обрамленного ее кружевом. Кружевная оборка проходила посредине лба, затем спускалась вниз, скрывая половину щек, а в конце плотно смыкалась под подбородком. Следующая вещь, которую сноровисто натянула на покорное тело Сессила Джейн, была длинная шелковая рубашка, длинный кружевной подол которой спускался с кровати и доставал до пола. Женщина сразу ловко подвернула его и подоткнула под лежащего мужчину на постельных принадлежностей. К удивлению мужчины рукава сорочки, оказались полностью зашитыми, точнее, их концы были варежками, в которых все пальцы вместе. На голову ему надели капюшон ночной рубашки и завязали завязки под подбородком. Кружевная оборка на краю была такой же, как и на детской шапочке, которая уже плотно сидела на голове Сессила. Кружева шапочки и капюшона слились воедино и теперь представляли единую двойную оборку обрамляющую лицо мужчины. А дальше началось действо, в котором учувствовали все три женщины, действо, которое полностью зачаровало и загипнотизировало Сессила. Его начали пеленать. Джейн пеленала первый раз в своей жизни, и хоть она очень и старалась, получалось у нее не очень. На помощь пришла ее сестра Анита, миссис Чембончуд стояла и наблюдала за процессом упаковки подопечного в многочисленные слои постельных принадлежностей и давала по ходу действия дельные советы. Пеленание все равно получалось не очень плотное. Затем женщины поменялись местами и принялись Сессила пеленать по-новому, но сначала его полностью распеленали. Теперь Джейн старательно натягивала пеленку, а Анита очень туго заворачивала в нее мужчину, затем разравнивала и разглаживала мельчайшие складочки на пеленке. От этих вращений и переворачиваний у Сесила начала идти голова кругом, но он был настолько заворожен своим перевоплощением в кокон, что это не доставляло ему особого беспокойства и дискомфорта. Слой ткани постепенно становился вокруг его тела все толще и плотнее, медленно и неумолимо его лишая возможности не то что двигаться, но даже хоть капельку пошевелиться. Он потерял счет фланелевых и бязевых пеленок, в которые его старательно спеленали женщины, а на кровати оставалось еще половина постельных принадлежности. Вскоре Сессил уже не чувствовал прикосновений к своему телу сквозь многочисленные слои мягкой ткани, а тело словно полностью одеревенев совершенно не сгибалось. К своему большому удивлению он обнаружил, что уже не может не то что опустить голову, но даже пошевелить ее.
Голова была намертво зафиксирована с телом. Затем мужчина понял, что даже не может пошевелить мизинцем на руке, настолько плотно и туго припеленали его руки к телу женщины. Когда на кровати постельных принадлежностей совершенно не осталось, и его спеленали в последнюю пеленку из белого блестящего атласа, на кровати появился еще один белый блестящий безупречный кокон, из которого было видно лишь лицо Сессила, красиво обрамленное двойной кружевной оборкой. Анита провела двумя руками вдоль полностью спеленатого тела и удостоверившись в безупречности результата засияла довольной улыбкой и молвила: «И этот тоже готовенький… » Джейн немного поиграла своими длинными пальчиками с кружевами свертка, а затем тоже двумя руками медленно провела вдоль спеленатого тела, словно тоже разглаживала на нем невидимые складочки. Ее лицо тоже озарилось счастливой улыбкой и она коротко молвила: «Куколка!». Две сестры очень радовались и любовались блестящими, мягкими, беспомощными коконами, в которые полностью превратились их мужья. За них радовалась и миссис Чембончуд, а затем она придирчиво осмотрела своими бездонными черными глазами результат творений женщин и с удовлетворением заключила:
- Великолепно мои дорогие! Вы это сделали. Теперь они останутся такими навсегда, младенцами в пеленках. Не забывайте выполнять все рекомендации, которые вы получили от меня и которые будете получать в дальнейшем.
- Хорошо доктор! – сказали хором очень довольные женщины.
- И не забывайте про пропорции молочных смесей.
- Мы будем строго следовать всем вашим инструкциям –т акже хором ответили женщины.
- Анита для вашего мужа последний сеанс через месяц, а для вашего мужа Джейн очередной через две недели. У меня все…
Пожилая леди попрощалась и пошла на выход. Анита быстро метнулась ее проводить.

окончание следует...

sosdatel
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Как всегда автор на высоте! Написано очень "вкусно"))). Самому захотелось на место этих куколок)).
RFT10480
 
  • *
  • Статус: ..........
  • Member OfflineПара М+ЖСвободен
Глава 5. ( заключительная).

Тем временем измененные до неузнаваемости слоями ткани мужчины, продолжали, находится в полной прострации от своего состояния младенцев. Им лишь оставалась мерно посасывать свои соски в пеленках, в которых они сделались совершенно беспомощными.
Обе женщины вышли из спальни, а затем спустя несколько минут вернулись, держа в руках свернутые пухлые, мягкие, белые, блестящие свертки. Когда Анита и Джейн их положили возле спеленатых мужчин и развернули, ими оказались, мягкие, пухлые чехлы, сшитые из толстых ватных одеял. Видимо им было сегодня мало, того что они сделали со своими мужчинами, поэтому женщины решили продолжить, они почти синхронно расстегнули потайные молнии в нижней части чехлов и начали старательно натягивать эти плотные, пухлые упаковки на своих туго спеленатых крошек. Они подобно мешкам накинули их на головы Сессила и Пола. Затем потянули их медленно вниз, постепенно покрывая мягкой пухлой упаковкой коконы из пеленок. Когда сквозь предусмотренные отверстия в верхней части мягких пухлых чехлов, показались лица мужчин, женщины застегнули внизу невидимые молнии, а затем принялись старательно поправлять пухлые, толстые ватные спальные мешки на спеленатых младенцах, изредка похлопываю пухлую белую ткань, туго набитую мягкой ватой. Но на этом они не собирались останавливаться и принялись старательно разравнивать складки и поправляли настроченные рельефные квадратике на атласной белой поверхности пухлых, мягких, плотно сидящих чехлов. Женщины уже в который раз полюбовались своей работой, затем с умилением посмотрели на счастливые личика обрамленные белыми кружевами своих крошек, которые мерно посасывали свои сосочки, в своих мягких, тугих коконах. Анита и Джейн переглянулись, а затем синхронно протянули руки в самую верхнюю точку мягких белых упаковок, в которые были, заточены их подопечные. Женщины что-то там нащупали, а затем потянули сразу вниз к себе. Раздался громкий звук «Вжик!» и, отверстие в верхней части мягкой упаковки мгновенно затянулись. Мягкие, рельефные, выстроченные квадратики на белой атласной поверхности чехла настолько идеально сошлись, словно срослись, даже и не было следа от шва запертой молнии. Это было очередное изобретение миссис Чембончуд, скрытые, потайные молнии, звенья и крошечный бегунок которой искусно были спрятаны в одной из выстроченных строчек образовывавшей стороны рельефных мягких квадратиков, на белой атласной пухлой поверхности.
Теперь предметы лежащие на кровати, на вид, в точности напоминали какие –то фантастические коконы , или куколки неземных бабочек или белые яйца неземных насекомых, поскольку теперь были цельными и монолитными, с продолговатыми, округлыми, плавно сходящимися вниз формами. Как только Сессил и Полл были полностью запечатаны в своих мягких упаковках, и провались в черноту, они сразу же отдались в объятия Морфея. Женщины снова залюбовались предметами, в которые полностью превратились их мужья, а затем вышли. Не прошло и минуты, они снова вернулись, но не с пустыми руками. Анита и Джейн катили впереди себя детские коляски огромных размеров. Потом они бережно переложили в них своих сладких куколок, которые были полностью спеленатые, и полностью упакованные в мягкие, пухлые, теплые коконы для прогулки. Затем женщины принялись качать коляски, но этого уже не требовалось, мужчины давно уже крепко спали, заточенные в свои мягкие тугие упаковки, подобно окукленным гусеницам в своих коконах, которые делают их совершенно беспомощными и вместе с тем полностью защищенными. В этих белых, блестящих с пухлой, мягкой поверхностью предметах, было абсолютно невозможно признать ни Пола ни Сессила. В колясках лежали, совершенно одинаковые безликие мумии, в цельных, мягких, пухлых, белых, блестящих, покрытые рельефными квадратиками саркофагах. Анита и Джейн немного подождали, но коконы оставались такими же безмолвными и неподвижными. От них не доносилось ни единого звука, лишь очень тихое сопение приглушенное толстым слоем ткани и ваты чехла. Женщины накрыли коляски кружевными прозрачными пологами и отправились гулять на улицу, над которой кружился листопад, тихо шурша желтыми листьями.

Когда Сессил пришел в себя он почувствовал, как что- то мягкое, словно плотная вата, окружает его со всех сторон. Оно не просто окружает, а обволакивает его тело полностью и надежно удерживает внутри себя, в нежных и мягких объятиях. Он попробовал согнуть ногу, но она не сдвинулась даже с места, пошевелить рукой он тоже не смог. Сессил вдруг понял, что не чувствует ни рук, ни ног, как впрочем и все тело. В нем чувствовалась странная очень приятная ватность, словно вместо плоти мягкая гладкая белая вата. В следующее мгновение он почувствовал, что мягкость, которая его окружает со всех сторон и удерживает внутри, пронзила его полностью и проникла в него. В тот же миг мужчина почувствовали, себя беспомощной мягкой плюшевой игрушкой туго набитой ватой. Из ваты были сделаны не только его руки и ноги, но и живот, грудь и голова. Но эти удивительные ощущения совершенно не пугали Сессила, ему нравилось быть мягкой игрушкой из-за неимоверной легкости и воздушности, которая пронзала все его естество. Когда он открыл глаза, его окружала абсолютная тьма и тишина, Сессил ощутил лишь легкое покачивание, но это тоже его не испугало. Мужчина в тот же момент ощутил себя не родившимся младенцем, который находится в утробе матери. Это чувство, которое он испытал много лет назад и которое было спрятано где-то глубоко в подсознании теперь стало таким ярким и явственным и от этого ему стало очень хорошо и тепло. Сессил почувствовал неимоверный покой, комфорт и защищенность, полное умиротворение, то чувство, которое называется любовью, которое сравнимое с наивысшим наслаждением. Он чувствовал себя куколкой, окукленной яркой бабочкой и причудливой гусеницей одновременно, которую могущественные силы природы обездвижили и заточили в мягком, но очень прочном коконе, сделав ее совершенно беспомощной и зависимой от них. От этих мыслей Сессил испытал неимоверной силы и длительности оргазм, его сознание, не выдержав такой силы нагрузки, тут же угасло.
Когда Сессил снова пришел в себя и открыл глаза, он увидел мир через сужающийся книзу тканевый полог из чего-то пухлого, мягкого блестящего и белого, причем весь доступный обзор был затянут, каким то белым полупрозрачным флером, по которому были разбросаны белые кружевные цветы. Он чувствовал, что его по-прежнему окружает и туго обнимает со всех сторон, все та же удивительная мягкость, которая абсолютно неумолима. Тело по-прежнему наполняет приятная ватность и он по-прежнему ни капельки не может пошевелить, поскольку снова себя чувствует очень легкой и мягкой плюшевой игрушкой, набитой мягким белым пухом. Доносящиеся звуки снаружи приглушены и словно проходят через толстый слой ваты. Вскоре прозрачный белый флер подернулся и ушел в сторону. В доступной обзоре, сквозь сужающийся мягкий тканевый полог, над его лицом, показалось знакомое до боли лицо, которое счастливо улыбалось. Вскоре появилась рука в кружевной перчатке и бесцеремонно выдернула изо рта бедной крошки, ее любимую соску, которая давала покой и приятное чувство неги. Сессил уже хотел разрыдаться от обиды, но тут же в ее рот была вставлена другая соска и он почувствовал, как в него вливается теплая и неимоверно вкусная, молочная смесь. Только теперь Сессил понял, насколько он голоден, и с жадностью принялся сосать. «Бедная крошка, она проголодалась. Наша ляла хочет ам!» -послушалось где-то из-за тканевого полога. Теперь огромная бутылка с молоком закрывала ему лицо. Когда Сессил закончил есть, он громко срыгнул и тут же его потянуло на сон. Потом рука в кружевной перчатке с тяжелой бутылкой исчезла, и его рот, был снова запечатан любимой соской-пустышкой. Сделав несколько мерных сосательных движений, он услышал громкий звук «Вжик!» Треугольный, тканевый, мягкий, пухлый полог над его лицом в мгновения ока быстро сомкнулся. Он был настолько толстым и настолько плотно сошелся, что сквозь него не проникали даже звуки. Сессил погрузившись в полный мрак и тишину, сразу уснул.

Конец.

Благодарю за внимание.

Истинно ваш RFT10480/

Если не трудно пишите отзывы, свои предложения и идеи.

sosdatel
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Спасибо за рассказ. Жаль что он уже закончился, как говорится всё хорошее когда то заканчивается(((. Идеи то есть, только кто же будет воплощать чужие идеи))).
0 Пользователей читают эту тему (0 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)

Страницы: (1) 1



Интересные топики

Школа пансион для девочек.

Глава 6. Конфликт с учителями.

Зигзаг во времени. Часть1.

Заключенный в латекс

Моя Теща часть 6