Страницы: (1) 1
DeKart
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
ПЕРЕВОСПИТАНИЕ.

Автор - DeKart

Раньше я как-то мало прислушивалась к тому, что мне советовали другие. Считала, что ничего умнее, чем я сама решу, они ничего не знают и не придумают. Но однажды случился облом, и я с тех пор слушаю советов, особенно умных.
А дело было прошлой зимой. В начале февраля Главный вызывает меня и говорит:
- Собирайся, поедешь к ракетчикам под Свердловск, напишешь к двадцать третьему восхвальную статью о «часовых неба», шестидесятилетие армии всё-таки грядёт.
- Да оденься потеплее, - кинул он мне в след, когда я, радостная, всё же это была моя первая самостоятельная командировка, понеслась оформляться, - на Урале, говорят, морозы страшные.
Будет он мне советовать, а то я сама не знаю, не маленькая. Куртка у меня меховая – последний модерн, сапоги на то и зимние, чтобы тёплыми быть. А зимой я и так, всегда, в шерстяной юбке и кофте хожу. Но оказалось, что этого мало. Уже на трапе трескучий мороз, как наш комсорг-шалунишка, тут же полез под юбку. Капроновые колготки, пока я добралась до штаба полка, примёрзли к коленкам.
Меня проводили к командиру. Полковник, красавец-мужчина, вызвал начальника политотдела, и представил меня:
- Вот, Григорий Викторович, знакомьтесь: Ольга Петровна, корреспондент из самой «Комсомольской правды», прибыла с заданием написать о том, как доблестно несут службы наши хлопцы. Расскажите ей всё, сводите в музей, ну и всё такое…
- Извините, Евгений Михайлович, - перебила я его, - но я не за этим приехала. Зачем мне ваши рассказы? С чужих слов хорошей статьи не напишешь, я бы сама. … Да и мне самой интересно всё посмотреть, - добавила я через секунду, – мне бы на пару дней куда-нибудь, где действительно несут службу, как это говорят у вас – на точку.
Полковник удивлённо вылупил на меня глаза:
- Похвально, конечно, но Вы представляете себе, что это такое, точка?
- Нет, но вот за этим я и приехала.
- Точка: это тайга, бездорожье, мороз…
- Ну и что? – опять перебила я его.
- А то, что одеты Вы не соответствующе.
- Что Вы имеете ввиду, - вспыхнула я.
Полковник внимательно оглядел меня и усмехнулся:
- Что я имею в виду? - переспросил он. – Ну, хотя бы чулочки у Вас не по сезону, капроновые, да и трусики, наверное, три верёвочки.
Хам, солдафон, - заалела я, но сдержалась:
- Мои трусики – это моё дело, а Ваше дело: обеспечить выполнение
задания по моей командировке. Будьте добры, сделать так, как я прошу. И не
бойтесь, у нас есть цензура, и никакой военной тайны она в моей статье не пропустит, даже если я что-то там увижу. Так что не волнуйтесь, - повторилась я.
Полковник молча выслушал меня, так же молча, посидел минуту и
выдал:
- Ольга Петровна, я не о военной тайне пекусь, а о Вас. Ошибаетесь, что это не моё дело. Вы прибыли в расположение моей части, сейчас находитесь в моём распоряжении, и, значит, я несу полную ответственность за Ваше здоровье.
- Господи, - совсем не по партийному вмешался политотделец, - Михалыч, да давай оденем её соответственно, всего-то и дело. Это же поощрять надо, такая настойчивость! Я её сам и свожу в какой-нибудь дивизион.
- Оденем, говоришь? - задумался полковник. - Ну, что ж, давай оденем. Вы согласны на это? – спросил он меня.
- Да я на всё согласна, лишь бы свозили меня туда, где службу несут, а не бумаги переворачивают, - постаралась нахамить я.
Но они не обиделись.
- Опять ошибаетесь, Ольга Петровна, - заметил политотделец, - мы здесь не бумаги переворачиваем, а обеспечиваем, чтобы, как Вы говорите, служба неслась. Так что давайте без эмоций.
Пока мы так препирались, полковник куда то позвонил, и на его вызов явилась средних лет тётка в форме прапорщика.
- Вероника Гавриловна, переоденьте, пожалуйста, эту молодую даму так, чтобы она смогла выехать в тайгу и спать, в случае чего, на снегу. Тулуп она потом вернёт, а остальное спишите со склада. Всё ясно?
- Всё, Евгений Михайлович.
- А Вам, Ольга Петровна, тоже всё ясно? И будьте добры, - подколол он меня моим выражением, - надеть всё, что Вам выдаст Вероника Гавриловна. В противном случае тайги Вам не видать. На сборы Вам полчаса сроку, выезжать нужно уже сейчас, иначе можно в ночь вписаться, а это не желательно. Я сам с Вами поеду, давно хотел съездить в один дивизион, посмотреть, как они там моё указание выполнили.
Радостная, я понеслась за Вероникой. Но на складе, когда она принесла мне ворох тряпок, я заартачилась:
- Что это такое? – язвительно спросила я, брезгливо рассматривая со всех сторон, слава богу, что хоть женские, трусы.
- Это - трико, – спокойно ответила Вероника, - и прошу учесть ещё, что не теплое. Теплое, то есть с начёсом, лежит под сорочкой. Переодевайтесь, времени у Вас мало. Если хотите, я Вам помогу разобраться, что к чему, но если стесняетесь, я могу и выйти.
- Да нет, - задумалась я, - не стесняюсь.
А, к чёрту, - решилась я, - чего не сделаешь ради статьи. Да это, в конце концов, и интересно, в чём ходят женщины в армии, нужна же полная
гамма впечатлений, да ещё и на собственном опыте, - приговаривала я, стягивая через голову комбинацию.
Главное было согласиться, а дальше облачение проходило быстро: тёплая трикотажная сорочка, трусы, оказавшиеся на деле не такими уж длинными, всего до середины бедра, чулки простые, чулки шерстяные.
С чулками, правда, произошла заминка, закрепить их на ноге оказалось нечем, но Вероника сходила за стеллажи и вернулась с тонкой резинкой, выдернула, наверное, из чего-нибудь. Потом эти, тёплые, с начёсом.
Для полноты гардероба я сменила кофту и юбку на армейский, шерстяной сарафан. Сверху тулуп и тёплую офицерскую шапку. Теперь я уже точно могла спать на снегу.
Моя одежда не влезла в сумку, на неё место не рассчитывалось, и я оставила её на складе, Вероника сказала, что она никуда отсюда не денется. Поблагодарив, я понеслась к командиру, но он уже ждал меня у входа:
- Садитесь в «Уазик», я сейчас, только домой позвоню.

Это сообщение отредактировал radiotik - 09-02-2017 - 17:10
DeKart
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Водитель, молоденький сержантик, помог мне закинуть сумку и забраться, неловко было в этом тяжёлом тулупе, на сиденье. В машине было тепло и я распахнула полы, но когда мы уже выехали, и полковник, оборачиваясь ко мне в разговоре, несколько раз бросил взгляд на мои оголённые (а сарафанчик-то коротковат, не такой уж и тёплый – язвительно подумала я. - Чтобы бегать в нём, что ли?) колени, укутала их назад. Хоть трусы и не длинные, под стать сарафану, но чёрт его знает, не видно ли ему оттуда, спереди, всё под коротким подолом? Так, небось, голубизна и светится.
На место мы добрались, когда уже начало темнеть. Не успели мы остановиться и вылезти, как к дверке подскочил довольно-таки уже пожилой капитан и начал рапортовать.
- Здравствуй, Волков, здравствуй, - протянул ему руку полковник, - знакомься: Ольга Петровна, корреспондент из Москвы. Так что, давай, показывай: что, где у тебя и как. Да и мне не забудь показать, как оружейку переделали. А то знаю я тебя, рапортовать ты горазд.
- Ну, зачем Вы так, товарищ полковник, - обиделся капитан, - всё сделали в лучшем виде.
- Вот и показывай, если сделали, не срамись перед гостями.
- А может, лучше, вначале перекусите, - засуетился капитан, - голодные, наверное, с дороги, замёрзли. Я уже приказал в гостевом вагончике приоткрыть отопление посильнее и стол накрыть. А потом и пройдёмся.
- Хитрюга ты, Волков. Но чёрт с тобой. Ольга Петровна, наверное, и правда с дороги устала. Посмотреть всегда успеем. Уловил, Волков? Если чего не сделал, сроку тебе одна ночь. Утром всё пролезу, ты меня знаешь.
- Знаю, товарищ полковник, конечно, знаю, - суетился капитан, открывая перед нами дверь в вагончик.
- Ну, ты и натопил, трубы то выдержат, старьё ведь? – спросил полковник.
- Выдержат, Евгений Михайлович, они ещё ничего – приговаривал капитан, помогая мне занести сумку в комнату, - раздевайтесь, не сомневайтесь, не замёрзнете.
Вот уж точно, не замёрзнете. Мои бёдра, непривычные к таким длинным и тёплым трусам, начали покрываться потом.
Я попросила оставить меня на минутку одну.
- Конечно, располагайтесь. Как будете готовы, прошу к столу, уже всё готово, - на правах хозяина сказал капитан.
Как только они вышли, я стянула с себя начёсанные трусы вместе с шерстяными чулками и умылась над, оказавшейся в углу, раковиной.
Причесалась, подправила макияж, и засмотрелась на себя в зеркало. А я ничего в военном, может в армию податься, - засмеялась я. – Буду служить вот на такой точке. Женихов полно и все молодые, не то что у нас: «Правда» – комсомольская, а больше половины редакции пора уже на пенсию отправлять, комсомольцы ещё тридцатых годов.
Посчитав, что я готова, я предстала перед хозяевами. Капитан оказался молодец, стол был накрыт что надо. Деликатесов было побольше, чем у нас в Москве, и я, да ещё с голодухи (ела-то по человечески последний раз вчера, дома) навалилась на еду.
Особенно мне понравилось жареное мясо, как сказал капитан, лосятина, да ещё под сухое вино.
Офицеры пили, как им и положено, спирт, так что бутылка с вином оказалась в моём полном распоряжении, к концу тарелки я её одна сгоряча и осушила. И тут я поплыла и расхрабрилась, заказав тост за настоящих мужчин, несущих службу везде, даже в этой, насквозь промёрзшей тайге, затребовала спирта и себе. Меня попытались отговорить, но куда там, когда я слушалась добрых советов, тем более пьяная? Я храбро охватила всё же налитый стакан. В горле перехватило, я не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть, глаза вылезли на лоб, я только и могла, что схватить услужливо подсунутую кружку с водой.
Через минуту, отдышавшись, я гордо заявила:
- Ну, вот, а вы боялись. Ещё спирта.
- Не надо Оля, Вам уже хватит, - сказал Евгений. Выпив на брудершафт, мы уже называли друг друга по имени.
- Ничего не хватит, я совсем трезвая, - потребовала я.
- Спирт незаметно пьянит, - попытался образумить меня Женечка, но без толку. Да мне море по колено!
Хватило меня ещё на два стакана. Я вдруг почувствовала, что куда поплыла, заваливаюсь вбок, и – всё…

Это сообщение отредактировал radiotik - 09-02-2017 - 17:13
DeKart
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Когда я пришла в себя, был уже день, в глаза ярко бил солнечный луч. С минуту я лежала, недоумённо уставившись в стул перед подушкой. Где я? Что я здесь делаю? В горле было немилосердно сухо, я схватила со стула, кем-то предусмотрительно оставленный, стакан с водой и залпом его осушила. Стало немного легче, хотя в голове опять зашумело. Но всё же я начала что-то соображать. Я в тайге, на точке, в командировке, нажралась вчера, как скотина, что люди обо мне подумают, не хватает ещё, что в редакцию напишут.
Первая самостоятельная командировка! – протянула про себя я, - считай, что и последняя. Я огляделась, в ногах, на втором стуле, аккуратно висела, лежала моя одежда. Мгновенно я сунула руку под одеяло – я в одной рубашке! между ног, фу, хоть в трусах. Не думаю, что если они меня трахнули пьяную, то назад трусы надели.
Но всё же они меня раздели и уложили, видели в этом чёртовом, армейском белье.
Небось, и облапали всю! Мои шальные мысли прервал осторожный стук в дверь.
- Войдите, - вскрикнула я, судорожно натягивая под самое горло одеяло.
- Можно к Вам, Оля, - послышался голос Евгения Михайловича, протрезвев, мне было трудно назвать его опять Женечкой.
- Вы уже проснулись, - спросил он, войдя, - как Вы?
- Хреново, - только и смогла сказать я, - в горле дерёт.
- Это спирт, - авторитетно заявил он, - я же говорил Вам: не пейте его. Спирт – штука коварная, валит незаметно. Но ладно. Добрый совет: я сейчас уйду, а Вы встаньте, умойтесь, позавтракайте и полежите до обеда. Отойдёте, тогда и устроим экскурсию, поглядите всё, поговорите. Не волнуйтесь, времени Вам хватит, в город поедем завтра утром. Хорошо?
Я кивнула.
- Вот и ладно.
А меня волновало только одно: кто меня раздел и уложил в кровать. Я открыла было рот, но промолчала.
- Что? – почувствовал он вопрос.
- Нет, ничего, - что спрашивать, и так всё ясно. Кто, кроме него? Незачем обострять отношения. И он вышел.
На ватных ногах я добрела до раковины. Господи, неужели это – я? – из зеркала на меня глядела какая-то взлохмаченная, опухшая проститутка с Плешки.
В голове гудело, как в разбитом колоколе, в довершение всего ужасно хотелось в туалет. А где он тут?
Представляю, как из вагончика вылезает такое страшилище и начинает спрашивать у проходящих солдат, где можно сделать пи-пи.
Ха, безвыходных положений не бывает, я взяла уже использованный стакан, приспустила трусы и выдала. Получилось ровно два стакана. Пол-литра, а где же остальное? Ну, если у меня ещё есть чувство юмора, значит не всё ещё потеряно.
У меня уже был более-менее человеческий вид, когда в дверь опять постучали. Я еле успела запрыгнуть в кровать и подтянуть одеяло, как вошёл капитан, а за ним солдатик с подносом.
- Доброе утро, - сказал капитан, а солдатик, только и смог, что заинтриговано уставиться на меня.
- Поставь поднос и исчезни, - проговорил капитан, и солдатик, действительно, исчез.
- Позавтракайте, Ольга Петровна, - проговорил капитан.
Но у меня от одной только мысли о еде в горле стал комок. Я отрицательно замотала головой.
- Позавтракайте, позавтракайте, легче станет, - убеждал меня капитан, - послушайте меня, и я Вас за полчаса на ноги поставлю. Сядьте повыше, вот так. Вот, - приговаривал он, заботливо подтыкая мне под бока одеяло и устраивая на ногах поднос.
– Вот стаканчик, не отказывайтесь, нет, прошу Вас, это не спирт, это водка (ещё чего не легче!), зажмите нос пальцами и пейте. Умница, - проговорил он, когда я, как лекарство, одним махом осушила стакан.
– А вот теперь горяченького, горяченького надо, вот так, вот…
После второй или третьей ложки во мне проснулся волчий аппетит, и я умяла и тарелку борща, и вкусные макароны с мясом. И стакан водки, как ни странно не помешал мне, а прочистил мозги, только приятно кружилась голова, было легко и свободно.
Уже не стесняясь капитана, когда одеяло сползло к поясу, я сидела перед ним в одной рубашке. За эти полчаса лечения мы сдружились, и я даже в конце спросила его, куда можно сбегать после сытного завтрака. Капитан сказал, что тёплый туалет есть в казарме и в офицерском домике, но если я постесняюсь пойти туда, то сразу за вагончиком есть избушка, которую я и смогу посетить. Я поблагодарила его и, чувствуя себя готовой на подвиг, попросила удалиться на пять минут, чтобы одеться.
Находясь в эйфории, когда всё пофигу, я сама, без принуждения, облачилась во всё, что мне всунула Вероника, и не пожалела. Мороз на улице, не смотря на яркое солнце, был действительно трескучий. Представляю, как я бы выглядела в капроновых чулочках и трусиках от комбинации, а так в ноги и животик было тепло и уютно. Только я перематерилась про себя, когда сначала заголялась, а потом всё заново заправляла в туалете, но что поделаешь, за самочувствие надо платить, даже удобством.
Целый день я лазила по объекту, побывала везде, начиная от стартовой и кончая столовой. Переговорила с толпой народа, меня, можно сказать, ровесницу, не стеснялись ни солдаты, ни молодые офицеры, говорили открыто и о службе, и о доме. К вечеру моя голова распухла от впечатлений, а блокнот был полон записей. Репортаж должен был получиться что надо.
Перед самым отбоем полковник сказал, что пора освобождать казарму, солдатам нужно ложиться спать, а мне при этом присутствовать совсем не обязательно.
Чтобы не сидеть с голой задницей на холоде, я, попросив дневального никого не впускать в туалет, сбегала на это, ихнее, очко, и мы отправились в вагончик. Опять плотно поужинав, на этот раз без спиртного (полковник сказал, что не надо, завтра с утра возвращаться) я, на этот раз сама, разделась, умылась, подмылась и забралась в кровать. Я уже почти уснула, когда меня привлёк звук капелей. Включив свет, я начала обследования. Из-под краника на батарее методично и всё быстрее и быстрее капала вода. Я попыталась его прижать, но не успела взяться, как краник отломился и меня всю, с головы до ног окатила горячая вода, Хорошо ещё, что основной напор пришёлся по животу, укрытому толстой сорочкой, и меня почти не обожгло. Соображая, что нужно торопиться, без стука я влетела в комнату, где спал полковник.
- Женя, проснись, у меня потоп, - начала я тормошить его.
Вот что значит военная тренировка, буквально за секунды полковник сообразил, в чём дело. Мгновенно подскочив, как спал, в одном белье, он бросился в мою комнату. Когда я зашла вслед, он уже дотягивал вентиль. Струя бьющей воды, становилась всё тоньше, и, наконец, прекратилась совсем. Он уселся на кровать, мы посмотрели друг на друга и расхохотались. Ещё бы не хохотать, видок у нас был, что надо. Оба в исподнем, взъерошенные со сна, меня вообще намокшая спереди рубашка облепила на животе и бёдрах.
- Переоденься, - наконец произнёс он, - ты вся мокрая, да и я пойду, хоть штаны надену, нечего тебя тут шокировать. А потом разберёмся в ситуации.
Вернувшись через пару минут, он застал меня уже в сарафане, мокрая рубашка висела на стуле.
- Так, - осмотрелся он, - потери минимальные, быстро среагировали. Но Волкову я завтра голову оторву, говорил ему летом: перевари отопление, а он: ещё добрые, ещё добрые. Вот и договорился, давления не выдержали. Но что же теперь делать? В этой комнате тебе оставаться нельзя, к утру здесь будет собачий холод.
И правда, температура в комнате, без отопления, катастрофически падала.
- И поселить тебя больше негде, - думал он. - Есть предложение: если не против, давай перетащим твою кровать в мою комнату, там и перекоротаешь ночь. А если стесняешься или боишься, то ложись на мою кровать, а я уйду спать в казарму.
- Нечего всех ставить среди ночи на уши, - ответила я. – Бери кровать и потащили.
- Вот это правильно, это по-нашему, - восхитился он, и мы начали великое переселение народов.
Установив кровать в метре параллельно его, другого места просто не было, я ушла за остальными своими вещами. Когда я вернулась, Женька уже
лежал в кровати, закинув руки за голову.
- Выключатель у двери.
- Я знаю, - ответила я и щёлкнула свет.

Это сообщение отредактировал radiotik - 09-02-2017 - 17:15
DeKart
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Благородный, - подумала я, - тонко намекнул, что предлагает раздеваться в темноте, как будто только что в белье меня не видал. Белье, каком к чёрту белье, под сарафаном у меня только трусы, рубашка-то намокла, а комбинацию я, дура, со всем моим лёгким бельём, чтобы не таскать сюда, у Вероники на складе оставила. Теперь и надеть нечего. Ладно, и так сойдёт, не замёрзну. Но не сошло, Женька, видно боясь, что и здесь рванёт, прикрутил вентиль и у себя, оставив только слабый проток. Короче, через час я начала жаться от холода. Поборясь ещё с полчаса, я не выдержала и разбудила Женьку:
- Женечка, мне холодно, я замёрзла.
Женька включил свет и удивлённо уставился на мои голые плечи, выглядывающие, как я не старалась укутаться, из-под одеяла.
- Ты чего это голышом, без сорочки.
- А она мокрая, - простучала зубами я.
- Ты что, ночную не брала что ли? - удивился он.
- Не а, - улыбнулась я посиневшими губами, - место экономила, блок-
ноты, магнитофон, фотоаппарат, всё тяжёлое. Думала, в комбинации пересплю, пару трусиков только и взяла, да и те зря, у Вероники оставила.
- У какой Вероники, - не понял Евгений.
- Ну, на складе, когда переодевалась, - пояснила я.
- Ну, ты даешь, - возмутился он, а потом спросил: - Без комплексов? Что не стеснительная, я вижу.
- Нет, а что, - удивилась я, что он ещё придумал?
- Тогда надевай вот это, - протянул он мне, взяв со шкафа толстое, с начёсом, мужское бельё. - Надевай, не бойся, оно чистое, я его поверх нательного носил, да и всего пару дней только.
В раздумье я взялась за кальсоны. Но раздумывала я не о том, надевать или нет, я думала: снять ли трико? С одной стороны, как-то своё между ног, а с другой стороны, спать лучше, когда бёдра резинка штанин не режет. Я крутанула, закрыв глаза, пальцы, и они не сошлись. Ещё бы, такая дрожь, но делать нечего, раз загадала, и я потянула с бёдер трусы. Голое, прозябшее тело приятно охватила мягкая, тёплая материя, согревая его.
- Ну, как, переоделась? - спросил, стоя у выключателя ко мне спиной, Евгений.
- Уже, - стуча никак не унимающимися зубами, ответила я.
- А теперь ложись в мою кровать, - приказал он, и я безропотно повиновалась.
Евгений опять выключил свет, и юркнул ко мне под одеяло.
- Ну-ка, поворачивайся спиной, я погрею тебя, - опять приказал он.
Будь что будет, - думала я, прижимаясь к нему, что бы согреться, - всё равно никто не узнает, даже Виталий, уж я то ему точно не расскажу.
Уже через полчаса я согрелась, но сон пролетел напрочь.
- Ты не спишь? - спросила я.
- Нет, а что?
- Да так, ничего. Просто думаю, чего это мы попусту проводим время, если не спим.
- А что ты предлагаешь?
- Ну, давай займёмся чем-нибудь.
- А чем можно заниматься в кровати, да ещё в потёмках?
- Ты что издеваешься? Что идиот, сомневаюсь, - повернулась я на живот и наклонилась, чтобы лучше рассмотреть в лунном свете, над его лицом.
- Конечно, издеваюсь, - засмеялся он и притянул меня к себе.
- Слушай, только презервативов у меня нет, - прервался он от затяжного поцелуя, - всё так было неожиданно, твоя командировка. Нет, я знал, что приедет корреспондент, но что такая молодая и шикарная, я не рассчитывал…
- Не хами, - легонько шлёпнула я его по губам, - и не переживай особенно, я – на втором месяце.
- Как на втором месяце? - аж привстал он.
- Да так, беременна уже второй месяц. А что, это тебя шокирует? – отстранилась я.
- Да нет, ты меня не правильно поняла, не шокирует, ты молодая, чего тебе не быть в положении. Я о другом, чего это ты в такой кризисный срок
попёрлась зимой в тайгу, тебе же беречься надо.
- А я что, не берегусь что ли? – возмутилась я.
- Да вижу я, как ты бережёшься, напилась вчера, зимой летнее бельё носишь, даже сорочку тёплую не взяла.
- Да что ты пристал ко мне, что ты, муж мне, что ли? - опять возмутилась я.
- Да на месте мужа я бы отодрал тебя ремнём и заставил бы вести себя, как нормальная беременная женщина. А, что я говорю, небось, такой же недотёпа, как и ты.
- Такой же, - вздохнула я, - он тоже зимой в плавках ходит. Не то, что некоторые, - засмеялась я и полезла к нему под резинку.
… Как было хорошо: темно, тихо, и холод нам совсем не мешал, только заставлял поплотнее прижиматься разгоряченными телами…
После второго раза Евгений запросил пощады:
- Олька, прекрати, мне всё же сорок четвёртый, оставь на утро. А сейчас давай, лучше, поласкаем друг друга.
Ну что ж, и на том спасибо, это тоже неплохо: устроиться на мускулистом плече, сунуть ладошку в ширинку и обхватить податливые опустошённые яички и слушать, как нежные пальцы ласкают под бельём твоё успокаивающееся тело. Слушать, слушать…
… Проснулась я от ощущения пальчиков между складок. Мгновенное желание охватило меня, и я раздвинула ножки.
- Ещё, ещё… - приговаривала я, пока крепкая ладонь вовсю шуровала у меня под приспущенными кальсонами, но пика я никак не достигала. Вскочив на колени, я повернулась к Евгению задом, предлагая заняться по-настоящему. Но, очевидно, у него, пока он работал руками, упало, или вообще не вставало после вчерашнего, а он думал, что за игру у него встанет, короче я опять почувствовала руки.
- Да надоели мне эти руки, - заорала я, опять падая на спину - давай языком. Да не так, становись надо мной валетом, - потребовала я, стаскивая всё с него, и дошла. Дошла, как никогда. Я завыла волчицей, изогнулась на секунду дугой и упала в бессилии на матрац. Через минуту я застонала и подала признаки жизни:
- Хорошо-то как, - потянулась я, взглянула на Евгения и засмеялась. Было от чего: грустно-обиженный в одной рубашке он сидел на моей кровати по-турецки и его член глядел в зенит. – Где ты был раньше?
- Раньше, раньше, - обиделся Евгений. - Это же не солдат, ему не прикажешь: подъём. Встаёт, когда хочет.
- Ой, не могу, - дрыгала я задранными ногами, - ой, умру со смеху. Представляю: казарма, утро, дневальный орёт «подъём», и тут начинается…
- Что начинается? – разозлился Женька.
- А вот что, - продолжая хохотать, я повалилась на Женьку. Мне уже больше не хотелось, я была полностью опустошённая, но губки у меня были ещё те. Короче, через пару минут Женька тоже выл, катался по кровати, стараясь отбиться от меня, а потом долго не мог свести ноги.
Когда мы, играясь, в конце-концов одели друг друга, что мне очень понравилось и я его совсем не стеснялась, и поставили кровати на место, капитан уже ходил кругами перед вагончиком, на всякий случай не осмеливаясь зайти в него. И правильно делал, я бы на его месте, вообще, в тайгу убежала. Получил за порванное отопление он по первое число.

Это сообщение отредактировал radiotik - 09-02-2017 - 17:19
DeKart
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
В город мы въехали к обеду. Обратный билет у меня был на вечер, так что мы не очень торопились, и полковник разрешил водителю подвернуть к универмагу, когда тот сказал, что ребята с точки надавали денег, попросив к дембелю купить часов там, ещё чего-то.
Я тоже решила пройтись по этажам, всё равно делать нечего, может, найду чего-нибудь интересного, а нет, так похожу – посмотрю. Тормознулась я на третьем этаже у отдела женского трикотажа.
В раздумье я вертела длинные, не в пример тем, что на мне, трусы: взять, не взять…
- Вот ты где! - я даже вздрогнула от возгласа Евгения у меня над ухом, - Сергей уже всего накупил, а тебя все нет.
- Да я вот никак не могу решить, - с хитрецой ухмыльнулась я, - какие взять, вот эти - в горошек, или те, розовые.
- Бери лучше вот эти, белые, - не принял шутки Женька, - они хоть не такие красивые, но с тесьмой, без резинок, бёдра резать не будет. Да и цвет более практичный, выварить можно, - по-хозяйски посоветовал он. – А ещё советую взять вон те оранжевые, у меня жена такие очень любит, они тёплые, тебе - в самый раз.
Хм, он на полном серьёзе предлагает мне набрать этого добра и не считает их зазорными! Но это Женька, он сам в кальсонах ходит, а что скажет Виталик, Главный, да мало ли перед кем я разденусь. А, пусть смеются, уж я то найду, что им ответить. Да и к штанишкам за эти три дня я как то привыкла, так в животик и ножки мягко и тепло! Действительно, не пора ли начать слушать советов других, особенно, если это - умные советы?
- Извините, - позвала я уже пожилую продавщицу, - дайте, пожалуйста, посмотреть вон те трусики, беленькие, и те - оранжевые.
Продавщица недоумённо осматривалась, какие оранжевые трусики?
- Панталоны, что ли?
- Фу, как вы вульгарны, мадам, - вмешался стоящий рядом Евгений, - Вам же сказали: трусики. И вообще, чего их глядеть, заверните и всё. По паре всех цветов сорок шестого размера. Сколько с меня?
- Какой у Вас решительный и заботливый папаша, - сказала продавщица, протягивая мне объёмистый свёрток, – сразу видно: военный. Можно только позавидовать.
- Пошли, папаша, - криво усмехнулась я. - И спасибо за подарок, вот муж удивиться им. Слушай, а удивлять, так удивлять, давай зайдём на второй этаж, купим ему тоже теплого белья. Поможешь выбрать, только платить я буду сама, он всё же не альфонс у меня.
-Ну, зачем ты так, Оля – обиделся Евгений, - я же от чистого сердца. Да к тому же: раз сам заказал, то сам и плати, откуда я знаю твои средства.
- Не обижайся, я не со зла. Действительно, спасибо за подарок, обещаю, что буду их носить и вспоминать тебя при этом, - и я чмокнула его тут же, при всех.
Второй свёрток оказался не меньше первого, две пары тонкого белья, да пара для сильных морозов – с начёсом, и мне пришлось покупать сумку, а вот тут уже пришлось занимать деньги у Евгения, на такой удар мои командировочные не рассчитывали. Но Евгений возмутился, что значит занимать? и купил шикарную, из настоящей кожи, сумку. Я стала сопротивляться: что я скажу мужу, откуда такие деньги. Но Евгений был неумолим:
- Придумай что-нибудь: ребята ракетчики на память подарили, нашла кошелёк, в конце концов. …Не маленькая, соврёшь.
Переодеваясь в каморке Вероники, я развернула покупки и под колготки надела всё же те, понравившиеся мне, в горошек, хотя они и были с резинками.
- Я смотрю, Вы за ум решили взяться, - заметила Вероника, глядя, как наверх я натягиваю ещё и оранжевые.
- Да нет, просто раньше как то не задумывалась, что в жизни главнее, здоровье или мода, - на полном серьёзе ответила я.
- А причём тут мода, мода – это для других, а бельё - для себя.
Дура ты, хотя и старше меня, а не понимаешь, что трусы у женщины: как раз и не для себя, - подумала я. Но промолчала, решив не обижать её, деревня она, что с неё взять, таёжный медведь ей любовник.
- Можно я сарафан на память возьму, товарищ полковник же говорил, что Вы всё-равно всё это спишите, - попросила я.
- Конечно, бери, - аж растрогалась Вероника, - бери всё, и сарафан и шапку. Всё равно оно уже не нулёвое, - приговаривала она, засовывая их мне в сумку. Как я не сопротивлялась, туда же засунула она и снятое бельё, добавив от себя ещё и пару тонких трикотажных рубашек. – Вместо ночнушечек, - пояснила она, - нынче с ними туго.
А, ладно, махнула я рукой, клади, место в сумке ещё есть. Но когда я попыталась оторвать обе от пола, я присвистнула: тяжесть набралась неимоверная, одних тёплых трусов, что Евгений подарил, восемь штук лежало.
- Не волнуйтесь, - успокоила меня Вероника, - Евгений Михайлович заботливый, он даст Вам до аэропорта машину. Я его сама попрошу.
Я и без тебя знаю, что заботливый, а попросить и сама могу. В Москве кто меня встречать будет? Но в командирский кабинет я всё же зашла, вдруг не догадается машину дать, а до аэропорта с такими сумками добираться - не долго и на самолёт опоздать, на такси же денег нет. Да и попрощаться всё же надо.
В кабинете у Евгения никого не было, и он сразу же щёлкнул замком.
- Не надо, Женя, вдруг кто-то захочет придти, а мы тут изнутри заперлись. Что люди подумают? – попыталась образумить я его. Но Женька меня не слушал:
- Кто это захочет придти к командиру? Уже третьи сутки в армии, а не
знаешь, что без вызова к командиру не заходят, - смеялся он, уже сняв с меня
юбку и укладывая спиной на стол.
– Молодец, слово держишь, - похвалил он меня, стаскивая к коленям, будем уж называть вещи своим именем, панталоны. Они натянулись перед самым его лицом, когда он закинул мои ноги себе на плечи и вторгся на всю глубину. Он долго не кончал, всё же не мальчик, заниматься любовью четвёртый раз за сутки, но я терпела. Должна же я была отблагодарить его за всё.

Это сообщение отредактировал radiotik - 09-02-2017 - 17:20
DeKart
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Уже за городом, по дороге в аэропорт я вспоминала эти три дня, анализировала новый опыт, знания. И тут меня осенила странная мысль: я теперь знаю, какое бельё носят в армии женщины, знаю, какое – офицеры. А вот в чём ходят солдаты? На отбой же меня так и не пустили, а подъёмы я проспала. Я поглядела на водителя, ничего так сержантик, чистенький, ухоженный, даже симпатичный, не зря командира полка возит. С таким не противно будет, не вшивый, и я решилась:
- Серёжа, заверни в лес, - попросила я.
- Зачем, - удивился он.
- Заверни, очень хочется, а до аэропорта ещё далеко.
- А, - понятливо протянул он, и свернул на первом перекрёстке.
- Останови здесь, - вновь попросила я.
- Да где же здесь, здесь же негде, - но «Уазик» аж занесло от резкого
торможения.
- Ничего, я здесь, за машиной, - открыла я дверцу и вылезла на дорогу. Видно, здесь давно не ездили, или ездили редко, дорога совсем не накатанная. Я отошла к задней дверке и присела.
Это должно было его завести, не могло не завести, а сама я почему-то никак не могла начать. Жалко только, что дверца открыта и ему не видно меня в боковое зеркальце. Я только собиралась привставать, когда Серёжа сдал немного назад, и я оказалась прямо напротив открытого проёма. Я посидела ещё немного, демонстрируя своё бедро боком, а потом встала лицом:
- Зачем ты это сделал?
Он сглотнул слюну. Ещё бы: я продолжала держать у пояса подолы юбки и комбинации, и между ними и приспущенными цветными штанинами ярко чернел холмик на белом фоне, а он впервые, наверное, видел женщину.
- Простите меня, Ольга Петровна, простите, я подумал, что Вам там холодно, ведь Вы же разделись, а с машины тепло идёт, - бормотал он первое пришедшее ему в голову, а сам неотрывно глядел на мой низ. Я отпустила подолы, и они, как занавес, упали до панталон, жгутом собравшимся на середине бёдер. Я встала на коленях на сиденье и спросила:
- Хочешь меня?
Он медленно протянул руку, коснулся обтянутого трикотажем бедра у коленей и вдруг резко отдёрнул:
- Я боюсь, Вы - такая.
- Глупышка, - усмехнулась я, – я же всего на пару лет тебя старше. Иди ко мне.
Но он забился к самой дверце. Тогда я потянулась к нему, упала грудью на его колени, и уцепилась за штаны в районе промежности, чувствуя там что-то твердое. Но когда я всё же пробилась через эти сплошные лабиринты: накладные складки на ширинке ватных брюк, две пары белья, рука моя утонула в море мокрого и склизкого. Серёжа покраснел, как рак, от происшедшего, но я успокаивала его, как могла:
- Ничего, перевозбудился, это бывает. Сейчас мы всё исправим, - приговаривала я, расстегивая это просто какое-то нашествие пуговиц на ширинках, и разворачивая одежду в стороны.
Внутри всё было перемазано спермой, её хватило бы сделать беременными не один десяток лишённых этой радости несчастных.
- Сейчас мы всё исправим, - приговаривала я, вытирая ему платочком. – Вот так, вот так. Ну-ка, приспусти брюки, нет, кальсон не снимай, тебе холодно будет, и я тебе сделаю приятное.
- Не надо, я стесняюсь, - сопротивлялся Серёжа.
- Чего, глупышка? Видишь, я тоже в тёплом белье, не надо стесняться, сейчас же зима, это всё естественно, - приговаривая это, я уже сумела спустить ему к самым сапогам ватные штаны и рассмотреть бельё. Солдатские кальсоны оказались другими, не как у офицеров. Те были из трикотажа, как женские панталоны, простые и с начёсом, только покрой другой и длиной до ступней. А эти были совсем первобытные, полотняные, только верхние – потолще. Из бязи что ли? Но какими бы они не были, я без устали шарила в них, не отрываясь от вновь восстающего члена. Я уже говорила, что губки у меня ещё те, за них меня взял и держал Главный, только я, своими мягкими губками, и могла возбудить его. Не прошло и пяти минут, как Серёжа был готов излить и вновь излил сперму. Я сглотнула последний раз и оторвалась, я уже всё что хотела, получила: рассмотрела и узнала. Но Серёжа только вошёл во вкус, он ещё ничего не видел и запросил:
- Ольга Петровна, а можно я Вас потрогаю, можно…
- Ну, тогда и смотри тоже, - привстала я на сиденье, задирая к поясу подолы. Но Серёже было неудобно, далеко тянуться на другое сиденье, да и не видно особенно, приспущенные панталоны не давали широко развести ноги, а снять их, не сняв сапог и колготок, я не могла.
- Подожди, я сейчас, - оторвала я его от экскурсии, и перебралась на заднее сиденье. Я улеглась спиной на него, а ноги закинула на спинки передних. Получилась отличная поза, как в гинекологическом кресле.
- Давай, изучай, - разрешила, расстёгивая ещё и кофту, ведь груди тоже достойны интереса.
- И не называй меня Ольга Петровна, мне всего двадцать два. И конечно трогай. Ты что, в первый раз?
Серёжа опять покраснел:
- В первый…
Мы чуть не опоздали на самолёт, пока Серёжа успел досконально изучить строение всех моих отверстий и побывать во мне. Вот что значит длительное воздержание и молодость: три раза в течение часа.
Всю дорогу, пока он гнал, опаздывая, Сергей клялся мне в вечной любви, просил ждать его, убеждал, что жить без меня не может, и я, с его точки зрения, без него тоже. Вот уж точно – глупышка, ему впервые дала женщина, вот он и опьянел от счастья, не ведая, что ею руководило любопытство, ну вроде журналистского исследования.
Резко тормознув у парадного входа аэропорта, мы вылетели с сумками из машины. Регистрация на самолёт уже закончилась, но я, размахивая журналистским удостоверением, всё же упросила на контроле, чтобы меня пропустили. У меня уже заканчивали досмотр, когда ко мне подошла молодая стюардесса, и тихонько прошептала:
- Девушка, можно Вам дать один совет.
Раньше бы я послала её к чёрту, кто она такая, давать мне советы, но сейчас вопросительно взглянула на неё.
- У Вас сзади юбка вся измазана, и, по-моему, спермой. Вы бы привели себя в порядок, вдруг Вас кто-то встречать будет. Да и вообще, неприлично как-то.
Я крутанула юбку по талии. Точно, сзади, словно длинные сопли, висели подтёки Серёжкиной спермы. Гадёныш, изливать не научился. Хороша была бы я, когда меня в ней Виталик увидел. Нет, всё-таки нужно слушать советов, особенно добрых, - думала я, затирая снегом следы командировки.


Автор – DeKart.

Это сообщение отредактировал radiotik - 09-02-2017 - 17:21
radiotik
 
  • Group Icon
  • Статус: Если тебя нет, то и меня нет...
  • Member OfflineМужчинаВлюблен
DeKart, не забывайте в стартовом сообщении темы авторство указывать.
Дубль этой темы удален.
DeKart
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
(radiotik @ 09-02-2017 - 17:11)
DeKart, не забывайте в стартовом сообщении темы авторство указывать.
Дубль этой темы удален.

Извиняюсь! Исправлюсь!
Принято писать авторство в начале, а не в конце.
0 Пользователей читают эту тему (0 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)

Страницы: (1) 1



Интересные топики

Моя Теща окончание

Куколка. Часть 1, 2

Реабилитация

Мое пушистое приключение

Прости