Страницы: (1) 1
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Джин графомании, выпущенный из бутылки погода назад, теперь не дает мне покоя. Чтобы его задобрить, было написано нижеследующее.
Объем большой, потому буду постить кусками. Да простит меня сэр Артур Конан Дойл.

Рассказы о мисс Хардсон, Шерлоке Коклмсе и докторе Факсоне.
Подлинная история Байкер стрит.


ЗНАКОМСТВО

В начале двухтысячного года я, Джек Факсон, следуя традициям нашей семьи, окончил медицинский университет и, получив звание врача, около года проработал в одной из клиник Лондона. После начала операции в Афганистане, пройдя ускоренные курсы военных хирургов и движимый патриотическими чувствами, я добровольно отправился насаждать демократию среди диких афганцев. Но у войны были свои планы относительно меня. Через два месяца после моего прибытия на наш лагерь напали, и я получил контузию, после которой самолетом срочно был переправлен обратно в Англию. К счастью контузия оказалась не очень тяжелой, и единственным ее реальным последствием было то, что я стал плохо слышать правым ухом.
Лежа в госпитале неподалеку от Лондона и имея много свободного времени, я волей неволей начал задумываться о своей дальнейшей судьбе. Возвращаться к работе в клинике мне не хотелось, но для того, чтобы обзавестись частной клиентурой нужны были время и какое-нибудь пристанище. И тут, как это часто бывает в жизни, его величество Случай оказал мне услугу.
--------------------------
В самую первую ночь своего пребывания в госпитале я, находясь еще под действием лекарств, услышал, как кто-то зашел в мою комнату. Это была медсестра, которая должна была провести положенную для вновь прибывших санобработку.
- О! Да это же доктор Факсон! – проворковал женский голос, показавшийся смутно знакомым.
Я открыл глаза, но полусумрак палаты и сильная доза обезболивающего, затуманившего ум и зрение, позволили только разобрать, что это было молодая и стройная девушка.
Я почувствовал, как мое тело и ноги начали протирать влажной губкой, особенно тщательно проходясь по моей промежности.
- Нет, это все-таки непорядок. Все это надо убрать. – недовольно произнесла девушка, прервав обтирание. Раздался шипящий звук, и я ощутил, как кисточка для бритья размазывает пену на растительности в моем паху. После того, как эта процедура была закончена, сестра взяла в одну руку мой член, а другой начала осторожно сбривать волосы вокруг него.
Работа была кропотливая и неспешная. Сестра вертела член в разные стороны, легонько сжимала его. От этого он начал наливаться кровью и вскоре восстал во всей красе.
- А кто это у нас тут такой большой? – пропел женский голос, и я ощутил, как мягкая губка прошлась по моим яичкам, члену и животу, стирая остатки пены.
- А кто это у нас такой важный? – продолжила девушка, и я почувствовал, как одна ее рука, крепко сжала член, а другая начала играть с моими яичками.
Я попытался приподняться, чтобы разглядеть медсестру, но сил не хватило. К тому же она расположилась между моих ног и стала водить языком по всей высоте члена, задерживаясь на головке и яичках. Через некоторое время, насладившись этой игрой, сестричка прильнула к головке члена и начала тщательно облизывать ее, энергично двигая рукой вверх и вниз по всей высоте ствола.
По мере того, как все это продолжалось, мое дыхание становилось все более шумным и глубоким, а девушка начала понемногу заглатывать и освобождать мой член, плотно обхватив губами. В конце концов, она насадилась ртом на член так, что он вошел ей в горло, и застыла на некоторое время, массируя рукой мои яички и двигая, насколько это было возможно, языком. Затем она откинула голову назад, перевела дыхание, вздохнула и снова насадилась на член, проделав руками и языком все то же самое.
Разумеется, такая массированная атака не могла продолжаться долго. После четвертого или пятого раза я почувствовал, как по моему члену пробежала волна, и вся сперма, что накопилась во мне за долгий период воздержания, устремилась в рот медсестре. Почувствовав это, она плотно обхватила губами головку члена, стараясь высосать всю сперму и не упустить ни одной капли. И это ей вполне удалось.
После того, как все успокоилось, медсестра снова тщательно протерла у меня между ног влажной губкой и направилась к выходу.
- Кто ты? – собрав все силы, спросил я ее.
- Спи, спи. Мы еще пообщаемся. – проворковала она в ответ, и я провалился в сон.
--------------------------
Придя в себя через какое-то время, я был готов посчитать все произошедшее видением, вызванным принятыми лекарствами, но побритый член однозначно свидетельствовал о том, что все это было реальностью. Впрочем, все разъяснилось довольно быстро. Во время завтрака, в палату, неся поднос с больничной едой, впорхнула медсестричка Эмма, с которой я был знаком еще со времени работы в Лондонской клинике. За свои особые методы ухода за пациентами она получила прозвище «целительные губки».
- Эмма! Как я рад тебя видеть! Как ты здесь оказалась? – воскликнул я.
- Я уже с полгода работаю тут. А ты думал меня вызвали специально для тебя?
- Нет, конечно. Но я… я… - я замялся, не зная как продолжить.
- Не волнуйтесь так, доктор Факсон. Вам вредно. – засмеялась Эмма. – Но если вы обещаете продолжить курс моих процедур, то все у вас будет в порядке. Это я вам, как специалист, говорю.
Уж не знаю, то ли из-за больничного лечения, то ли из-за дополнительных процедур, прописанных мне Эммой, но я шел на поправку довольно быстро, и дело вскоре подошло к выписке.
В ночь перед тем, как я должен был покинуть госпиталь, Эмма пришла ко мне в палату и заявила, что не может выпустить меня без детального обследования. Разумеется, как врач, я прекрасно понимал всю важность такого мероприятия.
- Раздевайтесь, больной, и ложитесь на спину. – строго произнесла медсестра.
Я стащил с себя больничную пижаму и улегся на кровати. Эмма неспешно, походкой манекенщицы на модном показе, проследовала в моем направлении, расстегивая на ходу пуговицы на своем халате. Нижнего белья на ней не было.
- Сначала тест на функционирование жизненно важных органов. – произнесла она совсем не тем скучным голосом, которым обычно говорят доктора, изучая пациента.
Остановившись рядом со мной, Эмма провела пальчиком по моей ноге, внутренней поверхности бедра, по члену. Задержавшись на животе, ее палец проделал несколько кругов и двинулся в обратном направлении. Разумеется, организм не мог не отреагировать на подобный тест. Член после нескольких повторений этих движений начал оживать и поднимать голову.
- Основные рефлексы в норме. – удовлетворенно заметила Эмма. – Посмотрим, как организм воспримет боле серьезную нагрузку.
С этими словами, скинув с себя халат и оставшись в одних белых кружевных чулках и шапочке медсестры, она влезла на кровать, развернулась ко мне своей попкой, занялась моим членом. Я обхватил ее зад руками и приник к влагалищу.
Я водил по нему языком и губами, проникал между половыми губками, стараясь не пропустить ни миллиметра этого чудного бутона. Эмма тем временем усердно работала надо моим членом, то облизывая его, то заглатывая целиком, то интенсивно работая над ним руками.
Дотянувшись до напряженного и упругого клитора своего «доктора», я сжал его губами и стал водить по нему языком. Она отреагировала на это глубоким вздохом, выгнулась, а потом опустила голову, стараясь дотянуться языком как можно глубже между моих ног.
Через некоторое время я, наигравшись с клитором, опустил голову на подушку, засунул палец во влагалище Эммы и стал вводить им взад и вперед. Потом то же самое было проделано с использованием двух, а затем и трех пальцев.
Эмма стонала, извивалась от таких ласк и терлась грудью о мой живот, не забывая при этом и о моем члене.
Не знаю сколько времени это продолжалось, но когда я был почти готов кончить, Эмма приподнялась, развернулась ко мне лицом с улыбкой достала откуда-то из медицинской шапочки тюбик со смазкой и протянула его мне:
- Смажь мою дырочку в попке.
Я открутил колпачок с длинного горлышка тюбика, приподнял Эмму за ягодицы и раздвинул их так, чтобы было видно нужную дырочку. Затем вставил в эту дырочку горлышко, выдавил смазку и легонько подвигал тюбик.
- А пальцы у нас на что? – недоуменно спросила девушка.
Я убрал тюбик, просунул ей в попку указательный и длинный пальцы, которые легко проскользнули туда, и стал двигать ими вперед и назад, одновременно вращая их. Пальцами другой руки я стал тереть Эмме клитор. Это оказалось не такой уж легкой задачей, поскольку она, запрокинув голову назад, начала энергично насаживаться на мои пальцы, и я постоянно промахивался мимо клитора.
Впрочем, это продолжалось недолго.
- А теперь время главного теста. – объявила Эмма.
Она приподнялась, взяла в руку мой член, направила его себе в попку, насадилась на него и, опершись руками на мои ноги, начала энергичные фрикции. Мне оставалось только закрыть глаза и сосредоточиться на ощущениях ниже живота.
Постепенно Эмма разошлась не на шутку. Ее дыхание стало прерывистым, она стонала, не громко, но страстно, а по щекам пошли красные пятка. Через некоторое время она издала протяжный стон, сильно сжала в своей попке мой член и с удвоенной силой насадилась на него. Потом на секунду застыла и насадилась снова. Потом еще и еще раз.
Я кончил почти следом за ней. Ухватив ее за талию двумя руками, я прижал ее таз к себе, насадив на свой член, после чего разразился спермой в разгоряченную и скользкую дырочку и не отпускал, пока не схлынула последняя волна наслаждения.
Когда все закончилось, Эмма легла на меня и прошептала:
- Теперь я спокойна. Ты полностью готов к выписке.
После этого она скатилась с меня и пристроилась рядом. Некоторое время мы лежали в тишине. А потом как-то незаметно завязался разговор о медицине, больнице, общих знакомых и планах на будущее. Эмма сказала, что она собирается уводиться из госпиталя и переехать в другой город к своим родителям, которые нуждались в уходе.
Я в, свою очередь, поделился своими сомнениями относительно своего будущего.
- Ты можешь поселиться вместо меня! – заявила вдруг Эмма. – На прошлой неделе я съехала из своей комнаты, и моя хозяйка мисс Хардсон как раз ищет нового жильца!
- А чем занимается эта мисс Хардсон? – спросил я Эмму.
- Понятия не имею. – ответила она. – Мисс Хардсон очень скрытна. У меня даже нет ее телефона. Там есть еще один жилец – мистер Коклмс. Здоровенный детина, молчаливый, но, похоже, очень умный. У них с мисс Хардсон какой-то общий бизнес. В чем он заключается не знаю, но от недостатка посетителей они не страдают. Да мне это и не интересно. Если согласен, то сам все и выяснишь.
Сумма, за которую сдавалось жилье, показалась мне вполне приемлемой. К тому же мне была положена неплохая компенсация за полученное ранение, и ее вполне хватало на обустройство и дальнейшее обзаведение клиентурой. Потому я немедленно согласился.

Это сообщение отредактировал defloratsia - 26-07-2014 - 22:13
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Вот так случилось, что уже на следующий день я стоял перед небольшим домом на Байкер Стрит в одном районов Лондона. В кармане у меня лежала написанная Эммой записка для мисс Хардсон.
На двери дома располагался старомодный звонок, которым я и воспользовался. Дверь открыл здоровенный детина под 2 метра ростом. Он внимательно оглядел меня, как обычно глядят на людей полицейские, патрулирующие улицы.
- Я могу видеть мисс Хардсон?
Не произнеся ни слова, детина сделал шаг назад и пропустил меня внутрь дома в просторную прихожую. С правой стороны прихожей располагалась лестница на второй этаж. В открытой двери напротив входа была видна кухня и еще пара дверей.
- Чем могу быть полезна? – раздался приятный грудной женский голос. На площадке, венчавшей лестницу, появилась стройная рыжеволосая женщина. Она была одета в костюм, который вполне можно было бы назвать деловым, если бы не слишком короткой юбка, открывавшая длинные стройные ноги, и обтягивающая блузка с декольте, в котором удобно располагалась эффектная грудь. Впрочем, несмотря на всю сексуальность, в костюме не было ни капли вульгарности.
- У меня для Вас письмо. – я протянул записку.
- Давно из Афганистана? – неожиданно спросила мисс Хардсон, спускаясь вниз. Когда она подошла ко мне, детина тут же расположился за моей спиной, что заставило меня немного нервничать.
- Все в порядке, Коклмс. – произнесла мисс Хардсон, поднимая от записки свои зеленые глаза. – Это наш новый жилец – доктор Факсон. Идемте, я покажу Вашу комнату.
Мы поднялись по лестнице. В центре второго этажа располагалась большая комната: то ли гостиная, то ли библиотека. Посредине стоял невысокий, но основательный столик, вокруг были расставлены основательные, под стать столику, мягкие кресла. Вдоль стен тянулись полки с книгами и журналами. Между ними располагался большой плоскопанельный телевизор. Четыре двери вели в смежные комнаты, три из которых являлись спальнями, а в четвертой стоял компьютер и еще какие-то приборы, пробирки и пузырьки с химическими реагентами.. Моя спальня была небольшой, но уютной - именно такой, как мне и требовалась.
- Возможно, Вы хотите отдохнуть, мистер Факсон. Вы ведь еще не совсем оправились от контузии. – снова удивила меня мисс Хардсон.
- Как вы узнали о контузии? – на смог сдержать я своего любопытства.
- Давайте вы сейчас примете душ, отдохнете. А вечером за ужином Вы будете удовлетворены. И Ваше любопытство тоже. – ответила мисс Хардсон с улыбкой. – Коклмс, покажите доктору Факсону где у нас удобства.
Ванная комната располагалась на первом этаже рядом с кухней. В ней все было обычно, если не считать огромного джакузи посредине.
Освежившись под душем и выйдя из ванной, я увидел, как Коклмс колдует на кухне над какими-то кастрюлями и сковородками, стоящими на плите. Поднявшись в свою спальню, я с удовольствием растянулся на кровати и после некоторого размышления пришел к выводу, что мисс Хардсон и мистер Коклмс мне определенно нравятся. Было в них что-то необычное, интригующее и в то же время располагающее. За этими раздумьями я не заметил, как уснул.
--------------------------
Разбудил меня стук в дверь.
- Доктор Факсон, прошу к ужину. – раздался из-за двери голос мисс Хардсон. – Домашний халат – вполне подходящая одежда. Вы найдете его в шкафу.
Достав из шкафа длинный халат и накинув его поверх пижамы, я вышел в гостиную. На столике стояли тарелки с едой. Исходящий запах заставил меня осознать насколько сильно я проголодался.
Мы расселись и принялись за еду. Все молчали, и я стал разглядывал книжные полки. Их тематика меня несколько насторожила. В основном это были журналы по сексологии, психологии сексуальных расстройств, книги про серийных маньяков и убийц. Отдельную полку занимали оккультные науки. Несколько неожиданно среди этого смотрелась лежащая на журнальном столике в углу солидная стопка порнографических журналов и газет с объявлениями об оказании сексуальных услуг.
- Как Вам еда, доктор? – спросила мисс Хардсон.
- М-м-м… Великолепно! Не припомню, чтобы я ел что-то более вкусное! – ответил я совершенно искренне.
- Это один из многих талантов мистера Коклмса. – мисс Хардсон перевела на него взгляд. - Да и полученное образование помогает ему так замечательно готовить.
Коклмс молчал, но по его лицу было видно, что он очень доволен такой оценкой.
- А кто Вы по образованию? – обратился я к нему.
- Химик. – произнес Коклмс первое слово в моем присутствии.
- Вижу Вас смущает его молчаливость? – засмеялась мисс Хардсон. – Не смущайтесь. Думаю, вы скоро привыкнете. Да и в нашей работе это скорее плюс.
- А чем вы занимаетесь? – задал я давно мучивший меня вопрос.
- Вы наверняка думаете, что мы сексуальные извращенцы. Не отпирайтесь. Я видела, как вы рассматриваете полки с книгами.
Я не мог не признать, что и в этот раз на не ошиблась в своих наблюдениях. Во мне действительно боролись симпатия к этим людям и мысль о том, что они могут оказаться грязными извращенцами.
- Браво, мистер Факсон! – продолжила мисс Хардсон. – Вы сделали в целом правильные выводы. Наша работа действительно имеет непосредственное отношение к сексу. И очень часто нам приходится иметь дело с очень и очень грязными вещами. Но, как типичный англичанин, вы пошли на поводу у своих предрассудков. Могу Вас успокоить. Мы не заманиваем доверчивых граждан в сексуальное рабство, не фотографируем их в пикантных ситуациях и не шантажируем, угрожая рассказать все женам и мужьям. Мы – детективы, расследующие сексуальные преступления!
- Детективы! Ну конечно! Как я сразу не догадался? – воскликнул я, испытывая огромное облечение. Эта новость еще больше разожгла мой интерес к этой явно неординарной парочке.
- А как вы все же узнали о том, что я был в Афганистане? – задал я еще один мучивший меня вопрос.
- Это элементарно! – улыбнулась мисс Хардсон. – На шее у вас брелки с выгравированной группой крови – привычка, которая присуща военным. Сейчас осень, а у вас сильный загар. Значит прибыли недавно откуда-то с юга. При разговоре поворачиваете голову направо – скорее всего следствие ранения. Сопоставив все это и припомнив, где сейчас Англия ведет боевые действия, я и сделала свой вывод об Афганистане.
- Но как вы определили контузию? – не унимался я.
- Об этом было написано в записке. – рассмеялась мисс Хардсон.
- Действительно элементарно! – рассмеялся я следом.
Мы продолжили разговор о сексе, о его роли в жизни людей, о вреде подавляемых желаний, о преступлениях, и я поразился, как оказывается много мне неизвестно о человеческих страстях.
- Но разве в полиции нет специального подразделения, занимающегося сексуальными преступлениями? – поинтересовался я.
- Полиция! – презрительно хмыкнула мисс Хардсон, а на лице Коклмса появилась насмешливая улыбка. – Да что они в этом понимают! Начальник этого отдела, инспектор Лейкстрейд, - полный импотент, чья энергия может сравниться только с его тупостью. И он всегда обращается к нам за помощью в трудных ситуациях. Кроме того, часто людям в таких пикантных вопросах проще воспользоваться помощью частного детектива, чем обратиться в полицию.
В это время раздалось звяканье дверного звонка и Коклмс отправился открывать дверь. Я и мисс Хардсон поднялись и вышли следом на лестничную площадку.
- Помяни черта – он тут как тут. – пробормотала мисс Хардсон.
В прихожей стоял невысокий мужчина и, размахивая руками, выговаривал Коклмсу за отсутствие телефона из-за чего ему все время приходится сюда ездить. Закончив с Коклмсом, мужчина переключился на мисс Хардсон.
- Мисс Хардсон! Извините за поздний визит, но, думаю, вас заинтересует это проишест… - тут он заметил меня и умолк на полуслове.
- Все в порядке, инспектор. Это мистер Факсон. Он полностью в курсе наших дел Вы можете ему полностью доверять. Мистер Факсон, это мистер Лейкстрейд. - мисс Хардсон представила нас с достоинством истинной английской леди. Мы раскланялись.
- Так в чем же проблема, мистер Лейкстрейд?
- Только что сообщили, что найден труп мужчины, выпавшего их окна. Я подумал, что этом может Вас заинтересовать: погибший – директор подпольной американской студии по производству порнофильмов. – пояснил инспектор. – Конечно, я вполне мог бы обойтись без Ваших услуг, но вы же знаете этих американских бюрократов – чтобы получить хоть какую-нибудь информацию, надо заполнить массу бумаг. А Ваши методы, не могу этого не признать, иногда оказываются довольно эффективными.
Я заметил, как на лице Коклмса появилась уже знакомая мне презрительная усмешка.
- Разумеется, за помощь в раскрытии преступления, как обычно, полагается солидная награда. – закончил Лейкстрей свою речь.
- Дайте нам десять минут и мы будем к Вашим услугам. – ответила мисс Хардсон, и инспектор, удовлетворенно кивнув, вышмыгнул на улицу.
- Не желаете ли к нам присоединиться, мистер Факсон? – последовало неожиданное предложение.
- Если только я не буду Вам в тягость. – ответил я, понимая, что с этого момента моя жизнь уже не будет прежней никогда.
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
БАГРОВОЕ ОБЛАКО

Пока мы ехали к месту происшествия инспектор Лейкстрейд успел рассказать нам то немногое, что успел выяснить. Около двух часов назад в полицию позвонили и сообщили о мужчине выпавшем из окна. Сказать точно являлось ли это убийством или самоубийством было пока невозможно, но никто ничего подозрительного не заметил. Погибший - Йенг Со Сунн - был вьетнамцем американского происхождения. В Соединенных Штатах он был владельцем полулегальной порностудии под названием «Багровое облако», где в основном снимались фильмы со сценами жесткого секса и садомазохизма. Некоторое время назад разразился какой-то скандал, связанный с самоубийством одной из актрис, после чего Ейнг Со Сунн бесследно исчез. Дом, в котором он снимал маленькую квартиру, располагался на окраине Лондона, а сам погибший вел довольно скромный образ жизни.
Когда мы прибыли, тело успели уже убрать и только осколки стекла указывали на произошедшее. Осколки чем-то заинтересовали мисс Хардсон. Она остановилась около них, а затем, задрав голову, стала внимательно разглядывать разбитое окно на пятом этаже.
Когда мы поднялись в квартиру жертвы, эксперт-криминалист уже заканчивал свою работу.
- Что можете сказать? – обратился к нему инспектор .
- Пока немногое. Похоже, что он был чертовски пьян. В доме, если не считать вот этой записки, больше ничего интересного. – эксперт протянул Лейкстреду листок бумаги. – Почерк скорее всего погибшего. Я нашел несколько писем, подписанных им.
Лейкстрейд пробежал глазами записку и протянул ее мисс Хардсон. Записка была написана от руки и гласила:
«То, что я делаю, я делаю добровольно, и никого не собираюсь винить. Все последствия моего шага мне понятны, и я приму их без обид и претензий. Йенг Со Сунн».
- Ну все понятно! Это самоубийство! – безапелляционно объявил инспектор Лейкстрейд.
- Я бы не была в том так уверена. – задумчиво ответила мисс Хардсон, медленно обходя комнату и внимательно разглядывая ее.
- Да бросьте вы умничать! – не унимался инспектор. - Человек решил покончить с собой, напился для храбрости, написал записку и выпрыгнул из окна!
- А что Вы скажете вот об этом? – мисс Хардсон указала на маленькую каплю крови на подоконнике.
- Да что тут думать? Он же прыгнул в окно, поранился о стекло! Потому и кровь! Все, ребята, сворачиваемся! – обратился инспектор к полицейским. - В общем, мисс Хардсон, извините, что зря побеспокоил!
- Если позволите, то мы здесь задержимся на некоторое время. – попросила разрешения мисс Хардсон.
- Если хотите терять время, то пожалуйста! – великодушно разрешил Лейкстрейд. – Мне это дело больше не интересно!
Когда полицейские ушли, мисс Хардсон и мистер Коклмс стали подробно изучать помещение. Коклмс залез под кровать, внимание мисс Хардсон привлекли стоящие на полке диски с порнофильмами.. Я стоял в стороне и, не зная что делать, просто наблюдал за их действиями.
- Интересно. – побурчал Коклмс, выползая из-под кровати.
В руках у него был небольшая коробочка. Внутри находились две таблетки синего цвета, по виду напоминавшие виагру. Коклмс понюхал каждую из них и потер пальцами.
- Проанализируем. – произнес он второе слово за минуту, что при его молчаливости можно было считать безостановочной болтовней.
- У меня тут тоже кое-что интересное есть. – с этими словами мисс Хардсон достала из глубины полки диск в прозрачном боксе. – Ну что же. Здесь, пожалуй все. Надо еще поговорить с владельцем дома.
Мы двинулись к выходу. Проходя по полутемному коридору, я заметил какой-то небольшой предмет, лежащий в углу. Оказалось, что это кольцо-насадка на пенис.
- Сдается мне, что все здесь не так просто, как думает мистер Лейкстрейд. – произнесла мисс Хардсон, внимательно разглядывая находку. – Браво Факсон, это может оказаться очень важным.
Не буду скрывать, ее похвала была мне крайне приятна.
Спустившись на первый этаж, мы постучались к владельцу дома.
- Чего надо? – хозяин выглядел не очень дружелюбным.
- Мы частные детективы. Расследуем обстоятельства сегодняшнего происшествия. – с очаровательной улыбкой ответила ему мисс Хардсон. – Могли бы мы побеседовать?
- Ну проходите. – смягчившись ответил хозяин. – Хотя не знаю. Что я могу рассказать кроме того, что я уже сказал полиции. Жил этот узкоглазый тихо, не буянил, платил вовремя.
- Бывали ли у него посетители?
- Ну если только шлюху какую-нибудь притащит. А так - никогда. Да вот сегодня его на себе притащил какой-то таксист.
- Таксист? – переспросила мисс Хардсон.
- Ну да, какой-то ниггер.
- А номер машины вы не заметили? Или марку?
- Нет, не обратил внимания. Зеленая машина какая-то.
- А таксист ушел до того, как все произошло или после?
- Врать не буду - не видел. Я по телевизору футбол смотрел. Манчестер Юнайтед с Ливерпулем играли. Так что не заметил я.
- Спасибо за очень ценную информацию. Не затруднит ли вас позвонить мне, если вспомните еще что-нибудь интересное? Вот по этому номеру телефона. – мисс Хардсон снова одарила владельца дома улыбкой и протянула визитную карточку.
- Такой красотке да не позвонить… - пробурчал хозяин забирая карточку.
--------------------------
- У вас есть телефон? – спросил я, когда мы вышли из дома.
- Конечно. Только Лейкстейду знать об этом совершенно не обязательно.
Мы поймали такси и направились к себе на Байкер-стрит.
- Вы заметили, что все такси в этом районе города – желтые? – спросила меня мисс Хардсон.
- Не обратил внимания. – честно признался я. - А это имеет какое-то значение?
- В нашем деле все может иметь значение, любая мелочь. – пояснила мисс Хардсон. – Например, Факсон, вы обратили внимание на форму капли крови на подоконнике?
- Нет.
- А напрасно. Когда человек прыгает сквозь стекло, кровь разбрызгивается в стороны. А эта капля как будто капнула из чье-то разбитого носа. Или вот этот диск. Он был запрятан в глубине и в отличии от других дисков не имеет обложки. А значит для владельца он имел какое-то особое значение.
Я снова поразился ее наблюдательности, хотя и не очень понимал почему это так важно.
После того, как мы вернулись домой, Коклмс отправился в лабораторию колдовать над таблетками, а мы с мисс Хардсон, усевшись в гостиной, вставили диск в проигрыватель и стали его просматривать.
Это был образец продукции киностудии Йенг Со Сунна. В темной комнате на коленях стояли две девушки: китаянка и негритянка. Они стояли задом к невысокому столбу, из которого торчали два толстых отростка в виде членов. Члены упирались девушкам в вагины. Через кольцо на вершине столба была пропущена цепь, к концам которой били прикреплены ошейники, надетые на шею девушек. Цепь была натянута так, что практически лишала возможности двигаться.
Кроме девушек в комнате была стройная белая женщина в коротком и облегающем черном платье без рукавов. В руках она держала зажженную свечу. Подождав пока свеча разгорится, она наклонилась к китаянке и капнула ей на спину расплавленным воском. Китаянка непроизвольно вскрикнула и дернулась подавшись вперед. Цепь натянулась, потянула негритянку назад, и член вошел в ее вагину, отчего девушку застонать. Затем женщина со свечой повернулась к негритянке и капнула воск ей на ягодицы. Теперь уже китаянка оказалась насаженной на член. Так продолжалось некоторое время. Горячий воск лился то на одну, то на другую девушку, заставляя их дергаться, насаживаться на члены и стонать то ли от боли, то ли от наслаждения.
Потом экран затемнился, а когда посветлел, то все изменилось. Китаянка и негритянка теперь располагались в центре комнаты на невысоком постаменте. Они сидели выпятив грудь, с заведенными за спину руками и разведенными в стороны ногами. Вокруг девушек в сумраке виднелись силуэты людей – мужчин и женщин. Затем появилась женщина, капавшая на девушек воск. Теперь в ее руках был тонкий и гибкий хлыст. Она подошла к китаянке и, проведя хлыстом по ее шее, груди, животу, начала тереть влагалище.
- Чего ты хочешь? – спросила женщина.
- Я хочу мужской член, госпожа. – ответила китаянка.
- Не слышу!
- Я хочу мужской член, госпожа!!!
- Один член? – женщина ударила китаянку хлыстом по груди.
- Нет, госпожа! – дернулась та.
- Я не слышу! Не слышу! – удары защелкали по груди девушки.
- Я хочу много членов!!!
- Отвечай правильно!! – потребовала женщина, продолжая экзекуцию.
- Я хочу много мужских членов, госпожа!!! – по щекам китаянки потекли слезы.
- Хорошая девочка! – произнесла госпожа, заканчивая истязание и подходя к негритянке. Хлыст заскользил по бедром, животу и груди девушки. Та напряглась, ожидая удара. Но его не последовало. Вместо этого женщина засунула свое орудие девушке в рот и спросила:
- Ты тоже хочешь мужской член?
- Да, госпожа! – отвечала негритянка.
Госпожа сделал знак куда-то в сторону, из темноты появился обнаженный мускулистый негр. Женщина подцепила хлыстом его член, подвела к негритянке и направила член ей в рот. Негритянка обхватила его губами, а негр начал двигать тазом вперед и назад. Через некоторое время он, войдя в раж, положил девушке руки на затылок и стал с силой вгонять член рот, ускоряя частоту движений.
Госпожа тем временем вернулась к китаянке. По ее знаку из темноты появился белый качок. Подойдя к китаянке, он намотал на руку ее волосы, приподнял с постамента и развернул спиной. Госпожа коснулась хлыстом ягодицы девушки. Негр со всего размаху ударил ладонью по указанному месту. Затем хлыст показал на другую ягодицу, по которой незамедлительно последовал удар. Хлыст метался по ягодицам китаянки, удары сыпались один за другим. Вскоре вся попа девушки была сплошным красным пятном.
Тем временем негритянка тоже не оставалась без дела. К негру присоединился еще один внушительного вида мужчина. Девушку стояла на постаменте на коленях. Один из партнеров, схватив ее за волосы, интенсивно входил своим челном ей в рот, а другой с таким же энтузиазмом работал над ее вагиной.
Через некоторое время число участников действия увеличилось. Еще два мускулистых мачо появились в центре комнаты, выхватили китаянку и негритянку, разложили их валетом на постаменте и уселись им на грудь, заставив сосать свои члены. Госпожа, которая к этому времени избавилась от своего платья, но обзавелась искусственным членом, пристроилась между ног негритянки и засадила инструмент ей в анус. Негр, проделал то же самое с анусом китаянки. Двое оставшихся мужчин расположились рядом, и, когда двое мачо слезли с груди девушек, тут же заняли их место.
Оргия набирала ход. Девушки стонали и извивались под тяжестью навалившихся на них тел. Их стоны становились все громче и чувственней.
Зрители по периметру комнаты тоже не оставались равнодушными к происходящему. Одни мужчины, спустив штаны, яростно обрабатывали свои члены руками. Другим в этом деле помогали стоящие рядом женщины, кому-то делали минет, а наиболее активные не отставали от того, что происходило в центре.
В конечном итоге изученных девушек усадили посреди комнаты на колени спиною друг к другу, и находившиеся там мужчины стали по очереди кончать им на лицо, грудь и плечи, заставляя облизывать свои члены. Некоторые не могли отказать себе в удовольствии отвесить девушкам пощечину или, засунув член в рот, потаскать за волосы.
В последних кадрах, измазанные в сперме с ног до головы девушки улыбаясь рассказывали о своих ощущениях и полученном ими удовольствии.
- .Вы не заметили ничего необычного? – спросила мисс Хардсон, когда фильм закончился.
- Я нахожу необычным весь этот фильм. – ответил я.
- И все-таки кое-что показалось мне странным. – продолжила мисс Хардсон. – Если хотите, то можете идти спать, доктор Факсон. Коклмс вряд ли закончит до утра. А я посмотрю фильм еще раз. Надо уточнить некоторые вещи. Думаю, завтра нас ждет много сюрпризов.
Понимая, что вряд ли чем-то могу быть полезен, я пожелал мисс Хардсон спокойной ночи и отправился в свою спальню, пытаясь уложить в голове все увиденное за последние несколько часов.
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Утро началось с нетерпеливого звонка в дверь. Коклмс, подтянутый и энергичный, как будто не было бессонной ночи, открыл дверь. Мисс Хардсон в домашнем халате немного сонная, но не потерявшая ни капли своей привлекательности вышла в гостиную. Это был инспектор Лейкстрейд.
- Вы были правы, мисс Хардсон! – начала он без предисловий. - Это убийство!
Мисс Хардсон только улыбнулась.
- Экспертиза показала, что кровь на подоконнике принадлежит двум разным людям. – продолжал Лейкстрейд. – Поэтому я пришел узнать, нашли ли вы что-нибудь интересное?
- С удовольствием с Вами поделюсь, инспектор. – ответила мисс Хардсон. – Мистер Коклмс, принесите, пожалуйста, заключение по вашему анализу.
Коклмс исчез в дверях лаборатории и через минуту вернулся с листком бумаги, на котором было что-то напечатано.
- И что это значит? – недовольно спросил инспектор, прочитав написанное. – Зачем это вдруг у покойного обнаружились таблетки виагры да еще вместе с таблеткой для импотенции? И какое отношение это имеет к делу, если парень выпал из окна? Вы наверное издеваетесь надо мной?
- Ни в коем случае, инспектор. Ни в коем случае. – спокойно возразила Мисс Хардсон. – Кроме того, мы обнаружили довольно интересный диск с фильмом снятым, по всей видимости, на студии покойного.
С этими словами она протянула Лейкстрейду вчерашний диск. Он взял его, не скрывая брезгливости.
- Это все?
- Кое-что еще. – продолжила мисс Хардсон. – В коридоре мы нашли вот это кольцо-насадку на пенис.
- Ну уж это можете оставить себе! – возопил инспектор. – Какое мне дело до всех штучек этого извращенца, не имеющих ни малейшего отношения к его смерти?
- И последнее… – продолжила мисс Хардсон, не обращая внимания на вопли. - Настоятельно рекомендую поискать водителя зеленого такси с темнокожим водителем.
- Этих такси в Лондоне тысячи?!! – инспектор почти кричал, не скрывая своего раздражения. – И каждый второй водитель – негр. Предлагаете искать мне иголку в стоге сена?
- Я ознакомила вас со всем, что нам удалось найти по этому делу.
- Да ни черта вы не нашли! – Лейкстрейд окончательно отбросил все любезности. – Только умное лицо делаете!! Если хоть что-то из этого окажется полезным, и вы выведете меня на убийцу, я обещаю, что заплачу по двойной ставке!!!
- Ловлю вас на слове, инспектор. – любезно произнесла мисс Хардсон.
Лейкстрейд хотел добавить что-то еще, но, видимо, не найдя нужных, слов вылетел из гостиной. Мы услышали, как хлопнула входная дверь.
- Все-таки Лейкстрейд редкостный тупица. – заметила мисс Хардсон. – Он не хочет замечать очевидного.
Честно говоря, мне тоже мало что было понятно, но уважение, которым я успел проникнуться к этой женщине, заставило меня промолчать.
- Завтрак готов. – произнес Коклмс необычайно длинную речь из двух слов, и мы отправились переодеваться к приему пищи.
За завтраком мисс Хардсон рассказала мне о результатах ночных исследований Коклмса. Оказалось, что одна из найденных таблеток была безобидным афродезиаком. Зато другая была напичкана химическим веществом, используемым для химических кастраций. Все это казалось мне необычным, но не более того. Я раскрыл было рот, чтобы расспросить мисс Хардсон поподробнее, как в ее комнате раздался звонок. Она зашла в спальню и вернулась, держа около уха сотовый телефон.
- Да, конечно. –произнесла она в трубку. – Да, спасибо! Это очень полезная информация. Конечно! Если вы не возражаете, то сегодня к вам подъедет один из знакомых вам джентльменов и передаст записку от меня. Надеюсь, такой галантный джентльмен, как вы, не откажет даме. Вот и прекрасно! Значит после полудня вы будете дома? Замечательно! Я тоже очень вам рада.
Мисс Хардсон дала отбой, оглядела нас с Коклмсом и удовлетворенно произнесла:
- Ну что ж, джентльмены, похоже, мы на верном пути.
Узнать что это за путь и так ли уж он верен, я не успел, потому что мисс Хардсон начала энергично раздавать указания:
- Коклмс, мы еще успеваем сделать заказ в «Секспресс объявлениях» с готовностью до обеда? Отлично! Тогда напечатайте там на красной бумаге объявление следующего содержания: «Вчера вечером в доме, где покончил собой несчастный вьетнамский эмигрант найдено кольцо-насадка на пенис. Возврат гарантируется только за вознаграждение.» В качестве адреса укажите Байкер-стрит. После этого вы должны заехать к вчерашнему владельцу дома и с его разрешения наклеить на двери наше объявление. Другие объявления расклейте на остановках автобуса и столбах в этом же районе. Мистер Факсон, Вы кажется собирались по магазинам? Тогда отправляйтесь немедленно. Мне бы хотелось, чтобы к завтрашнему дню среди ваших костюмов был один, в котором вы выглядели бы особенно неотразимым. Я полностью полагаюсь на ваш вкус. Мне же надо кое-что сделать в доме. Все объяснения вечером за ужином!
Понимая, что спорить бесполезно, я последовал указаниям. Тем более, что мне действительно нужно было пройтись по магазинам: весь мой гардероб состоял из военной формы и непрезентабельного костюма, выданного при выписке. Кроме того, необходимо было забрать в госпитале кое-какие документы, обзавестись сотовым телефоном, восстановить водительские права, купить револьвер, получить на него разрешение и сделать еще несколько столь же полезных вещей, без которых немыслима жизнь любого законопослушного жителя Соединенного Королевства.
Все эти хлопоты заняли целый день. Когда я вернулся, ужин был приготовлен и мистер Коклмс ждал только меня, чтобы начать накрывать на стол. Я показал мисс Хардсон свой костюм, в котором должен был выглядеть «особенно неотразимым», и она осталась вполне удовлетворена.
- Итак, доктор Факсон, завтра от вас будет зависеть очень многое. – начала разговор мисс Хардсон, когда мы сели ужинать. – Утренний телефонный звонок был от владельца дома, где произошло убийство. Он сообщил, что вчерашний таксист пытался проникнуть в дом, но, увидев хозяина, быстро убежал. Нет сомнения, что он хотел проникнуть в квартиру убитого. И думаю, что он искал вот это.
С этими словами она достала кольцо-насадку.
- Что же в этом кольце такого интересного, что убийца решил вернуться за ним? – недоуменно спросил я. – Обычное дешевое кольцо, которое можно приобрести в любом секс-шопе.
- Видимо, для него эта вещь имеет особенное значение. Вы не обратили внимания на внутреннюю сторону? – спросила мисс Хардсон, протягивая мне кольцо.
Я взял его и стал внимательно разглядывать. Кольцо было вполне обычным, но при ближайшем рассмотрении на внутренней стороне обнаружились четыре маленькие почти незаметные буквы «ЛЛББ», нацарапанные чем-то острым.
- Какие-то буквы. Но что они означают?
- Я точно не знаю. – ответила мисс Хардсон. - Но, думаю, завтра или послезавтра все разъяснится. Коклмс, вы наклеили на двери дома объявление?
Коклмс утвердительно кивнул.
- И как же это нам поможет узнать, что значат эти буквы? – продолжал я недоумевать.
- Об этом мы узнаем от того, кто придет за кольцом. Если убийца решился придти за кольцом, то он попытается сделать это еще раз. Объявление должно убедить его в том, что произошедшее считается несчастным случаем, и что кольца в доме нет.
- Думаете он придет за ним сюда?
- Это возможно. Но, скорее всего, он пришлет за ним кого-нибудь другого. – предположила мисс Хардсон. - И вот здесь мне понадобитесь вы, мистер Факсон. Вы должны будете встретить гостя в гостиной, но ни в коем случае не отдавать кольцо. По крайней мере до тех пор пока он не расскажет кому оно принадлежит.
- Я не уверен, что сумею это сделать – засомневался я.
- Думаю, вы себя недооцениваете. – подбодрила меня мисс Хардсон. – Можете использовать любые методы. К тому же я буду находиться рядом в лаборатории, видеть и слышать все происходящее. А сейчас я предлагаю пойти отдыхать. Мы с Коклмсом почти не спали прошлой ночью. А вам, Факсон, завтра необходимо выглядеть как можно лучше.
Я помог Коклмсу убрать посуду со стола и отправился к себе в спальню. Завтрашнее задание несколько смущало. Но в конце концов я решил, что если справлялся с хирургическими операциями в полевых условиях под обстрелом, то с этим поручением уж как-нибудь справлюсь.
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Завтракали мы вдвоем: Коклмс был отправлен куда-то с поручениями. После еды мисс Хардсон закрылась в лаборатории, сославшись на необходимость поискать в интернете кое-какую информацию. В отсутствие Коклмса обязанности по уборке со стола легли на меня. Когда с этим было покончено, я облачился в новый костюм и, получив одобрение мисс Хардсон, устроился в гостиной. Настроившись на долгое ожидание, я занялся изучением взятого с полки медицинского справочника, желая освежить свои знания в области сексологии. Но не прошло и часа, как раздалось звяканье дверного звонка. Полагая, что это мистер Коклмс или инспектор Лейкстрейд, я открыл дверь, но к моему удивлению там стояла молодая невысокая, большегрудая женщина в черном плаще и шляпке с темной вуалью, закрывавшей половину лица.
- Это вы давали объявление о пропаже кольца? – спросила она неожиданно низким для ее хрупкой фигуры голосом
- Да, проходите.
Мы проследовали в гостиную, и я спросил:
- Чем вы можете подтвердить, что это ваше кольцо мисс?
- Миссис. Миссис Лара Лэйкер. Я вдова. И до сих пор ношу по мужу траур. Я могу увидеть кольцо? – спросила посетительница, устремив на меня взгляд сквозь вуаль.
Я достал кольцо, положил его на стол и повторил:
- Так все же, чем вы можете подтвердить, что это кольцо ваше?
- Это подарок моему мужу на годовщину свадьбы. – ответила женщина. - На обратной стороне я нацарапала наши инициалы.
Внезапно она разрыдалась:
- О, мистер, прошу вас, верните мне кольцо. Я готова на все, чтобы его вернуть. Уже три года после смерти мужа у меня не было секса. Мистер, прошу вас!
Пока я пытался понять, просит ли посетительница у меня кольцо или секса, она приблизилась, опустилась передо мной на колени и стала расстегивать руками брючный ремень. Растерявшись от такого напора я хотел было все прекратить, но потом решил, что женщину потом будет проще разговорить, если сейчас ее удовлетворить.
Тем временем посетительница спустила с меня штаны и принялась работать на моим членом. В такт своим энергичным движениям она помогала себе руками. Член откликнулся и стал набухать.
- О! Как это прекрасно! – проворковала женщина и погрузила член себе в рот. Двигая во рту языком, она старалась погрузить член в горло как можно глубже. Затем она откинула голову, полюбовалась на свою игрушку и снова принялась за нее руками, работая губами и языком. Женщина то заглатывала член, то облизывала, то терлась о него лицом.
Это продолжалось довольно долго. В конце концом, наигравшись, посетительница остановилась и достала из кармана плаща презерватив. Разорвав зубами обертку, она пристроила его на головку, а затем, обхватив ее, одними губами раскатала презерватив по члену. Пока я дивился такому умению, женщина поднялась на ноги и распахнула плащ, под которым ровным счетом ничего не было. Затем она развернулась ко мне спиной, подошла к столу и, поставив на него левую ногу, обернулась в ожидании моей реакции. Заставлять даму долго ждать было невежливо и я, освободившись от штанов, подошел к ее попке и направил член во влагалище. Благодаря смазке на презервативе и тому, что влагалище было уже изрядно увлажнено, член проскользнул туда практически без усилия. Я ухватил женщину за талию и начал интенсивно двигать бедрами, стараясь вогнать член как можно глубже. Посетительница застонала и принялась двигать тазом в такт со мной. Ее большая грудь болталась в разные стороны, и я, поймав ее руками, принялся энергично и не без удовольствия мять ее. Женщина застонала еще сильнее, а когда я провел ногтями ей по спине, издала протяжный крик.
Все это окончательно завело меня, я уже не мог сдерживаться и вскоре мой член разрядился спермой с такой силой, что мне показалось, что полыхай вокруг пожар, он был бы точно потушен.
Я вытащил член из вагины посетительницы и стал переводить дыхание. Но оказалось, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Неожиданно посетительница схватила лежащее на столе кольцо, сунула его в карман и бросилась к выходу, застегивая на ходу плащ.
Несколько мгновений я пытался сообразить что произошло, а потом бросился следом. Однако женщина явила редкостную прыть, и, выбежав из гостиной, я только увидел, как она выскочила на улицу. Понимая, что на улице преследование без штанов женщины может быть неправильно истолковано, я вернулся обратно, стараясь как можно быстрее одеться.
Мисс Хардсон вышла из лаборатории и, глядя на меня с улыбкой, произнесла:
- Не стоит торопиться, Факсон. Думаю, мы ее уже не догоним.
Я чувствовал себя полным идиотом. Мало того, что находиться перед мисс Хардсон без штанов было неловко, так еще и кольцо было потеряно.
- Простите меня, мисс Хардсон за мой провал! Я так и не смог ничего узнать.
- Не вините себя, Факсон. Это и моя вина. Я должна была вмешаться, когда поняла ее намерения. Но мне не хотелось прерывать вас. Да и Коклмс, который поджидал нашу посетительницу на улице, проследит за ней. Так что, мы вскоре все узнаем.. Кроме того, посетительница кое-что все-таки нам сообщила: первые два инициала на кольце – это Лара Лэкер. Если вы помните, именно так, судя по титрам, звали ту негритянку в фильме.
Разумеется, я этого не помнил. Я вообще не помнил были ли там титры.
Коклмс вернулся через час.
- Давайте я расскажу, что вы видели, а вы, мистер Коклмс, поправите меня, если я ошибусь. – предложила мисс Хардсон. - Женщина села в зеленое такси. Вы записали номер машины и позвонили Лейкстрейду с уличного таксофона. Он проверил номер, но тот оказался фальшивым. Лейстрейд разорался и велел больше не забивать ему голову ерундой.
Коклмс кивал головой после каждого предложения, подтверждая сказанное. Только при упоминании о Лейкстрейде он презрительно усмехнулся. Все это было, наверное, важно, но мне в тот момент гораздо интереснее было узнать, как это Коклмс ухитрился поговорить по телефону.
- Что ж, господа, - обратилась к нам мисс Хардсон. – все стало на свои места. Полагаю, сейчас самое время пообедать. А пока мне надо разослать по интернету кое-какую информацию.
Обед походил в полном молчании. Коклмс молчал по привычке, мисс Хардсон о чем-то глубоко задумалась, а я считал невежливым мешать ее мыслям.
- Да, мистер Факсон. – внезапно произнесла мисс Хардсон. - Вы совершенно правы. У нас есть уличная агентура.
- Но… как? – ошарашено спросил я, потому что именно в этот момент я, задумавшись, задался вопросом откуда наши детективы берут информацию.
- Все просто. – рассмеялась мисс Хардсон. – Я заметила, как вы посматриваете на компьютер в лаборатории. Скорее всего, вы думали об информации, которую я рассылала перед обедом. Логично было предположить, что дальше вас заинтересовал вопрос - кому эта информация предназначалась? После того как ваш взгляд скользнул в окно, я решила, что вы предположили наличие у нас уличной агентуры. Это предположение я и подтвердила.
- Поразительно! – воскликнул я в изумлении. – Вы абсолютно точно описали ход моих мыслей!
Мисс Хардсон только улыбнулась в ответ.
- А кто является вашей агентурой. – решил продолжить я завязавшийся разговор.
- Скорее, их правильнее называть информаторами. Конечно, этих людей трудно назвать сливками общества. Конечно, работают они не бескорыстно. Это бармены в грязных забегаловках, стриптизерши в портовых клубах, проститутки и их сутенеры. Но если бы вы знали, мистер Факсон, насколько мало этот мир отличается от того, который принято считать светским обществом.
- Впрочем, хватит философии. Время действовать. – сменила тему мисс Хардсон. - Если то, что один из агентов прислал мне перед обедом, верно, то вечером мы познакомимся с таинственным мистером ББ. Коклмс, вы помните загородную гостиницу «Присоска»?
Коклмс, кивнул головой, как бы говоря: «Конечно!»
- Тогда забронируйте номера двенадцать и четырнадцать. Установите в четырнадцатом номере всю необходимую аппаратуру. Оставьте ключ от двенадцатого номера у бармена и ждите меня в самом баре. Отправляйтесь прямо сейчас. Я буду там позже.
По суеверной английской традиции в гостинице отсутствовал тринадцатый номер. А это значило, что мы должны были снять две соседних комнаты.
--------------------------
Добравшись до «Присоски» мы, следуя инструкции, сняли нужные номера. Номер двенадцать был довольно просторным, с минимумом обстановки. Из мебели в нем были только большая двуспальная кровать с чугунными спинками, прикроватная тумбочка и ширма вдоль стены. Единственным предметом, показавшимся мне необычным, было большое в половину стены зеркало. Четырнадцатый номер, наоборот, был совсем крохотным без дневного света. В нем едва помещалась узкая кровать и пара стульев. Но он и не оборудовался для отдыха. Его предназначение было в другом: то, что в двенадцатом номере выглядело, как зеркало, в четырнадцатом было большим окном.
Коклмс достал из привезенного с собой чемоданчика видеокамеру и установил напротив окна, через которое все было прекрасно видно и слышно. Мы подключили аппаратуру и проверили ее работоспособность. Затем спустились в бар и оставили ключи от двенадцатого номера у бармена, одновременно исполнявшего роль портье. Несмотря на вечер, народу в баре было немного: пара типов, подозрительно оглядывавшихся при каждом стуке, и несколько девиц у барной стойки, внимательно оглядывавших каждого входящего в зал человека. Случайные посетители, опрокинув рюмку другую, сновали туда-сюда, не задерживались надолго.
Когда мы уселись за столик, одна из девиц направилась было к нам, но Коклмс одарил ее таким взглядом, что она сочла за благо ретироваться. Мне хотелось расспросить Коклмса об этом месте, но вряд ли мои расспросы были бы ему в радость. Поэтому я просто молчал, пытаясь свести воедино все части головоломки.
Ждать пришлось около часа. Уже стемнело, когда появилась мисс Хардсон в сопровождении какого-то внушительного размера спутника, лицо которого я сразу не разглядел. Мисс Хардсон была одета в кричащее фиолетовое пальто и шляпу с пером. Через плечо у нее была перекинута довольно объемная сумка. Но больше всего меня поразил ее макияж. Нереально белая кожа контрастировала с накрашенными темные веками, черной подводкой глаз и багрово-красной помадой на губах. Мельком скользнув по нам взглядом, мисс Хардсон забрала у бармена ключ и проследовала со своим спутником в номер. Когда они скрылись мы с Коклмсом выдвинулись в четырнадцатый номер.
Зайдя в комнату Коклмс сразу включил видеокамеру. Глянув сквозь стекло, я неожиданно узнал в спутнике мисс Хардсон негра из порнофильма. Первым моим порывом было броситься в соседний номер, но Коклмс положил руку мне на плечо, давая понять, что все под контролем.
- Раздевайся! – повелительным тоном произнесла мисс Хардсон. – Ты знаешь, как должен отвечать мне?
- Да, госпожа. – покорно произнес негр и разделся.
- Ты плохо себя вел и должен быть наказан! Садись на кровать и раскинь руки в стороны!
- Да, госпожа! – жертва послушно исполнила приказание.
Мисс Хардсон достала из сумки пару настоящих полицейских наручников и приковала руки жертвы к чугунной спинке кровати, после чего взяла сумку и проследовала за ширму.
Взглянув на экран видеокамеры, я увидел, что в кадр попадает только лицо негра.
Через некоторое время мисс Хардсон появилась из-за ширмы. Теперь на ней был черный костюм из латекса с высоким под шею воротником. Костюм почти сплошь обтягивал ее великолепную фигуру. Обнаженными оставались лишь ее груди с торчащими вверх сосками, округлые ягодицы и чисто выбритый лобок. Покачивая бедрами, мисс Хардсон подошла к кровати и взобралась на нее с ногами.
- Ты хочешь попробовать мою девочку? – спросила она негра.
- Да, госпожа!
Мисс Хардсон приблизила свой лобок к лицу негра. Тот потянулся, пытаясь достать до нее губами, но мисс Хардсон сделала шаг назад так, что его попытка оказалась безуспешной.
- Что же ты не пробуешь мою девочку? – в ее голосе звучала надменность.
- Я не могу, госпожа. – голос жертвы напротив был жалостливым.
- А почему?
- Я не дотягиваюсь, госпожа.
- А если вот так? – мисс Хардсон встала на колени и приблизила к негру свою грудь, но тут же подалась назад, как только тот попыталась коснуться ее.
Так повторилось несколько раз. Жертву дразнили то лобком, то грудью, то попкой, но не давали до них дотронуться. Не скажу, что мне по душе подобные развлечения, но все же мисс Хардсон была в этот момент великолепна. Через некоторое время она слезла с кровати и встала за спинкой, противоположной от негра
- Ты плохой мальчик? – обратилась к нему мисс Хардсон.
- Да, госпожа!
- Ты сделал что-то плохое?
- Да, госпожа!
- Очень плохое? – с каждым вопросом голос мисс Хардсон становился все жестче.
- Да, госпожа!
- Подумай о том плохом, что ты сделал. Хорошо подумай.
- Да, госпожа.
- Громче!
- Да, госпожа!!!
- Еще громче!
- ДА, ГОСПОЖА!!!
- БИГ БУКАКЕР, ТЫ УБИЛ ЕЙНГ СО СУННА?!! – последовал неожиданный вопрос.
- ДА, ГОСПОЖА!!! – прокричал негр и тут же внезапно осознал, что это уже не игра.
Он дернулся на кровати, пытаясь вскочить, но наручники были плотно защелкнуты на его запястьях, а чугунная спинка не оставляла шансов вырваться.
- ОТКУДА ТЫ ЗНАЕШЬ МОЕ ИМЯ, СУКА?!! – заорал негр, пытаясь освободиться. В его глазах читалась ненависть.
Я было снова дернулся на подмогу, но Коклмс опять остановил меня.
- Я много чего про тебя знаю. – произнесла мисс Хардсон, и я почувствовал, как из строгой госпожи она снова превращается в обаятельную женщину.
Биг Букакер, видимо, тоже почувствовал перемену и перестал дергаться, осознав, что ничего уже не изменить.
- Так за что же вы убили Йенг Со Сунна? – уже совершено спокойно спросила мисс Хардсон.
Негр смотрел на нее и злоба понемногу исчезала с его лица. Затем он вздохнул, закрыл глаза и тихо произнес:
- Лара Лэйкер. Единственный человек, ради которого я хотел жить.
- Это ваша партнерша по фильмам? – спросила его мисс Хардсон.
- Партнерша? Что вы может знать об этом? Она была для меня всем в этом мире. Единственный раз она снялась в фильме, доверившись этой змее Йенг Со Сунну. – на глазах негра появились слезы.
Он помолчал, потом снова вздохнул и обреченно произнес:
- Ладно, раз уж я попался, то расскажу все. Мне и самому тяжело с этим жить. Так что снимайте. Вы ведь наверняка это снимаете? – Биг Букакер кивнул в сторону зеркала.
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Если у штата Миссисипи есть задница, то она, несомненно, находится в том захолустном городишке, в котором я вырос. Для детей, родившихся в бедной семье, было два выхода: уехать на заработки или стать членом какой-нибудь банды. Я умудрился пройти оба этих пути. Когда мне стукнуло восемнадцать, я уже был полноправным членом банды «Стоячие перцы», контролировавшей проституток не только в нашем городе, но и близлежащих окрестностях. В мои обязанности входило охранять заработанные деньги и девушек, разбираться с клиентами, если те чудили или не хотели платить.
Нередко девушек арендовали полулегальные порностудии, которым не предъявляли особых требований к своим актрисам. Так я и познакомился с Йенг Со Сунном. Бог не обидел меня ни фигурой, ни потенцией. Поэтому, когда он предложил мне сняться в одном из его фильмов, я согласился. Все прошло удачно и Йенг предложим мне контракт. Если конечно ту бумажку, которую мы подписали, можно было назвать контрактом.. Но, как бы то ни было, я стал работать на него, колеся по стране и снимаясь в самых разных фильмах.
Не хочу хвастаться, но через пару лет я достиг в своем деле кое-каких успехов, и практически не один фильм не обходился без моего участия. Кроме того, памятуя о моем опыте в банде, на меня возложили решение некоторых щекотливых вопросов, связанных с финансами. У меня стали водиться деньги, появились связи и не только в Америке, но и в Будапеште, Праге, здесь в Лондоне. Вместе с этим что-то ушло из моей жизни. Не буду говорить, что мне было неприятно то, чем я занимался, но когда секс становится работой, то поневоле становишься циником, рассматривая любую женщину, только как рабочий станок или товар.
Все изменилось в одну минуту, когда однажды на съемочной площадке появилась она - Лара Лэйкер. Было в ней что-то искреннее и подкупающее, чего нельзя было не заметить. Мы снимали фильм в жанре жесткого порно. И когда режиссер объяснял нам как и что будет происходить, я сразу понял, что не смогу сделать все то, что нарисовала его фантазия Я не мог ее бить, не мог таскать за волосы, не мог вообще причинить ей хоть какую-то боль. После съемок Йенг устроил скандал и пообещал, что выгонит меня к чертовой матери, если я еще хоть раз не сделаю то, что от меня требуется. Но мне было все равно. И не только потому, что на мне было слишком много завязано, чтобы он мог вот так просто от меня избавиться. В тот момент я хотел лишь одного – увидеть Лару, поговорить с ней.
Наверное, никогда в жизни я так не волновался, когда предложил ей встретиться. Я был почти уверен, что она откажется, но она согласилась. Этот вечер… Все это было, как вчера. Может быть впервые я разговаривал с человеком и никем не притворялся. Мы болтали так, будто были знакомы тысячу лет. Я рассказал ей о себе все, и, к моему удивлению, это не вызвало у нее неприятия. Сама она хоть и была из черного квартала, но семья была довольно благополучной. Лара училась в колледже, специализируясь на русской литературе. Но случилось так, что ее отец, который был основным кормильцем в семье, умер, и следом серьезно заболела мать, а денег на лечение и оплату учебы не было. Поэтому она и решился сняться у Йенг Со Сунна. К тому же он сказал ей, что это всего лишь тематическая вечеринка закрытого клуба и все отснятое не пойдет дальше членов этого клуба. Разумеется, я не был столь наивен. Никогда не забуду тех по детски чистых слез, которые полились из ее глаз, когда она поняла, как обстоят дела на самом деле.
Единственное, чем я мог помочь ей, пообещать пойти к Ейенг Со Сунну и попросить вырезать все кадры с Ларой. Разговор был тяжелым. Фильма без Лары не было. Йенг орал, что он не для того потратил кучу денег, чтобы потакать капризам какого-то свихнувшегося бычка. Я орал, что он сам прекрасно знает, сколько десятков лет тюрьмы грозит ему, если я расскажу кому следует все о его делишках. В конце концов мы как-то договорились, что он не будет делать этого фильма, но за это я должен буду съездить в Южную Дакоту и разрулить кое-какие дела с его «партнерами», которые отказывались платить.
Те несколько дней, которые я провел с Ларой до своего отъезда, были лучшими в моей жизни. Я не буду о них рассказывать. Это теперь только мое. Скажу только, что на прощание она подарила мне кольцо-насадку на пенис, выцарапав на нем наши инициалы.
Улаживание дел заняло больше времени, чем я рассчитывал. Мы перезванивались нечасто, но нам и не было нужно много слов. Все было, как написал тот русский, чьи стихи читала мне Лара:
Вам слово молвить, а потом,
Все думать, думать об одном.
И день и ночь до новой встречи.
Но однажды… Однажды трубку взял человек, представившийся офицером полиции. Ее, моей Лары, больше не было. Эта змея Йенг Со Сунн и не думал выполнять свою часть сделки. Он смонтировал и выпустил фильм. И скоро в колледже, где училась Лара, все о нем знали. Разумеется, нашлись «добрые» люди, которые не упустили случая рассказать ее матери о том, чем занимается ее дочь. Это было для больной женщины ударом, который она не смогла пережить.
В ту же ночь, умерла и Лара, выбросившись из окна. У меня сжимается сердце, когда я думаю о том, какой ужас и унижение она пережила, раз сделала это.
Я бросил все и в тот же день примчался обратно. Но Йенг Со Сунн исчез, опасаясь начатого против него расследования. Первым и единственным на тот момент желанием было убить этого мерзкого слизняка. Я начал его искать, но безуспешно.
Сниматься в порно я больше не мог, поэтому купил себе грузовик и занялся перевозкой грузов. Это давало мне кое-какой доход и возможность колесить по всей стране, наводя справки о Йенг Со Сунне. Постепенно злость, которая была во мне… нет, не исчезла, она изменилась. Все больше и больше я злился на себя, задаваясь вопросом - почему она мне не позвонила?! Я понял, что виноват в ее смерти не меньше его. А потому просто смерть и для меня, и для него – это слишком мало. Однажды Йенг Со Сунн рассказал мне, что для у его народа для мужчины нет большего позора, чем мужское бессилие. Поэтому я попросил знакомых ребят сделать мне таблетку, которая вызывает импотенцию.
После трех лет безуспешных поисков, я, проходя медицинский осмотр, для продления водительских прав, узнал о том, что болен раком. У меня был выбор: либо потратить все имевшиеся деньги на лечение, либо организовать на них поиски Йенга. Я выбрал второй путь. Наверное, Бог одобрил мое решение, потому что вскоре мне сообщили, что этот шакал обосновался в Лондоне.
Вот так я и оказался тут. Действовать надо было наверняка: любая оплошность с моей стороны и он снова бы исчез. Я устроился работать таксистом, чтобы иметь возможность следить за каждым его шагом. Но чтобы жить все равно нужны были деньги. Поэтому в одном из портовых кабаков я подрабатывал тем, что оказывал женщинам сексуальные услуги. Благо опыт у меня в этом деле есть всякий.
Йенг был хитрой змеей. Он почти ни с кем не общался, обделывая все свои дела по телефону. Только два раза в неделю, по средам и субботам, он выползал в один из баров за пару кварталов от его дома, чтобы снять себе шлюху. И вот несколько дней назад он, как обычно, сидел в баре и высматривал себе девочку посмазливее. У него явно не клевало и он изрядно накачался. Воспользовавшись моментом, когда он вышел в туалет, чтобы отлить, я незаметно подсыпал в его бокал порошок, который вырубил его через десять минут. Мне осталось только дождаться у входа выноса тела из бара.
Подобрав Ейнга я уложил его в свою машину и отвез домой. Почему к нему домой? В тот момент я не собирался его убивать. Я решил, раз мы оба виноваты в смерти Лары, то случай должен решить кого наказать, а кого миловать. У меня в коробке лежали две внешне неотличимые таблетки: вызывающая импотенцию и обычная виагра. Я хотел заставить его проглотить одну из них, а сам - принять другую. И будь что будет: если Богу угодно пощадить его, то так тому и быть.
Затащив тело домой, я стал бить его по щекам. Он замычал и открыл глаза. Еще никогда я не видел, чтобы человек так быстро трезвел. Увидев меня он тут же пришел в себя и отскочил к стене, заорав что не хочет умирать, и что я могу забрать все его деньги. Дождавшись, когда истерика пройдет, я объяснил ему свой замысел. Но он никак не хотел верить мне. Мне это все надоело, и тогда я выхватил нож, приставил к его горлу, усадил за стол и заставил написать записку о том, что все, что он делает, он делает добровольно.
Когда записка была написана, Йенг неожиданно вскочил, ударил меня по руке так, что нож вылетел из комнаты в коридор, и набросился на меня с кулаками, разбив мне нос. Вся злость, которая копилась во мне все эти годы, взорвала мой разум. У меня перед глазами возникло окно, в которое выбросилась Лара. Я схватил этого шакала за грудки, подтащил к окну и вышвырнул сквозь стекло. Пока он летел вниз я стоял у окна и смотрел. Потом, испугавшись, что меня могут заметить, бросился прочь, подобрав в коридоре нож. Видимо, в этот момент кольцо, подаренное Ларой и выпало у меня из кармана рубашки, где я его носил все время.
Пропажа обнаружилась, когда я вернулся к себе домой. Говорят, убийц тянет на место преступления. Может быть поэтому, а может быть потому, что кольцо это единственное, что осталось у меня на память от Лары, я вернулся на следующий день к дому, где все произошло. Попасть внутрь незамеченно не получилось, и я весь день бродил в окрестности дома пока не увидел объявления о найденном кольце. Я не был уверен, что это не ловушка, а потому попросил свою знакомую порноактрису забрать его. Только не спрашивайте - кто она?. Этого я вам не скажу. Она полностью не в курсе моих дел. И за все должен и буду отвечать только я.
Когда кольцо снова оказалось у меня, уже ничто не держало меня тут. Оставалось только наскрести денег на обратный билет. Поэтому, когда в баре, где я обычно работал, сказали, что меня ждет богатая клиентка, я, не раздумывая, согласился.
Жалею ли я о том, что произошло? Нет. Также, как и не держу на вас зла, мисс. К тому же, жить мне осталось не больше полугода. Так что я умру раньше, чем неторопливое английское правосудие вынесет мне свой приговор. Оставшееся время я буду молить Бога, чтобы он разрешил мне хотя бы один раз увидеть мою Лару, перед тем, как отправить в ад.

Это сообщение отредактировал Скрипач - 18-09-2012 - 01:31
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Биг Букакер замолчал. Мисс Хардсон поглядела в нашу сторону, и Коклмс выключил камеру. Мы зашли в двенадцатый номер. На наше появление негр практически не отреагировал. Он посмотрел сквозь нас и, казалось, все еще был там - в своем рассказе.
- Мистер Факсон, окажите любезность позвоните инспектору Лейкстрейду с телефона в баре. - обратилась ко мне мисс Факсон. - Коклмс, я думаю, вы знаете, что делать с пленкой. Некоторые вещи там Лейкстрейду видеть совершенно не обязательно.
Остаток ночи мы провели в полиции. Оформление бумаг, протоколов допроса и показаний свидетелей заняло много времени. Лейкстрейд то благодарил, то ворчал, но злости на нас у него не было.
Вернувшись на Байкер стрит под утро, мы сразу разошлись по своим спальням. Я проснулся, когда было уже далеко за полдень. Спустившись вниз на кухню, я увидел на столе в ведерке со льдом бутылку шампанского. Неутомимый Коклмс колдовал над бутербродами, мурлыкая себе под нос какую-то мелодию. Это было крайне необычно.
- Прошу. – пробурчал Коклмс, наливая мне в чашку свежесваренный кофе.
- Благодарю. По какому поводу шампанское?
- Джакузи. – ответил он. Хотя было не очень понятно, что именно это значило. Но расспрашивать я не решился.
Возвращаясь с кухни к гостиную, я подобрал свежие газеты, лежавшие на улице перед входной дверью. Заголовки, казалось, старались перекричать друг друга: «Порноактер-убийца пойман!», «Убийство за любовь!», «Убийце снова не удалось уйти от инспектора Лейкстрейда!». Я пробежался по статьям. Везде подробно рассказывалась история Биг Букакера и Лары Лэйкер, превозносились способности инспектора Лэйкстрейда, но нигде ни словом не упоминалось о мисс Хардсон. Об этом я с возмущением и сообщил ей, когда она в полупрозрачном пеньюаре на голое тело вышла из своей спальни. Но, похоже, ей не было до этого совершенно никакого дела. Она, не обращая внимания на газеты, внимательно посмотрела на меня и сказала:
- Мистер Факсон, у нас Коклмсом есть традиция обмывать завершение расследования в джакузи. Если у вас нет боле срочных дел, то вы можете к нам присоединиться.
Традиция эта показалась мне несколько странной, но весьма интересной. Впрочем, как и все, что было связано с этими людьми.
--------------------------
Мы лежали в джакузи и расслабленно отдавались ощущениям. Пузырьки воздуха обтекали наши тела, и, всплывая, издавали легкое шипение, настраивая на романтичный лад. Мисс Хардсон, расположившись между мною и Коклмсом, нежилась и потягивала шампанское.
- Еще шампанского? – спросил я, заметил, что ее бокал почти пуст.
- Благодарю, но, наверное, мне достаточно – ответила мисс Хардсон, передавая бокал Коклмсу. Тот поставил его на край ванны и отодвинул подальше.
- И все-таки мне интересно, почему вы были так уверены, что это не самоубийство? – осторожно спросил я, не будучи уверенным в том, что расспросы о прошедшем расследовании тоже входят в число традиций.
- То, что это убийство, я поняла, как только увидела осколки стекла на асфальте. – охотно откликнулась мисс Хардсон. – Человек может решиться покончить с собой, выбросившись из окна. Но он никогда не будет прыгать в закрытое окно. Тому, кто через мгновенье будет мертв, конечно, все рано, но люди открывают окна автоматически, не задумываясь, по привычке.
Если бы на мне в тот момент была шляпа, то я бы снял ее перед этой женщиной.
- Кроме того меня насторожила записка. «Все последствия моего шага мне понятны, и я приму их без обид и претензий» - процитировала мисс Хардсон наизусть. – Какие последствия может принять покойник? И какие у него могут быть претензии и обиды? Самоубийцы не размышляют о своем будущем. По крайней мере о своем будущем в этом мире. Так что все указывало на то, что это убийство. Естественно был связать смерть Йенг Со Сунна с тем самым самоубийством актрисы и его последующим срочным исчезновением. Главным подозреваемым для меня сразу стал водитель, притащивший убитого домой. Все такси в городе – желтые. Зеленые же курсируют в пригороде и в портовом районе. А значит машина, скорее всего, не была случайно пойманным такси. Многое прояснилось после просмотра фильма. Очень трудно было не заметить, что негр в кадре относится к своей партнерше-негритянке очень осторожно. Учитывая жанр фильма это было очень странно. Я почти не сомневалась, что покончившая с собой женщина и была той партнершей. Эта уверенность укрепилась еще больше после того, как я изучила титры. Лара Лэйкер – так звали эту актрису, и ее инициалы совпадали с первыми двумя буквами «ЛЛ» на кольце. Логично было предположить, что буквы «ББ» это инициалы ее партнера Биг Букакера – того самого негра, относившегося к ней с такой нежностью. А когда владелец дома позвонил и сообщил, что снова увидел водителя такси около дома, то я уже не сомневалась, что водитель и Биг Букакер – одно и то же лицо. И возвращался он за ценой для него вещью, связывавшего его с Ларой. К сожалению, попытка выйти на убийцу через кольцо не удалась.
- Ну да, ну да… - смущенно произнес я, вспоминая о своем фиаско.
- Не надо сильно винить себя Факсон. Эта порноактиса все равно не выдала бы нам Биг Букакера. Люди в этом кругу практически никогда не сдают своих.
- А как вы определили, что она порноактирса? – мне было интересно, что на этот раз послужило ключом.
- Логика и опыт. Вряд ли Букакер имел здесь знакомых вне своего обычного круга общения. А то, как она ловко раскатала презерватив одними губами, окончательно убедило меня в роде ее занятий. Поэтому я беспрепятственно позволила ей уйти и задействовала план B. Я разослала своей агентуре фотографию Биг Бангера и уже через час точно знала в каком баре он завсегдатай и чем там занимается. Мне оставалось только изобразить богатую даму, зашедшую в портовый кабак в поисках приключений, и привезти его в известное вам место.
- А если бы и это вариант не сработал, и он сразу исчез, получив кольцо? – не унимался я.
- Тогда оставался бы последний вариант. Я просто передала бы всю информацию инспектору Лейкстрейду и парня взяли бы при попытке выехать из страны.– у этой женщины были ответы на все мои вопросы. – Или не взяли бы. Конечно, я могла бы поступить так с самого начала, но мне хотелось наказать этого самонадеянного индюка за его непочтительное отношение к даме. Честно говоря, во всей этой истории были две вещи, которые оставались для меня загадкой до самого конца: таблетки и зачем убийца повез Йенг Со Сунна к нему домой. Но когда я узнала каким именно образом Биг Бангер решил отомстить да еще предоставил покойному равные с собой шансы, то ей-богу он вызвал у меня куда больше уважение, чем его жертва.
- Мисс Хардсон, вы – изумительная женщина! – воскликнул я в восхищении.
- Дорогой Факсон, я это знаю. – нескромно ответила она, но я видел, что ей приятны мои слова.
- Но это же несправедливо, что ни водной газете о вас нет ни малейшего упоминания! Все успехи приписываются инспектору Лейкстрейду! – во мне снова вспыхнула обида.
- Я не стремлюсь к славе. В конце концов инспектор - человек слова. И наш счет пополнился сегодня суммой вдвое больше обычного.
- И все-таки это несправедливо! – не унимался я. – Решено! Отныне я буду вашим биографом! И буду описывать все ваши дела со всей тщательность, каждый факт, каждую мелочь, каждый поцелуй, каждый оргазм!
- Факсон, вы такой милый! – почти пропела мисс Хардсон, повернулась в мою сторону, обняла одной рукой и приблизила свои губы к моим. Я, конечно же, ответил на ее поцелуй. Но прежде чем закрыть глаза успел заметить, как другой рукой она взялась за член Коклмса и потянула к себе, пристраивая его сзади.


(Продожение следует) :-)
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
ПЕСТРАЯ ЛЕНТА

После расследования убийства владельца порностудии наступило относительное затишье. Коклмс целыми днями колдовал над чем-то в лаборатории и покидал ее лишь затем, чтобы приготовить еду или выполнить какое-нибудь поручение мисс Хардсон. Сама она либо работала вместе с Коклмсом, либо консультировала посетителей, приходивших почти каждый день. Содержание консультаций было мне неведомом, поскольку мисс Хардсон свято хранила секреты клиентов, но обычно они покидали наш дом с радостными лицами. Я же дал объявление в несколько газет с предложением услуг частного врача. Уже через неделю у меня появилась пара постоянных пациентов. Работы было немного, и я посвящал свободное время тому, чтобы освежить свои познания в тех разделах медицины, которые мне теперь требовались, и изучению книг из библиотеки мисс Хардсон. Вечерами, собираясь все вместе за ужином, мы часто обсуждали самые разные темы. Обсуждали, конечно, мы с мисс Хардсон. Коклмс, по большей части, молчал, лишь изредка, вставляя одно-два слова, свидетельствовавшие о том, что он внимательно следит за нашими разговорами.
В один их таких вечеров я поинтересовался почему у мисс Хардсон так много книг по оккультным наукам и паранормальным явлениям.
- Вы полагаете я одна из тех свихнувшихся дамочек, что верит в мистику, зеленых человечков и прочую ерунду?
- Что вы, мисс Хардсон. – ответил я, несколько смутившись. – Наоборот, вы - самый здравомыслящий человек, которого я знаю. Именно поэтому меня и удивляет наличие у вас таких книг.
- Факсон, а вы никогда не задумывались над вопросом от кого произошел человек?
- Лично я стою на той же точке зрения, что и сэр Чарльз Дарвин: человек произошел от обезьяны. – такой поворотом беседы меня несколько озадачил.
- Отлично! Правильнее, конечно, было бы говорить о неком общем предке, от которого произошли и человек и обезьяна. Но не будем придираться. Пусть будет обезьяна. А кто был нашим более далеким предком, от которого произошла эта самая обезьяна?
- Ну, не знаю… - замешкался я. – Какой-нибудь ящур.
- Думаю, этого наверняка не знает никто. – обрадовала меня мисс Хардсон тем, что я не один, кому это неизвестно. – Но, скорее всего, это действительно был какой-нибудь ящур. И этот ящур наградил нас инстинктами. Во многом наши реакции – на резкий звук, на боль, на внезапное движение – это реакции сидящего глубоко в нас ящура. Обезьяна же наградила нас рефлексами. И лишь обзаведясь сознанием мы стали тем, кто мы есть, - человеком.
- Все это так. – согласился я. – Но какое отношение это имеет к оккультным наукам?
- Не торопитесь мистер Факсон. Сейчас мы дойдем и до них. – ответила мисс Хардсон. Мне показалось, что она смакует предстоящий разговор. – А кем мы были до ящура?
Я никогда не задумывался на этим вопросом, а потому он застал меня врасплох:
- Даже не знаю, мисс Хардсон, что сказать.
- Здесь можно сказать только одно: кем-то мы все-таки были. - рассмеялась она. - Какими-нибудь праящурами, примитивными червями, жившими на дне океана. А что есть в нас от этих праящуров?
В гостиной воцарилась тишина. Я понятия не имел что можно ответить, а моя собеседница взяла эффектную театральную паузу.
- Телепатия. – неожиданно вмешался в разговор Коклмс.
- Именно! – воскликнула мисс Хардсон. – Телепатия или мозговое радио. Чтобы выжить праящуры должны были как-то взаимодействовать между собой. Но при их примитивном строении, они могли обмениваться информацией только с помощи электрических импульсов. Думаю такая способность есть и у нас. Только мы практически разучились пользоваться ею из-за того, что она погребена под глубоким слоем инстинктов, рефлексов и, главное, под толщей нашего сознания.
- Но ведь телепатия это всего лишь предположение! – начал горячиться я.
- Не спорю, дорогой, Факсон, не спорю. – охладила мой пыл мисс Хардсон. – Это всего лишь гипотеза. Но, размышляя над некоторыми фактами, я пришла к выводу, что она имеет все шансы на существовании. Разве вам никогда не приходилось слышать о том, что матери испытывали беспокойство, когда что-то происходило с их детьми?
- Приходилось. – согласился я.
- И наверняка вы слышали о том, что близнецы, разлученные в детстве, оказывались удивительно похожими в своих привычках и манерах? – продолжила она свое наступление. – А разве расхожая мысль о том, что мысль материальна, не может быть объяснена, если мы предположим существование телепатии?
- Возможно и так, мисс Хардсон. – я был готов согласиться нею. – Но все равно я не понимаю при чем тут оккультные науки?
- При том, дорогой Факсон, что то, что принято считать паранормальными явлениями, и есть проявление телепатии. – ответила она, неожиданно перекинув мостик от телепатии к потустороннему миру.
В комнате снова повисла тишина. Я обдумывал сказанное, а мисс Хардсон наслаждалась произведенным эффектом.
- Знакомо ли вам такое понятие, как медитация? – снова задала мисс Хардсон неожиданный вопрос.
- Конечно.
- А вы не думаете, что медитируя или вводя себя каким-нибудь иным способом в транс, люди освобождают свои мозг и тело и опускаются в мироощущении до первобытного праящура, воспринимая мир на уровне электрических импульсов или, если угодно, телепатии?
- Может быть вы и правы, Мисс Хардсон, – я не нашел, что можно возразить. – но как это связано с вашим родом занятий? Какое отношение это имеет к преступлениям и сексу?
- Эрос и Танатос. – снова вмешался в разговор Коклмс, произнеся самую длинную на моей памяти речь.
- Боюсь, я не очень понимаю. – недоуменно ответил я. – Эрос и Танатос – понятия, введенные Фрейдом для обозначения влечения к жизни и смерти. При чем тут это?
- Законы эволюции, мой друг. – ответила мисс Хардсон. – Чтобы жить мы должны меняться. А значит мы должны умирать и возрождаться в обновленном виде. Потому-то и живут со времен праящура в глубинах каждой клетки нашего тела Эрос и Танатос. Живут и борются с того самого момента, как зарождается то, что мы называем жизнью. Эрос заставляет нас любить и заниматься сексом. А темная сторона нашего бытия – Танатос - стоит за многими сексуальными преступлениями. Теперь вам понятно почему в моей библиотеке так много книг по оккультным наукам? Конечно, по большей части то, что написано в них является полнейшей глупостью. И я бы давно выкинула эти книги, если бы образовавшаяся пустота не оскорбляла моих эстетических чувств. Но все же там есть некоторые вещи, которые, если посмотреть на них с правильной точки зрения, могут быть очень полезны.
Наверное этот разговор так и остался бы остался просто обсуждением интересного, но спорного предположения, если бы вскоре не случилась история, которая, как нельзя лучше, проиллюстрировала все то, что рассказала мне мисс Хардсон.

Это сообщение отредактировал Скрипач - 24-09-2012 - 01:15
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
В один из дней мы сидели в гостиной и почти уже заканчивали обед, как в дверь кто-то позвонил. Коклмс вышел и вскоре вернулся, держа в руках несколько пакетов из модных бутиков, принадлежавших появившейся следом за ним молодой девушке лет двадцати. Ее темные до плеч волосы были схвачены сзади в пучок, открывая изящные ушки. Под распахнутым плащом виднелась белая блузка, облегавшая красивую грудь. А короткая темная юбка и туфли на высоком каблуке свидетельствовали о том, что посетительница отнюдь не стесняется своих ног.
Сделав пару шагов, девушка остановилась в нерешительности.
- Чем можем быть полезны, мисс…? – спросила мисс Хардсон.
- Мисс Блоулин. Эмма Блоулин. – представилась посетительница. – А вы, по-видимому, мисс Хардсон?
- Совершенно верно. А эти джентльмены – мистер Факсон и мистер Коклмс.
Мисс Блоулин кивнула нам, и я заметил, как ее взгляд задержался на могучей фигуре Коклмса.
- Мне порекомендовала вас миссис Фэйд.
- А-а-а… - Протянула мисс Хардсон. – Дело о странном пеликане.
- Да-да. Мисс Фэйд рассказывала, как вы помогли ей в этом деле. Но мое дело очень странное и я не знаю… - посетительница в нерешительности замолчала, снова стрельнув глазами в Коклмса.
- Все в порядке, мисс Блоулин. Мы работаем все вместе, и вы можете доверять этим джентльменам так же, как вы доверяете мне. – успокоила ее мисс Хардсон. – Присаживайтесь.
Коклмс помог снять посетительнице плащ, и та уселась на краешек кресла, изящно скрестив ноги.
- Дело в том, мисс Хардсон, что мне совершенно некуда пойти и не кому обратиться. Никто мне не верит. – губы девушки задрожали, на ее больших глазах заблестели слезы, и, казалось, она вот-вот разрыдается.
- Вы не волнуйтесь, мисс Блоулин. – приветливо обратилась к ней мисс Хардсон. – У вас сегодня трудный день. Вас что-то беспокоило, вы мало спали. Поэтому рано встали, зашли с магазин в Дриллсайде, чтобы успокоиться, но это не помогло. Затем сходили в кино, после чего приняли решение поехать сюда. Вы взяли такси, но, добравшись до места, все еще колебались – стоит идти к нам или нет, а потому снова зашли в магазин и лишь после этого пришли к нам.
По мере того, как мисс Хардсон говорила, тревога на лице девушки все более сменялась изумлением.
- Но откуда вы все это знаете?! – воскликнула она.
- Все достаточно просто. Вы ведь сами сказали, что вас что-то сильно беспокоит. А в таком состоянии люди плохо спят. То что вы зашли в магазины, я определили по пакетам, которые вы принесли с собой. Один из них, если не ошибаюсь, из магазина «Маленькие забавы», что в районе Дриллсайда, а другой из «Веселых попугайчиков», что неподалеку от нашего дома. Про кино мне рассказал краешек билета, который торчал у вас из нагрудного кармана плаща.
- Да, у меня такая привычка с детства – засовывать всякого рода билеты в нагрудный карман. – подтвердила мисс Блоулин
- А на то, что вы приехали такси, мне указал небольшой след грязи на ваших колготках: такой обычно остается, когда вылезаешь из дверцы машины на тротуар и задеваешь порожек.
Посетительница взглянула на свои колготки и, убедившись, что там действительно есть след, спрятала, насколько это было возможно, ноги под кресло.
- Но ведь я могла приехать и на своей машине. – девушка, видимо, решила сыграть в любимую игру всех знакомых с мисс Хардсон людей: поймай на неточности.
- В таком случае вы оставили бы пакеты в машине – логика этой женщины была, как всегда, безупречна.
- Да, именно так все и было. – у посетительницы от тревоги не осталось и следа.
- А теперь расскажите нам, что же вас так беспокоит. – перешла к делу мисс Хардсон. – И пожалуйста, постарайтесь изложить все события как можно подробнее, какими бы странными, нелепыми или непристойными они вам ни казались.
Мисс Блоулин поглядела на нас, как бы собираясь духом, и начала свой рассказ.
--------------------------
Меня и мою покойную сестру Джесси, которая была старше меня на год и два месяца, воспитывал отчим. Хотя сказать воспитывал - это значит сильно преувеличить. Он почти не занимался нами. Наш отец умер когда мне не было и шести месяцев. Он часто ездил по миру по делам своей фирмы и умер, подхватив какую-то болезнь в Индии. Через четыре года после этого трагического события наша мать вышла замуж за компаньона отца – Гоблина Трэшера. Но вскоре умерла и она. Отчим оформил над нами опеку, и все акции семьи перешли к нему в доверительное управление. Это позволило Трэшеру единолично управлять компанией.
Как я уже говорила, отчим практически не занимался нашим воспитанием. Он выделял нам с сестрой денег только для того, чтобы мы могли купить себе одежду и еду. Одним из условий опеки была оплата нашего обучения в университете, но видели ли бы вы какой злостью наливались его глаза, когда надо было делать очередной платеж. С нами он общался очень мало, но зная его бешеный нрав мы этому только радовались. Однажды Гоблин избил сотрудника фирмытолько за то, что тот не выполнил какого-то мелкого поручения. Тогда пришлось потратить очень много денег, чтобы уладить дело миром, не доводя до суда. Нас с сестрой отчим не бил, но никогда не упускал случая сорвать на нас свою злость, кричал на нас, запирал в темном подвале. Однажды он надолго уехал, забыв выпустить нас. И если бы не наша домработница миссис Фэйд мы бы умерли от жажды. Миссис Фэйд была единственным человеком в доме, кто по доброму относился к нам. Но она не могла заменить семью, а потому мы с сестрой могли рассчитывать только друг на друга. Мы были с ней очень близки. Между нами не было ссор, не было друг от друга никаких секретов. Конечно, когда мы стали достаточно взрослыми отчим был вынужден выделять нам больше денег, а в нашей жизни появились то, что появляется у всех в нашем возрасте: мы ходили с подругами по магазинам, встречались с парнями, с удовольствием посещали вечеринки, которые, не буду скрывать, бывали иногда очень отвязными. Но все это никак не влияло на наши отношения с сестрой: они оставались такими же теплыми и откровенными.
И вот около года назад, незадолго до того, как Джесси должен был исполниться двадцать один год, случилось то, что и сейчас бросает меня в дрожь. Думаю, вы знаете, что по закону по достижении этого возраста опека прекращается. А это значит, что все акции семьи должны были быть переданы Джесси. Мы очень ждали этого дня, чтобы стать независимыми и избавится от отчима, сделав его тем, кем он был до того, как женился на нашей матери, - мелким акционером. Разумеется с ним мы не обмолвились об этом ни словом.
Примерно за два месяца до дня рождения отчим затеял в нашем доме ремонт. Точнее, даже не в доме, а в комнате Джесси. Он нанял рабочих, которые все разворотили, а сестру переселил в подвальное помещение, которое находится прямо под комнатой отчима.
На следующее утро после начала ремонта, сестра зашла в мою комнату и спросила не слышала ли я ночью странных звуков и не видела ли молодую блондинку, которая приходила к нам в дом. Этот вопрос показался мне странным, поскольку ничего такого я не заметила. Да и вряд ли кто-то мог попасть в дом, поскольку мы всегда запираем входную дверь изнутри, и открыть ее снаружи не выломав невозможно. Тогда Джесси рассказал мне, что сегодня ночью у нее были очень странные видения. Она читала книгу, когда услышала звук тамтамов и завывание. После этого раздалось тихое шипение и она как будто куда-то провалилась. Но забвение продолжалось недолго. Вскоре Джесси очнулась и увидела в своей комнате около кровати красивую обнаженную блондинку с пестрой лентой на шее. Блондинка, ни слова не говоря, приблизилась к сестре и они стали долго и страстно заниматься любовью. При этом все было, как наяву, совсем не похоже на сон. В конце концов, доведя Джесси до оргазма, странная гостья накинула ей ленту на шею и выскользнула из комнаты. После чего сестра умиротворенно заснула.
Все это показалось нам странным. Но никакого разумного объяснения мы не нашли, решив, что это все же был сон, а его необычность объясняется тем, что на сестру так подействовал переезд и предстоящий день рождения. В последующие дни ничего подобного не происходило и мы уже были готовы считать это пикантным приключением во сне, как через две недели бледная и испуганная сестра появилась у меня в комнате и рассказала еще более странный сон. Как и в прошлый раз сначала она услышала тамтамы, странное завывание и тихое шипение, после чего провалилась в недолгое забытье. Очнувшись она обнаружила всю ту же блондинку с пестрой лентой, но на это раз кроме нее в комнате находились двое мужчин. И снова был долгий и страстный секс, только на это раз вчетвером. Все это опять можно было бы посчитать забавным, но после того, как сестру несколько раз удовлетворили, блондинка накинула ей на шею ленту и начала душить. Джейн сказала, что только каким-то чудом смогла сорвать эту ленту, после чего она уже ничего не помнила и пришла в себя только утром. В тот же день мы пошли на прием к нашему семейному доктору. Он долго осматривал Джейн, расспрашивал о болезнях, которым болели наши родители, интересовался не принимала ли сестра наркотики, но так и не смог определить причины того, что случилось.
Как и в прошлый раз в последующие дни ничего не происходило. Но еще через две недели сестра не вышла к завтраку. Спустившись к ней в подвал, я обнаружила ее мертвой. Врачи констатировали смерть от удушья, но так и не смогли понять как же это произошло. Они сказали, что Джесси просто перестала дышать.
Но все это дела прошлые. А теперь я перехожу к событиям, которые заставляют испытывать меня смертельный страх и которые стали причиной моего визита.
Две недели назад мой отчим затеял ремонт и переселил меня в подвал, в ту же комнату, где умерла Джейн. Да-да, именно так. Мне было неприятно находиться там, но я не решилась ему возражать. И вот в первую же ночь, когда я уже легла и читала перед сном книжку, у нас сестрой была такая привычка, я услышала странные звуки, которые, как мне показалось, раздавались со всех сторон. Так обычно стиснув зубы пытаются вынести сильную боль. Этот звук сопровождался ритмичными ударами, как будто кто-то выстукивал на тамтаме причудливый ритм. А затем раздалось легкое шипение. Свет на секунду погас, а когда зажегся вновь, то все преобразилось. Это была моя комната, но все виделось чуть размыто, как будто на матовой фотографии. Я лежала на своей постели совершенно голая, хотя ложилась спать в ночной рубашке, а перед кроватью стояла красивая молодая длинноволосая блондинка с пестрой лентой на шее. И что самое странное, мне совершено не было страшно.
Блондинка подошла к постели и, взяв меня за щиколотки, развела мне ноги, а затем положили их себе на плечи. Она стала целовать то одну ногу, то другую, медленно приближаясь к моей вагине, а ее руки непрерывно массировали мои бедра. Я испытывала совершенно новые для меня ощущения Как будто волна тепла, насыщенная пузырьками газа побежала снизу через живот к груди, через шею и отдалась вспышкой в голове. Я начала массировать руками себе грудь, чувствуя, как она набухают и становятся твердыми мои соски. Блондинка тем временем добралась до моего лобка, развела в стороны половые губы и лизнула их несколько раз. Она не стала долго задерживаться в таком положении и продолжила двигаться выше по моему телу, осыпая его сочными поцелуями. Когда она добралась до груди, то убрала мои руки и стала легонько их массировать своими руками, понемногу сжимая и теребя все сильнее и сильнее. Поиграв немного таким образом, она двинулась дальше и вскоре я полностью лежала код ее телом. От не исходил приятный запах морской свежести, а кожа была восхитительно мягкой. Я обхватила ее руками за плечи, прижалась со всей силой, а затем, несильно царапая, провела ногтями по ее спине до попки, раздвинула ягодицы, нащупала анус и начала массировать его пальцами, чувствуя, как ее бедро трется о мою вагину. Девушка тем временем играла губами с моим ушками. Она прикасалась губами то к одному, то к другому, нежно покусывала, лизала язычком вокруг и за ними. А когда она прошептала несколько слов на совершенно непонятном мне языке, будто что-то взорвалось внутри меня и я начала извиваться под ней, как змея, стараясь почувствовать ее тело каждой своей клеточкой.
Через какое-то время блондинка улеглась на бок рядом со мной и облокотившись на одну руку, взяла в другую свою грудь. Ее соски тоже были твердыми, и она начала водить своим соском вокруг моего. Поигравшись немного таким образом, она взяла мою руку и положила на свою грудь, как бы предлагая продолжить игру уже мне, а сама просунула освободившуюся руку мне между ног, занявшись моей вагиной. Она терла мои половые губы пальцами, сжимала клитор массировала его со всех сторон, раздвигала половые губы и проникала внутрь влагалища, то двигая пальцами по кругу по стенками, то засовывая их в самую глубь. Я больше не могла выдерживать это, а потому обняла ее за шею, прижала к себе. Наши губы слились в поцелуе, и по моему телу пробежала новая волна оргазма.
Внезапно блондинка вскочила и отошла чуть-чуть в сторону. Потом она, покачивая бедрами подошла к кровати, неожиданно сделала кувырок и оказалась лежащей спиной на мне так, что ее вагина расположилась прямо перед моим лицом. Я раздвинула пошире ее ноги и обхватив их руками начала массировать лобок пальцами. Девушка застонала и выгнулась, но я не дала ей возможности лишить меня удовольствия поиграть с этим чудесный органом. Я массировала половые губы и вагину пальцами и лизала их языком, старалась проникнуть как можно глубже в ее дырочку, сосала твердый набухший клитор, прикусывала его зубами, всячески теребила его руками. Дыхание блондинки участилось, она сжала свою грудь и стала с силой массировать ее. Затем она попыталась поиграть рукой со своим клитором, но я отставила ее руку, не желая делить свою игрушку даже с ней самой. Через какое-то время я, не прекращая свои ласк, просунула одну руку снизу и, нащупав ее анус и, введя в него указательный палец, стала двигать им вперед и назад. Откликаясь на эту ласку, блондинка начала энергично двигать тазом в такт моим движениям, а когда я добавила к первому пальцу второй, издала протяжный крик и, насадишись на мои пальцы со всей силы, сжала свою попку так, что мне даже стало больно.
Через несколько секунд, когда ее мышцы расслабились, я освободила свои пальцы, и девушка, сделав обратный кувырок, встала на ноги возле кровати. На ее лице играл румянец, а грудь вздымалась. Немного отдышавшись, она влезла коленями на кровать. Я тоже поднялась и встала на колени перед ней. Она обняла меня за шею и мы начали целоваться, играя язычками во рту друг у друга. Неожиданно она схватила меня за волосы и потянула вниз, поставив на четвереньки, а сама обхватив талию рукой начала покрывать ягодицы поцелуями. Потом она просунула одну руку снизу и стала играть с мои клитором, а другой рукой водить межу ягодиц, плотно прижимаясь к анусу. Я застонала, чувствуя, как тепло разливается у меня между ног, по животу и груди. Девушка тем временем ввела пальцы одной руки мне в анус, а другой в вагину и начала двигать ими все быстрее и быстрее, стараясь проникнуть в обе дырочки как модно глубже. Я застонала еще сильнее, подтащила к себе подушку и стала тереться о нее грудью. Но все это продолжалось недолго, потому что вскоре я почувствовала приближающуюся волну оргазма, а через секунду она накрыла меня с головой.
Когда я пришла в себя, девушка стояла возле кровати, а в руках у нее была та самая пестрая лента. Она накинула ленту мне на шею и я отключилась.
Страх накрыл меня утром, когда я проснулась. Измятая кровать и сброшенная на пол подушка говорили о том, что в комнате ночью что-то происходило. Конечно же я сразу вспомнила рассказы сестры о ее видениях. Я сидела на кровати не в силах пошевелиться, парализованная ужасом от того, что я испытала ночью, и от того, что знала, что за этим последует. Лишь появление миссис Фэйд, зашедшей в комнату, чтоб позвать к завтраку, как-то вывело меня из этого состояния. Заметив, что со мной что-то не так она поинтересовалась все ли нормально. Я честно рассказала ей обо всем и она посоветовала мне обратиться к вам. Но обращаться к детективу показалось мне странным, и я не последовала ее совету. Даже после посещения нашего доктора, ответов на все его вопросы про наследственные болезни, наркотики и прочее и осознания того, что он не в состоянии мне помочь, я все еще колебалась. Хотя в последующие дни ничего не происходило, страх не отпускал меня, а только становился все больше и больше. И тогда я решилась придти сюда.

Это сообщение отредактировал Скрипач - 25-09-2012 - 21:55
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Мисс Блоулин замолчала, неподвижно глядя прямо перед собой, готовая вот-вот расплакаться.
- Думаю, мы сможем вам помочь. – прервала молчание мисс Хардсон.
При этих словах лицо нашей посетительницы просветлело и мне показалось, что она сейчас расплачется, но на это раз уже от счастья.
– Если позволите, мне надо кое что уточнить. – с этими словами мисс Хардсон встала и скрылась в лаборатории.
- Вы не представляете насколько я буду вам благодарна, если вы мне поможете. Я буду готова сделать все, то угодно. – с надеждой в голосе произнесла мисс Блоулин, адресуя свои слова по большей части к Коклмсу, который все это время неподвижно стоял у книжных полок, внимательно слушая рассказ.
- Мисс Блоулин, - сказала мисс Хардсон, возвращаясь в комнату. – к сожалению у нас с вами оказалось очень мало времени. Обстоятельства складываются так, что не позднее сегодняшнего вечера нам необходимо осмотреть ваш дом. Но сделать это надо так, чтобы в нем были только мы с вами. Это возможно устроить?
- Думаю да. Миссис Фэйд уйдет в шесть часов вечера. Отчим работает допоздна. А поскольку завтра выходные, он, скорее всего, зайдет развлечься в расположенный неподалеку стриптиз-клуб «Пестрая лента». – девушка замолчала, внезапно споткнувшись о название клуба, и тревога снова проступила на ее лице.
- И до скольки его не будет? – спросила мисс Хардсон, будто не замечая совпадения.
- Обычно он возвращается около полуночи. Но может придти и раньше.
- Ну что же, тогда в шесть часов вечера мы будем находиться возле вашего дома. Позвоните сразу, как уйдет миссис Фэйд. Будем надеяться, что нам хватит времени, чтобы все внимательно осмотреть. – подвела итог мисс Хардсон.
После того, как Коклмс проводил посетительницу, мы уселись допивать обеденный кофе.
- Что вы об этом думаете, Факсон? - спросила меня мисс Хардсон.
- Я бы не сталь сильно доверять этому рассказу – ответил я. - Любой психолог скажет вам, что падчерицы на подсознательном уровне ненавидят своих отчимов. Поэтому естественно, что во всем, что происходит, мисс Блоулин склонна винить своего опекуна. Думаю, она, как и ее сестра, все же баловалась легкими наркотиками, и все эти видения – лишь плод воображения.
- А каково ваше мнение? – обратилась мисс Хардсон к Коклмсу.
- Галлюциноген. – он был, как всегда, лаконичен.
- Я тоже так думаю. Но, полагаю, это еще не все.
В это время раздался звук дверного звонка, как будто кто-то в большом нетерпении жал на кнопку. Коклмс отправился открывать, и через минуту в нашу комнату ворвался какой-то мужчина. Следом за ним в дверном проеме показалась фигура Коклмса.
Мужчина был довольно рослым. Хотя его лицо и украшала черная ухоженная бородка, но она совершенно не придавала ему интеллигентности. Всклокоченные волосы завершали портрет. Посетитель остановился посреди гостиной, поочередно сверля нас глазами. Наконец его взгляд остановился на мисс Хардсон.
– Так значит вы и есть та самая мисс Хардсон?! – зло произнес мужчина.
- Предположим. – голос мисс Хардсон был спокоен, но в нем слышалась непривычная для него жесткость.
- Вот только не надо мне тут притворяться! Эта старая карга миссис Фэйд мне все рассказала! Сказала, что она посоветовала моей падчерице обратиться к вам! – после этого стало ясно, что нас посетил сам Гоблин Трешер. – Была моя падчерица у вас или нет?! Отвечайте живо!!!
- А вот это вас не касается. – все так же спокойно отвечала мисс Хардсон.
- Меня все касается, мисс ищейка!!! – не унимался Трешер. - Я наслышан о ваших штучках! Но со мной этот номер не пройдет! Если вы только попробуете сунуться в мои дела, то…
- То что? – вежливо поинтересовался я.
Мой вопрос привел его в ярость и он взревев бросился на находившуюся ближе к нему мисс Хардсон. Но прежде чем я успел подняться с кресла, Гоблин Трешер уже изучал носом дубовый паркет нашей гостиной. Коклмс сидел сверху и смотрел на Трешера так, как он обычно смотрел на кусок свежей говядины, раздумывая, как его лучше разделать.
- Советую вам удалиться, мистер. – жестко произнесла мисс Хардсон. – Благодарю, мистер Коклмс.
Коклмс кивнул в ответ, как бы говоря, что такая мелочь не стоит благодарности и отпустил Трешера. Тот обмяк, поднялся и, понимая, что самое лучшее для него сейчас – последовать совету, удалился в сопровождении Коклмса, бормоча под нос проклятия.
- И что вы теперь скажете, мой милый психолог? – спросила меня мисс Хардсон, когда они вышли за дверь.
- Думаю, что сегодня вечером я обязан пойти с вами. – ответил я, раздумывая сколько патронов надо взять к револьверу.
--------------------------
Дом, в котором жила мисс Блоулин, находился в старом районе города и представлял собой типичный образец викторианской архитектуры. Расположенное в глубине запущенного сада здание невольно, наводило на мысли о привидениях, которые, если верить писателям, очень любят селиться в таких домах.
Уже почти стемнело, когда мы пересекли сад, и мисс Блоулин пустила нас внутрь. Войдя в дом, мы очутились в просторном холле. Два небольших коридора вели в левое и правое крыло. В правом крыле на двух этажах располагались жилые помещения и кабинеты. В левом крыле - кухня и комнаты прислуги. Там же находился вход в подвал. Внутри дом был довольно аккуратным, но производил впечатление совершенно необжитого. Несмотря на то что в помещении было довольно тепло, мисс Блоулин зябко куталась в теплый почти до пола халат. Ее глаза с тревогой смотрели на нас.
- Скажите, - обратилась к девушке мисс Хардсон. – сколько у вас в доме прислуги?
- Только миссис Фэйд – ответила мисс Блоулин. – Она готовит еду и иногда помогает с уборкой. Все остальное мы с сестрой привыкли делать сами.
- Миссис Фэйд живет здесь постоянно?
- Иногда она остается ночевать, но обычно уезжает к себе домой.
- Мы можем осмотреть комнату, в которую вас поселили?
- Да, конечно. – ответила мисс Блоулин и пригласила следовать за ней.
Одного взгляда было достаточно, чтобы убедиться, что подвальные помещения совсем не предназначались для жилья. Изначально здесь хранили различный инвентарь и припасы. Позже там поставили газовый котел для отопления здания. Комната мисс Блоулин была наспех переделана в жилую. Небрежно наклеенные обои местами отошли обнажая кирпичную кладку. Вдоль одной из стен протянулась труба вентиляции. Посреди комнаты, занимая почти все пространство, стояла большая кровать. Рядом располагался крохотный столик, на котором лежало несколько книг. Все освещение состояло из стоявшего на столике ночника, создававшего почти интимную обстановку, если бы не витавшее в воздухе ощущение опасности. Но даже, несмотря на такую спартанскую обстановку, комната стараниями мисс Блоулин выглядела куда более обжитой, чем остальной дом.
Мисс Хардсон посветила вокруг принесенным с собой фонариком, внимательно осматривая все, что попадало в пятно света.
- Странно. – задумчиво произнесла она, разглядывая вентиляционную трубу. – Скажите, мисс Блоулин, а где включается эта вентиляция?
- Не знаю, мисс Хардсон. Мы никогда ею не пользуемся.
Мисс Хардсон снова осветила стены фонариком и, заметив нарисованные на обоях непонятные знаки, спросила:
- А ваш отчим не увлекается магией Вуду?
- Не могу сказать наверняка, но, убираясь в его комнате, я пару раз натыкалась на какие-то странные книги по черной магии.
- А как часто вы убираетесь у отчима?
- Очень редко. И всегда только под его присмотром.
- Что ж, здесь все понятно. – сказала мисс Хардсон, закончив осмотр. – Можем мы теперь попасть в комнату отчима?
- Боюсь, что это невозможного. Он всегда запирает ее на ключ. – огорченно произнесла мисс Блоулин.
- Думаю, мистер Коклмс поможет решить нам эту проблему. – успокоила ее мисс Хардсон - Коклмс, вы не забыли свои ключи?
Разумеется, Коклмс ничего не забыл. Мы поднялись на первый этаж в правое крыло и остановились перед массивной дубовой дверью. Коклмс достал из кармана связку отмычек и, немного поколдовав над замком, распахнул перед нами дверь.
Я почувствовал, как мисс Блоулин задрожала, заглянув внутрь. Да и мне самому, честно говоря, стало не по себе. В центре комнаты на полу мелом был нарисован круг, с расходящимися в сторону изломанными лучами. По периметру располагались деревянные колья, на которые были насажены человечьи, обезьяньи и собачьи головы. К большому нашему облегчению эти головы оказались всего лишь муляжами. Но от этого отвращение от увиденного не уменьшилось. Хотя к потолку комнаты была подвешена большая люстра, на стенах комнаты располагалось несколько подсвечников, оставшихся, видимо, еще с давних времен. Окно было завешено плотной шторой на тяжелой гардине. У одной из стен стоял совершенно не вписывающийся в обстановку современный музыкальный центр с большими колонками. Стены комнаты, как и в спальне мисс Блоулин, были разрисованными какими-то непонятными рисунками.
Внимание мисс Хардсон привлек стоящий в дальнем углу странного вида аппарат, состоявший из причудливо соединенных прозрачных колб и реторт с разноцветными жидкостями внутри. Из аппарата выходил резиновый шланг. Другой его конец скрывался где-то в стене.
- Это то, что я думаю? – спросила мисс Хардсон у Коклмса. Тот молча кивнул.
Внимательно обследовав аппарат, мисс Хардсон выдернула шланг из стены и завязала его узлом. Затем она подала знак, и мы вышли из комнаты. Коклмс запер дверь, и все снова спустились в подвал.
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
- У меня есть две новости: хорошая и плохая. – сказала мисс Хардсон, когда мы вернулись в спальню. – Хорошая новость состоит в том, что я знаю, как отчим убил вашу сестру. Вам, мисс Блоулин, теперь ничего не угрожает.
Лицо девушки просветлело и она улыбнулась, пожалуй, впервые с момента нашего знакомства.
- А какая плохая новость? – спросила она.
- Плохая новость состоит в том, что мы не можем пойти с этим в полицию, потому что они просто не поверят, что такое возможно. А это значит, что преступление окажется безнаказанным.
- Но неужели нет никакого способа наказать его?!! – глаза мисс Блоулин засверкали от негодования.
- Есть один способ. Но он несколько необычен.
- Я готова на все! – произнесла девушка с решительностью в голосе. – Что это за способ?
- Мы должны будем устроить в вашей комнате оргию. – неожиданно сказала мисс Хардсон.
- Оргию? – в голосе мисс Блоулин сквозило удивление, но в нем не было ни капли негодования.
- Но если это для вас неприемлемо…
- Нет, нет… Я же сказал, что готова на все. – перебила мисс Блоулин. – Но я не понимаю, как это нам поможет?
- Это довольно долго объяснять. Но я попробую. – ответила мисс Хардсон. Однако до объяснений дело не дошло: в дверь дома сильно забарабанили. Это вернулся Гоблин Трешер. Мисс Блоулин пошла открывать, а мы остались в подвале, стараясь вести себя как можно тише.
Из подвала было слышно, как Гоблин, зашел в дом, громко ругаясь, и через некоторое время его шаги послышались в комнате наверху. Он ходил взад и вперед, не переставая ругаться. Было трудно разобрать слова, но мне показалось, что он кричит что-то про рыжую ищейку и громилу, которым он еще покажет. Было ощущение, что он изрядно пьян.
Мисс Блоулин вернулась в спальню, ее лицо возбужденно пылало.
- Я не могу больше терпеть этих оскорблений! Эта пьяная скотина!!! Что надо делать? – выдохнула она на едином дыхании.
Мисс Хардсон приложила палец к губам, призывая девушку не шуметь, подошла к ней, обняла и стала что-то нашептывать ей на ушко. Выражение лицо мисс Блоулин понемногу смягчилось, она закрыла глаза, и я увидел, как ее руки заскользили по телу мисс Хардсон: по спине, по попке, забираясь под юбку.
- Зовите меня просто Эмма. – громко прошептала мисс Блоулин.
Тем временем мисс Хардсон тоже не бездействовала. Она погладила тело девушки, затем распахнула на ней халат, под которым не было ничего кроме узеньких трусиком, и, взяв Эмму за руку подвела ее к кровати
- Вы не возражаете, если джентльмены к нам присоединятся? – спросила мисс Хардсон.
- Конечно нет. – ответила мисс Блоулин, на лице которой появился легкий румянец.
Коклмс снял пиджак и начал расстегивать рубашку. Я последовал ее примеру. Мисс Хардсон тем временем усадила девушку на кровать и расположилась на коленях между ее ног. Она стянула с Эммы трусики и, обхватив руками ее ягодицы, начала работать языком над вагиной девушки. Коклмс, оставшись в одних брюках, подошел к мисс Блоулин. Та, не скрывая восхищения, посмотрела на его атлетическую фигуру, расстегнула на брюках ремень и застежку и взяла в руку внушительный член. Полюбовавшись им какое-то время, девушка легонько лизнула его, как бы пробуя на вкус. Видимо вкус ей понравился и она принялась старательно облизывать член со всех сторон. Мисс Хардсон оторвалась от вагины девушки и вопросительно посмотрела на меня, как бы недоумевая почему, я все еще стою в стороне. Я двинулся к мисс Блоулин, расстегивая на ходу брюки, и расположился с другой стороны. Эмма, не отрываясь от Коклмса, взяла в свободную руку мой член и, плотно сжав ладонь, стала водить по стволу взад и веред, обнажая головку.
В это время сверху раздался ритмичный стук барабанов и какое-то завывание. Мисс Блоулин вздрогнула и застыла. В ее глазах промелькнул страх.
- Эмма, вы в полной безопасности. – успокоила ее мисс Хардсон, глядя девушке в глаза. – Постарайтесь расслабиться. Сейчас необходимо, чтобы вы полностью отдались во власть удовольствия. Вы доверяете мне?
- Полностью. – ответила мисс Блоулин и улыбнулась. – Полностью.
Мисс Хардсон улыбнулась ей в ответ и снова припала к вагине. Мисс Блоулин решив, что уделила достаточно внимания члену мистера Коклмса, переключилась на меня. Она несколько раз провела языком по моему члену, захватывая яички, а потом заглотила его целиком. Подержав член некоторое время неподвижно, она стала двигать внутри языком, а потом принялась насаживаться на него ртом. Одновременно она удовлетворяла Коклмса, то интенсивно двигая по его члену рукой, то играя с яичками. Мисс Хардсон тем временем вовсю обрабатывала вагину Эммы. Она лизала ее языком, играла с клитором, целовала живот, засовывала со смачным звуком свои пальцы в дырочку. Через некоторое время наши с Коклмсом члены стояли, как русские штыки. Мисс Блоулин часто дышала, и ее лицо покрылось сильным румянцем, грудь набухла и соски затвердели. Было видно, что и мисс Хардсон тоже сильно возбуждена. Уже никто не обращал на доносившиеся сверху звуки тамтамов.
Через некоторое время мисс Хардсон поднялась и толкнула Эмму в грудь, укладывая на кровать. Та опрокинулась на спину и раздвинула ноги. Коклмс освободился от брюк и расположился между ногами Эммы. Затем он взял девушку за ягодицы и ввел свой член в ее истекающую соком вагину. Мисс Блоулин застонала и раскинула руки в стороны. Я тоже снял брюки, взобрался на кровать, расположившись с противоположной от Коклмса стороны. Взяв девушку за волосы, я приподнял ее голову. Увидев мой член возле своего лица, Эмма обхватила его мягкими губами и стала энергично сосать. Мисс Хардсон, улегщись на кровать, занялась грудью девушки. Она то сжимала груди руками, то попеременно мяла их, то сжимала пальцами соски, то покрывала тело поцелуями. Коклмс в ритм тамтамам с силой вгонял свой член в лоно мисс Блоулин, она отвечала ему двигая тазом и, казалось, полностью отдалась ощущениям.
Все это продолжалось довольно долго. Через некоторое время мисс Хардсон оторвалась от груди мисс Блоулин и сделал знак Коклмсу. Тот, не вынимая своего члена из девушки лег на нее сверху, обнял и перевернулся на спину. Мисс Хардсон взяла в руку мой член и потянула, указывая на попку девушки. Я, сообразив что от меня требуется, расположился сзади мисс Блоулин и, смазав своей слюной ее анус, вошел в него. Эмма протяжно застонала и прижалась грудью к Коклмсу. Наши с ним члены задвигались в вагине и анусе, как поршни хорошо смазанной машины. Мисс Хардсон тем временем расположилась возле лица девушки и подставила ей свой лобок. Мисс Блоулин приоткрыла глаза и стала тереться губами о промежность мисс Хардсон, попутно облизывая ее языком. Вскоре я почувствовал, как по телу мисс Блоулигн прошла мелкая дрожь, она начала начала с силой насаживаться на наши члены, а потом, на секунду остановившись, издала протяжный стон и рухнула на Коклмса.
Мой член выскользнул из нее и я уже собирался вставить его обратно, как вдруг сверху из комнаты Гоблина Трешера раздался нечеловеческий крик, в следом за ним грохот от падения каких-то тяжелых предметов.
- Все наверх! – мгновенно сориентировавшись скомандовала мисс Хардсон.
Я начал натягивать брюки, мисс Блоулин искала свой халат, и только Коклмс, как был нагишом, бросился вон из комнаты, прихватив по пути пиджак с отмычками.
Когда , кое-как одевшись, я добрался до комнаты Трэшера, Коклмс был уже внутри и открывал окно. Картина, которая предстала перед моими глазам была не менее ужасна, чем та, что мы видели до этого. Из музыкального центра раздавался мощный ритм тамтамов, тяжелая штора была сорвана с окна, колья с головами были повалены и разбросаны по всей комнате. Сам Гоблин лежал полностью обнаженным посреди нарисованного круга, сжимая свое горло руками, и его глаза были выпучены, как будто он увидел что-то невероятно ужасное.
Я бросился к телу, пытаясь нащупать пульс, но пульса не было. Попытки сделать искусственное дыхание не привели ни к чему, несмотря на все мои старания. Гоблин Трэшер был мертв.
Я поднял голову и обвел комнату глазами. На лице Коклмса не отражалось ничего, кроме брезгливости. Мисс Хардсон стояла около аппарата, в котором шла какая-то химическая реакция, и задумчиво разглядывала валявшийся на полу шланг. Мисс Блоулин, так и не решившаяся войти в комнату, стояла на пороге, прикрыв руками рот, и смотрела на все это с нескрываемым ужасом.
Вызванная нами полиция констатировала несчастный случай. Заключение эксперта в переводе на человеческий гласило, что смерть наступила в результате остановке дыхания, вызванного длительным вдыханием галлюциногенного газа вкупе с состоянием сильного алкогольного опьянения. Муляжи голов, рисунки на полу и стенах были отнесены к разряду прихотей эксцентричного чудака, не имеющих отношения к делу. Наше присутствие в доме мы объяснили тем, что были приглашены в гости. И это была чистая правда. Разумеется, некоторые подробности пребывания в гостях были опущены.
Было уже ранее утро, когда полиция, забрав собой аппарат, покинула дом. Взяв за руку хозяйку дома, мисс Хардсон сказала:
- Мисс Блоулин, я вижу, что вам не по душе оставаться в этом доме одной. Кроме того, я понимаю, что необходимо дать объяснение всему тому, что здесь произошло. Но сейчас вы слишком устали. Поэтому предлагаю отправиться на Байкер стрит и там отдохнуть. После этого я буду готова ответить на все ваши вопросы.
- Вы правы, мисс Хардсон. – ответила девушка. – Сейчас это будет самым правильным решением.
Вернувшись на домой мы сразу отправились спать. Эмма была определена в спальню Коклмса.
- А где же будете спать вы, мистер Коклмс? – поинтересовалась мисс Блоулин.
- Лаборатория. – Коклмс был, как обычно, немногословен.
Даже не обладая наблюдательностью мисс Хардсон, я заметил разочарование, промелькнувшее на лице мисс Блоулин.

Это сообщение отредактировал Скрипач - 02-10-2012 - 01:18
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Снова все вместе мы собрались, когда день уже клонился к вечеру. Мисс Хардсон выглядела свежей и отдохнувшей. Коклмс, несмотря на ночь, проведенную в не самых комфортных условиях, был подтянут и энергичен. Но самая большая перемена произошла с мисс Блоулин. Казалось, что страх, сковывавший ее изнутри, ушел, и перед нами предстал совсем другой человек. Теперь это была улыбчивая и немного импульсивная девушка, не привыкшая прятать глубоко свои чувства.
- Добрый вечер, мисс Хардсон. – приветливо произнесла она, легко впорхнув в гостиную, где Коклмс накрыл стол с кофе и бутербродами. – Мистер Коклмс, мистер Факсон.
- Добрый вечер, мисс Блоулин. Как вы себя чувствуете? – поинтересовалась мисс Хардсон.
– Просто великолепно! – просияла девушка. – Я не помню, когда чувствовала себя так хорошо!
Мы расселись за столом и принялись за еду.
- Я вижу, что вам, мисс Блоулин, и вам, мистер Факсон, не терпится получить объяснения. – начала разговор мисс Хардсон.
Меня не удивило то, что она не упомянула Коклмса. Я давно уже пришел к выводу, что между ними существует та самая телепатическая связь, о которой мы как-то рассуждали.
- Да, мисс Хардсон. Я вся в нетерпении. – ответила мисс Блоулин.
- Думаю, всем понятно, что кроме отчима ни ваша смерть, ни смерть вашей сестры никому была не нужна. – начала мисс Хардсон свой рассказ. – Но простое убийство или подстроенный несчастный случай сразу бы навели на него подозрения. Поэтому он, как человек увлекавшийся черной магией, разработал поистине дьявольский план. Думаю, Факсон, вы помните наш разговор о телепатии, Эросе и Танатосе. Но поскольку мисс Блоулин совершенно не в курсе, то позвольте ей кое-что пояснить.
Объяснение было кратким, но исчерпывающим. После того, как мисс Хардсон закончила, мисс Блоулин изумленно спросила:
- То есть вы хотите сказать, что отчим убил Джейн с помощью телепатии?
- К счастью убить с помощью телепатии невозможно. – улыбнулась мисс Хардсон. – В противном случае мы, выходя на улицу, каждый раз обнаруживали бы там парочку свежих трупов. Все несколько сложнее. С помощью телепатии можно вызвать в человеке желание умереть или, если угодно, вызвать дух смерти – Танатос. Но и это сделать очень и очень непросто. Природа позаботилась о том, чтобы надежно запереть дух смерти в самом дальнем углу нашего мозга, поставив на страже наше сознание и инстинкт самосохранения. Не отключив этих сторожей, невозможно повлиять на другого человека.
- И Трешер сделал это с помощью галлюциногена? – догадался я.
- Совершенно верно, дорогой Факсон. – подтвердила мисс Хардсон мою догадку. – Я сразу обратила внимание на странную вентиляцию в комнате мисс Блоулин, которая никогда не работала. Все встало на свои места, когда мы обследовали комнату Трешера. Тот странный аппарат в углу был ничем иным как химическим реактором для выработки газа, вызывающего галлюцинации. Если вас интересует что это за газ, можете расспросить Мистера Коклмса.
Я внутренне усмехнулся, представив, как бы выглядели эти расспросы.
- Как я и предполагала, это была никакая не вентиляция, и просто труба, через которую газ из аппарата поступал в подвал. После того, как шлаг был отсоединен мисс Блоулин была в полной безопасности.
- Но, насколько я понимаю, и сам Трешер, чтобы вызвать дух смерти, должен был что-то сделать со своим сознанием? – высказал я предположение.
- Вы абсолютно правы. – снова согласилась со мной мисс Хардсон. – Но использовать галлюциноген Трешер не мог. Он должен был сохранять минимальный контроль над своим сознанием. Поэтому он использовал метод колдунов Вуду для погружения в транс. Все эти ритмичные и громкие звуки тамтамов, ужасные головы, завывания и пляски в голом виде, которые он наверняка проделывал, как раз и были нужны, чтобы впасть в транс, и в таком состоянии воздействовать на свою жертву, вызвав подспудно сидящий в ней дух смерти.
- Но ведь то, что видела мисс Блоулин мало походило на дух смерти. – высказал я свое сомнение.
- Танатос и Эрос – это две стороны одной медали. Невозможно вызвать дух смерти, не потревожив духа любви. – ответила мисс Хардсон. – Более того, вызвать Эрос гораздо проще, так уж устроила нас природа. Потому-то мисс Блоулин и видела такие сексуальные видения. Видимо, сразу вызвать дух смерти у Трешера не получалось. Но с каждой попыткой он проникал все глубже и глубже, а потому эротические сцены становились все ярче и раскрепощеннее.
- Значит отчим в состоянии транса видел все то, что видела я? – то ли со смущением, то ли с возмущением спросила мисс Блоулин.
- Слава богу нет. – успокоила ее мисс Хардсон. – Все, что вы видели, как наяву, это освобожденные от контроля сознания ваши желания и ваши фантазии. Но передать картинки из вашей головы в другую телепатически нельзя. Трешер мог чувствовать только обрывки испытываемого вами удовольствия. Для того-то нам и понадобилось устроить оргию, чтобы он в своем трансе чувствовал то же, что чувствовал обычно, проводя свои бесчеловечные эксперименты. Его смерть - это и вправду несчастный случай. Моей целью было добиться от него признания, пока о находился в состоянии транса. Но то ли я неудачно выдернула шланг, то ли он сам соскочил с аппарата, когда началась реакция, но газ пошел в комнату. Состояние транса, галлюциноген плюс изрядная доля принятого Трешером алкоголя – все это привело к тому, что, пытаясь пробудить в вас, мисс Блоулин, дух смерти, он пробудил его в самом себе, а его задавленное сознание не могло сопротивляться.
Мисс Хардсон замолчала. Молчали и мы с мисс Блоулин, пораженные таким невероятным объяснением.
- Но почему все это происходило каждые две недели? – спросил я, немного придя в себя.
- Люди, превращающиеся в волков полнолуние – это конечно сказки. – ответила мисс Хардсон. - Но эти сказки имеют под собой некоторое основание. Вы наверняка знаете, что полнолуние и новолуние чередуются каждые две недели?
- Да, я слышала об этом. – подтвердила мисс Блоулин.
- Именно в такие дни Луна оказывает наибольшее влияние на все, происходящее на Земле. Здесь нет ничего мистического. Это просто физика. Например, усиливаются приливы и отливы. Вот и человек в полнолуние значительно восприимчивее к телепатии. Видимо, Трешер знал об этом. Мне не составило труда убедиться, что вас, мисс Блоулин, и вашу сестру видения посещали именно в такие дни. Потому-то нам пришлось торопиться – полнолуние было как раз вчера ночью.
- А пестрая лента, которая была в наших видениях? Как это связано со стриптиз-клубом? – задала мисс Блоулин последнюю оставшуюся загадку.
- Кто знает... – задумчиво произнесла мисс Хардсон. – Может быть название клуба засело у вас в мозгу и всплыло просто в силу причудливой ассоциации. А может ваш отчим запал на какую-нибудь стриптизершу и неосознанно телепатировал вам ее образ. Кто знает… Как бы то ни было, все произошедшее лишний раз подтверждает простую истину – чем яростнее мы желаем зла другим, тем сильнее это зло ударяет по нам самим.
Все замолчали, раздумывая над услышанным. Наконец мисс Блоулин прервала молчание. Она порывисто вскочила с кресла и с волнением в голосе произнесла:
- Мисс Хардсон, вы не представляете, как вы мне помогли! Вы не просто спасли меня от смерти. Вы избавили меня от невероятного ужаса, с которым я жила весь последний год. Я понимаю, что в такой момент неловко говорить о деньгах, но все же… Сколько я вам должна?
- Вы ничего нам не должны, мисс Блоулин. Та восхитительная ночь в вашей спальне вполне компенсирует наши труды.
- Но мне показалось, что только я одна получила...м-м-м… полную компенсацию. – мисс Блоулин стрельнула глазами в сторону Коклмса. – Думаю, это несправедливо! И было бы правильным продолжить расчет до тех пор пока каждый не получит то, что ему положено!
Мисс Хардсон пару секунд с улыбкой смотрела на девушку, а потом поднялась с кресла.
- Ну, раз вы настаиваете, Эмма, то, полагаю, нам не стоит все это затягивать. – с этими словами она подошла к мисс Блоулин и, глядя ей прямо в глаза, стала неторопливо расстегивать пуговицы на ее блузке.

Продолжение следует. :-)

Это сообщение отредактировал Скрипач - 04-10-2012 - 21:28
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Продолжение следует, но чуть позже. В голове крутятся сюжеты еще нескольких рассказов. Но изложить их на бумагу пока нет времени. :-)
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Итак, продолжаю. :-)

ТЕМНАЯ ЛОШАДКА

Расследование полумистического дела о пестрой ленте лишь ненадолго изменило привычный распорядок нашей жизни. Одним из пунктов этого распорядка был завтрак, когда мы собирались втроем и обсуждали последние газетные новости. Но в это утро мисс Хардсон не вышла к завтраку, задержавшись в лаборатории. Коклмс задумчиво жевал яичницу с беконом, запивая ее кофе, и, казалось, полностью отрешился от окружающего. Только по глазам можно было определить, что он усиленно о чем-то думает. Возможно, в другое время я бы даже решился расспросить Коклмса о предмете его размышлений, но в то утро меня занимал совсем иной вопрос.

- Доброе утро, джентльмены. – сказала мисс Хардсон, входя в гостиную. - Так значит, мистер Факсон, вы все же решили ехать в Шпильвилль?
Я чуть было не пролил свой кофе от удивления:
- Откуда вам это известно, мисс Хардсон? Я ведь никому не говорил о произошедшем там, а решение о поездке принял всего лишь полчаса назад!
- Элементарно, дорогой Факсон. Каждое утро вы просматриваете свежие газеты. Если там нет ничего интересного, вы аккуратно сворачиваете их и кладете на тумбочку телевизора. Когда что-то привлекает ваше внимание, вы бросаете газету на стол в гостиной, оставив ее раскрытой на заинтересовавшей вас странице. Поэтому, обнаружив сегодня утром на столе свежий выпуск «Стриптизэна», я изучила его содержание. Было нетрудно догадаться, что интересной для вас могла быть только статья о пропаже стриптизерши в Шпильвилле. Там же говорилось, что в качестве подозреваемого в похищении задержан бойфренд пропавшей некий Сигизмунд Факерман, служивший в свое время в полевом госпитале в Афганистане. Логично было предположить, что вы, Факсон, знакомы с ним.
- Мы действительно служили и работали в одном госпитале. – подтвердил я догадку мисс Хардсон.
Она удовлетворенно кивнула и продолжила:
- Зная ваше благородство, я не сомневалась, что вы поспешите на помощь боевому товарищу. А когда обнаружила, что утром в интернете вы искали расписание поездов до Шпильвилля, мое предположение превратилось в уверенность.
- Вы, как всегда, правы, мисс Хардсон. – согласился я. – Мы познакомились с Факерманом незадолго до его демобилизации. Он пробыл в Афганистане больше трех лет. Сошлись мы из-за схожести наших фамилий. Его профессиональный опыт оказался для меня бесценным, а своеобразный еврейский юмор помог не свихнуться от увиденного. Вместе мы прослужили всего лишь один месяц. Но четыре недели на войне это больше четырех лет в обычной жизни. Даже самый лояльный к Сигизмунду человек вряд ли отнесет его к числу правоверных евреев. Он никогда не соблюдал ничего из того, что предписывает его вера, да и вообще является обыкновенным безбожником. Но то, что он никогда не причинит вреда человеку, а тем более женщине, в этом я глубоко убежден. Поэтому мой долг помочь ему выпутаться из этой истории.
- Ваш друг – это и мой друг. Что вы скажете, если я тоже в этом поучаствую? – неожиданно предложила мисс Хардсон.
- Мисс Хардсон, вы даже не представляете насколько я был бы вам благодарен за помощь.
– Ну вот и отлично. Ничего срочного у нас сейчас нет. А мистер Коклмс, думаю, не будет возражать, если мы свалим на него все дела.
Я взглянул на Коклмса: выражение его лица говорило о том, что уж с этой-то ерундой он справится без проблем.
Поезд на Шпильвилль уходил после полудня, и у нас оставалось до отъезда немного времени. Мисс Хардсон вместе с Коклмсом занялись планированием текущих дел, а я засел в интернет, чтобы максимально изучить все материалы, связанные с исчезновением стриптизерши.
--------------------------
Когда мы расположились в купе, и поезд тронулся от перрона, понемногу набирая ход, мисс Хардсон обратилась ко мне:
- Ну что ж, Факсон, давайте попробуем систематизировать все, что мы знаем об этом деле.
- Шпильвилль – небольшой городок севернее Лондона. – начал я излагать то, что успел узнать. – Жители по большей части работают либо на местной камнетесной фабрике, либо занимаются сельским хозяйством. В истории городка нет ничего интересного, если не считать противостояния местной феминистской организации и хозяев местного же стриптиз-клуба. Оно продолжается уже более полувека. Кстати, феминистская организация Шпильвилля является одной из первых в Англии. Ее активистки пытаются добиться закрытия заведения через суд и организуют демонстрации. Владельцы всячески отбиваются. Борьба идет с переменным успехом, но за несколько последних лет клуб приобрел большую популярность из-за того, что начал проводить ежегодные соревнования по стриптизу, для участия в которых съезжаются девушки почти со всей Англии. Последние два года победительницей становилась уроженка Шпильвилля Анна Титьман по прозвищу Серебряная Звезда. В этом году на чемпионате, который должен состояться послезавтра, она также считалась фавориткой, и все букмекеры в один голос прочили ей победу.
- Надо будет узнать в каком отношении принимались на нее ставки – как бы беря это себе на заметку, произнесла мисс Хардсон. – Продолжайте, мистер Факсон. Почему главным подозреваемым стал ваш друг мистер Факерман?
- Факерман познакомился с Анной еще до службы в Афганистане. Он довольно много рассказывал про нее, и мне показалось, что его чувства к ней самые искренние. Судя по тому, что газеты называют Сигизмунда ее бойфрендом, она тоже к нему не равнодушна: ведь за три года, учитывая род ее занятий и популярность, она легко могла бы найти себе богатого покровителя.
- Логично. – одобрила мои умозаключения мисс Хардсон.
Ободренный этим замечанием, я продолжил:
- Мисс Титьман пропала позапрошлой ночью. По словам начальника охраны клуба после вечернего выступления она осталась потренироваться перед предстоящими соревнованиями. Когда ушла – никто не знает. Весь следующий день ее тоже никто не видел. Впрочем, это не вызвало сразу никаких подозрений, потому что днем девушки обычно отсыпаются после ночных выступлений. Только вечером, когда мисс Титьман не явилась на свое шоу, владелец клуба послал к ней домой. Но ни там, ни у кого бы то ни было из ее знакомых, Анны не было. Тем же вечером полиция задержала Факермана. Он окровавленный бродил по улицам, почти ничего не соображая. В кармане его пиджака был обнаружен лифчик Анны. Сигизмунда сразу арестовали, но пока что обвинений не предъявили. Полиция предполагает, что речь идет уже не просто о похищении, а об убийстве. Все силы брошены на поиски тела, но пока что безуспешно. Вот и вся информация, которую мне удалось найти.
- Что же, это не так мало, учитывая то количество времени, которым мы располагали. – подвела итог мисс Хардсон. – Если не ошибаюсь, то мы прибудем в Шпильвилль ближе к полуночи?
- Совершенно верно. – ответил я.
- Тогда, мистер Факсон, нам лучше выспаться. Думаю, что в предстоящие дни для сна у нас будет не так уж много времени.
Я устроился на сиденье поудобнее и вскоре задремал под стук колес. Впрочем, мой сон не был очень крепким. Время от времени я просыпался и видел, как мисс Хардсон сидит с закрытыми глазами, накручивая на палец свой рыжий локон, что свидетельствовало о напряженной работе мысли.
Ночью, сойдя с поезда и миновав здание станции, мы очутились на небольшой освещенной неоновыми фонарями привокзальной площади. Первое, что бросилось в глаза, был большой плакат с рекламой предстоящих соревнований по стриптизу. На плакате была изображена скупо одетая брюнетка, эффектно обвившаяся вокруг шеста. Надпись гласила: «Мисс Серебряная Звезда вас ждет!». Чуть ниже мелким шрифтом была размещена информация о самих соревнованиях. Взглянув на красотку, я не мог не отметить, что мой товарищ обладает отменным вкусом. Забор рядом с плакатом был обклеен листовками, которые призывали горожан голосовать на предстоящих выборах за нового мэра – мисс Синечулкофф, которая обещала избавить город от скверны и закрыть опостылевшее горожанам гнездо разврата.
- Вы не подскажете, как пройти к стриптиз-клубу? - поинтересовалась мисс Хардсон у стоящего перед входом служителя станции.
- Тоже решили поучаствовать в соревновании, мисс? – ответил тот, оценив фигуру моей спутницы с ног до головы.
- Что-то в этом роде. – мило улыбнувшись ответила мисс Хардсон.
- Это тут рядом. Пройдете один квартал вот туда, – служитель указал рукой на одну из улиц, отходивших от вокзальной площади. – Потом повернете налево и сразу клуб увидите. Там такая иллюминация, что не заметить невозможно. Жаль, что наша звезда не примет участия. Вы слышали о том, что с ней случилось?
Судя по всему, служитель станции был общительным человеком и был не прочь скоротать хотя бы часть скучного ночного дежурства за беседой. Мисс Хардсон не преминула этим воспользоваться:
- Так ее до сих пор не нашли?
- До сих пор не нашли. Хотя и полиция ищет и добровольцы. Любили ее тут.
- Любили? Вы думаете, ее уже нет в живых?
- Трудно сказать. – уклончиво ответил служитель. – Арестовали тут одного парня - ее дружка. Бродил весь в крови и безумный. Даже какие-то ее вещи нашли при нем. Но что-то мне не верится, что это он.
- А почему вы сомневаетесь? – продолжила расспросы мисс Хардсон.
- Городок у нас маленький. Все про всех знают. Этот Факерман хороший парень. Был когда-то доктором, в Афганистане служил. После того, как вернулся, устроился в стриптиз-клуб охранником. Но и тогда, если у кого какая болячка случалась, всегда шли к нему. Всем помогал и даже денег не брал. Приходилось насильно всовывать. Не могу я себе представить, чтобы он совершил такое. Да и сестра его была лучшей подругой с нашей звездой.
- У него есть сестра?
- Есть. Тоже в стриптиз-клубе танцует. У нас тут девушки либо феминистки, либо стрптизерши. – усмехнулся служитель.
- А если не Факерман., то кто же мог совершить такое? – мисс Хардсон явно старалась выудить максимум из такого ценного источника информации.
- Ума не приложу. Может начальница феминисток – мисс Синечулкофф. Баба злая и умная. Они вечно с директором клуба скандалы устраивают. Может конкуренты постарались. Вокруг этих соревнований большие деньги крутятся. А может сам директор клуба. Кто его знает, что у них там внутри творится.
- А директора как зовут?
- Да кто его знает. – пренебрежительно ответил служитель. – Люди дали ему кличку Дрочер. А на самом деле – кто его знает. Если будете танцевать в клубе, то поосторожней с ним, мисс, скользкий тип.
- Обещаю, что мы будем предельно осторожны. – пообещала мисс Хардсон и, понимая, что выпытала у служителя все, что можно, спросила:
- Так вы говорите, что надо идти по этой улице?
- Да, по этой. – махнул служитель рукой. – Один квартал, а там налево, не пропустите.
Мы двинулись в указанном направлении. По пути мисс Хардсон поинтересовалась:
- Факсон, вы знали, что у Факермана есть сестра?
- Знал. Ее зовут Софья. – мне было стыдно за то, что упустил такую важную деталь. - На семейной фотографии, которую я видел у Факермна, она была совсем маленькой. Я думал, что ей сейчас лет двенадцать-тринадцать. Их родители, кстати, живут в городке, который в двухстах километрах отсюда.
- Как бы то ни было, первым делом мы должны постараться встретиться с ней. – сказала мисс Хардсон, поворачивая в переулок налево по направлению к ярко освещенному зданию стриптиз-клуба.
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
--------------------------
Пройдя через холл стриптиз-клуба, мы очутились в темном зале с ярко освещенной сценой, на которой под задорный джаз танцевала миниатюрная коротко стриженная брюнетка. Из всей одежды на ней были только узенькие трусики, и лифчик, едва прикрывавший большую красивой формы грудь с вызывающе торчащими вверх сосками. Пустых мест в зале было не видно. Поэтому нам с мисс Хардсон пришлось потратить некоторое время, прежде чем мы сумели найти свободный столик у стены рядом с дверью, на которой висела табличка: «Служебные помещения. Посторонним не входить.». Брюнетка к этому времени закончила танец и, эффектно зашвырнув свой лифчик куда-то в темноту зала, удалилась под аплодисменты. Ей на смену выскочили две девушки: шоу не должно было перерываться ни на минуту.
Мы заказали подошедшему официанту по коктейлю и стали осматриваться. В зале сидели в основном мужчины, хотя было немало и женщин, которые следили за танцами девушек так же внимательно, как и их спутники. Пока я раздумывал, как отыскать сестру Факермана, дверь рядом с нашим столиком открылась, и оттуда выпорхнула стриптизерша, которую мы только что видели на сцене. Теперь на ней был шелковый халат, перехваченный в талии тонким поясом, что делало формы девушки еще сексуальней. Она подошла к нашему стоику и обратилась ко мне:.
- Вы ведь мистер Факсон?
- Да. А вы…
- Софья. Сестра Факермана. Я вас сразу узнала, когда вы в зале были. Брат показывал ваши фотографии из Афганистана и много рассказывал о вас. Вы ведь приехали из-за него?
- Именно так, мисс Факерман. – подтвердил я ее догадку. – Присаживайтесь, пожалуйста.
- А это ваша жена? - с детской непосредственностью спросила девушка, усаживаясь за столик.
- Это мисс Хардсон – частный детектив. Если кто и сможет разобраться во все этой истории, то только она. – ответил я. – Мисс Хардсон, это Софья Факерман. Сестра мистера Факермана.
- Я догадалась. – улыбнулась мисс Хардсон.
- Ой, это все так ужасно! Главное, никто не верит, что Сигизмунд мог это сделать. – затараторила Софья.
- А где он сейчас? – спросила мисс Хардсон.
- В камере местного полицейского участка.
- Мы сможем его увидеть?
- Только завтра утром. Мне разрешили свидание с ним. А вы поможете найти Анну? То, что ней случилось, - это кошмар. Мне страшно подумать, что с ней случилось что-то ужасное. – Софья, похоже, была не из тех людей, кто скрывает свои эмоции.
- Мы сделаем все, что в наши силах. – постарался я успокоить девушку.
- А почему вы так уверены, что это не ваш брат? – спросила мисс Хардсон.
- Да что вы! Если бы вы знали. Как он ее любит! – возмущенно ответила Софья. – Он и сюда устроился, чтобы больше быть рядом с ней.
- Может он ревновал ее? Все-таки стриптиз – не самое целомудренное занятие.
- Что было, то было. – согласилась Софья. – Но скажу по секрету, они решили, что после этих соревнований Сигизмунд вернется к врачебной практике, а она будет у него ассистенткой.
- Думаю, с такой ассистенткой ваш брат не останется без пациентов. – улыбнулась мисс Хардсон. – Кто же тогда мог быть заинтересован в исчезновении мисс Титьман?
- Ой, даже не знаю. Может мистер Скаундрел.
- А кто это?
- Да один здешний прохвост. Играет в тотализатор, постоянно чего-то комбинирует. Он приходил к Анне незадолго до ее исчезновения, пытался договориться, чтобы она проиграла на соревнованиях, обещал много денег за это.
- Мисс Титьман, конечно же не согласилась. –предположила мисс Хардсон.
- Конечно же нет! – возмущенно ответила Софья. – Для Анны стриптиз это не только профессия. Она живет танцем. Если бы вы видели, как она танцует! Только в глазах наших ханжей-феминисток стриптиз – это грязь и разврат. А для Анны – это искусство!
- Скажите честно, вы ей завидуете? – неожиданно спросила мисс Хардсон.
- Я?!! Никогда!!! – Софья даже покраснела от возмущения. – Она – моя лучшая подруга!
- Ну бывает, что и подруги завидуют друг другу. – с улыбкой заметила мисс Хардсон.
- Если уж на то пошло, то Анна мне тоже завидует. Она говорит, что женщина, у которой был бы ее рост, гибкость, пластика и моя фигура, была бы идеальной.
- Ваша подруга права, у вас действительно прекрасная фигура. – уверила девушку мисс Хардсон.
- Вы тоже очень красивая. – ответила Софья. – Правда, правда.
- Благодарю, мисс Факерман. А чем же завершился визит мистера Скаундрела? – закончила мисс Хардсон обмен любезностями.
- Да Сигизмунд просто вышвырнул его вон. – не без гордости за брата ответила Софья.
- Это интересно. И после этого он не возвращался?
- Нет. Во всяком случае мне об это этом ничего неизвестно.
- А что представляют из себя местные феминистки?
- Да крикливые бабенки и уродки, которые обижены мужским вниманием. – презрительно фыркнула Софья. – Уверена, что они просто нам завидуют. Вот и устраивают свои пикеты.
- А здесь в клубе кто-то мог желать мисс Титьман зла?
- Что вы! Анну все любили. Конечно, между девочками всякое бывало: и обиды, и скандалы. Но так, чтобы из-за этого устраивать такое… нет, я не верю, чтобы кто-то из девочек сделал это.
- А ваш директор?
- Дрочер-то? – сделала Софья удивленные глаза. – А ему-то зачем? Анна – это звезда, на которой он делает свой бизнес.
- Может он хотел от вашей подруги чего-то большего. – предположила мисс Хардсон.
- Вы имеете в виду секс? – Софья предпочла говорить без обиняков. – Да не-е-ет. Мне вообще кажется, что директор импотент или гомик. Он никогда никем не интересовался. В отличии от начальника охраны. Этот - просто кобель. Никогда не упустит случая ущипнуть тебя за задницу. А смотрит так, будто раздевает.
На лице Софьи читалось неподдельное отвращение.
- Он делал мисс Титьман непристойные предложения?
- Да кому он их только не делал. Всем консенсус предлагал.
- Консенсус? – удивился я непонятно к чему сказанному слову.
- Мисс Факерман, видимо, имеет в виду коитус. – предположила мисс Хардсон.
- Точно! Коитус! Вечно я путаю эти слова! – засмеялась Софья. – Только ни коитуса, ни консенсуса у него ни с кем не было. Да и строго у нас тут с этим. Если кто-то себе позволит лишнего с девушками, его быстро поставят на место.
- Что же спасибо за информацию, мисс Факерман. – поблагодарила мисс Хардсон. – Вы не знаете, где в городе можно остановиться?
- Так можете ночевать у меня. Брата и Анны все равно нет. – Софья снова загрустила.
- Спасибо. Мы так и поступим. – поблагодарила мисс Хардсон. - А возможно осмотреть служебные помещения клуба и поговорить с директором? Кстати, как его имя?
- Ой! А я не знаю, как его зовут! – снова засмеялась Софья. – А посмотреть – можно конечно.
Оставив на столике деньги за коктейли, мы проследовали за Софьей внутрь клуба. За служебной дверью был небольшой коридор. С одной стороны располагался выход за кулисы, а оттуда - на сцену. Лестница по другую сторону вела на второй этаж, где располагался кабинет директора. Вдоль коридора шли гримерки, в которых девушки готовились к выступлениями и отдыхали между номерами. Одна из дверей вела наружу. Мы вышли через нее и очутились во дворе клуба.
- Скажите, мисс Факерман, а чьи это машины? – спросила мисс Хардсон, указывая на два стоящих у забора автомобиля.
- Та, что BMW – нашего директора. А джип – начальника охраны. – ответила Софья.
- А какие-нибудь машины еще заезжают сюда?
- Нет, только эти две. Да, забыла. Еще пикап, на котором привозят в бар еду и выпивку.
- ЭТО КТО ЕЩЕ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ТУТ ШЛЯЕТСЯ?!! – внезапно раздался грубый мужской голос. У двери клуба стоял толстый, грузный мужчина. – СОФЬЯ, ЧТО ТЫ ТУТ ДЕЛАЕШЬ С ЭТИМИ… КТО ТЕБЕ РАЗРЕШИЛ?!
- А кто мне может запретить? – дерзко ответила мисс Факерман.
- ДА ТЫ ЗНАЕШЬ КТО Я?!! – свирепо продолжал мужчина.
- Ой, ой, ой! Думаешь, выбился в начальники охраны и теперь ты - пуп земли? – судя по всему, Софья не испытывала к начальству никакого пиетета.
- Позвольте представиться. – вмешалась в перепалку мисс Хардсон. – Это мистер Факсон, а я...
- ДА ПЛЕВАТЬ Я ХОТЕЛЬ КТО ТЫ!!! – видимо любезность не была знакома начальнику охраны. – ПОШЛИ ВОН ОТСЮДА!!!
- Не думаю что ваш директор будет рад, если узнает, что вы мешаете расследованию исчезновения мисс Титьман. – ответила мисс Хардсон, оставаясь подчеркнуто любезной.
Услышав о директоре и расследовании начальник охраны заметно струсил, но постарался сохранить грозный вид:
- Если вам нужен директор, то ступайте к нему. А во дворе находиться посторонним запрещено.
- Вы в чем-то в чем-то испачкали щеку. - заметила мисс Хардсон, внимательно разглядывая начальника охраны.
- Спасибо - буркнул тот, стирая с щеки что-то белое и блестящее.
Мы вернулись в клуб и поднялись на второй этаж. Подойдя к кабинету директора, мисс Хардсон обратилась к Софье:
- Мисс Факерман, вы не будете возражать, если мы поговорим с директором без вас?
- Ой, да нужен он был мне сто лет! К тому же у меня скоро последний выход. – мне показалось, девушка даже обрадовалась этому предложению.
Договорившись встретиться попозже в гримерке, мы поднялись наверх и постучались в дверь директорского кабинета.
- Кто там? Входите! - раздался из-за двери недовольный, визгливый голос.
Я открыл перед мисс Хардсон дверь и пропустил ее вперед. Кабинет был довольно просторным, но отделанные темным деревом стены и потолок производили гнетущее впечатление. Большие плотные шторы, закрывавшие единственное окно, и приглушенный свет усиливали это ощущение. За большим покрытым зеленым сукном столом в глубоком массивном кресле сидел человек лет тридцати. Темные зализанные назад волосы, тоненькие усики над верхней губой и маслянистый взгляд делали его похожим на сутенера. В своем белом костюме с ярко-красным галстуком он смотрелся чем-то чужеродным в темном интерьере комнаты.
- Чем обязан? - бегающий взгляд мужчины то ощупывал фигуру мисс Хардсон, то перескакивал на меня.
- Мистер Факсон. - представился я. - А это мисс Хардсон.
- Мистер Дрочелини. - мужчина жестом предложил нам присесть в кресла перед столом. - Чем обязан? Хотите заявить мисс Хардсон в качестве темной лошадки?
- Мисс Хардсон - частный детектив. - ответил я. - Мы расследуем исчезновение мисс Титьман.
- Да я уже тысячу раз все рассказал! - в голосе Дрочера просквозило раздражение. - Да и полиция уже арестовала Факермана за это.
- Насколько мне известно, обвинение ему пока не предъявлено. - вмешалась в разговор мисс Хардсон. - Да и прямых улик против него нет. А кто еще мог быть заинтересован в исчезновении мисс Титьман?
- Даже не знаю. - директор в задумчивости уставился в декольте мисс Хардсон. - Не могу сказать.
- Может это вы? - спросила мисс Хардсон, глядя Дрочеру в глаза.
- Да вы с ума сошли?! - взвизгнул тот и подскочил в кресле. - Я больше всех пострадал от этого! Это и соревнования, и реклама, и репутация! Что вы тут выдумываете?
- Хорошо. - миролюбиво произнесла мисс Хардсон. - Тогда кто это мог быть? Мистер Скаундрел?
- А кто это?
- Он делает ставки на тотализаторе.
- Да много здесь таких. Всех не упомнишь. - раздраженно бросил Дрочер. - Впрочем, тут крутятся немалые для наших мест деньги, и вполне можно ожидать от кого-то их этих ребят какой-нибудь подлости. Но в любом случае ничего конкретного я вам сказать не могу.
- Может быть мисс Синечулкофф перешла к новым формам борьбы за чистоту нравов? - предположила мисс Хардсон.
- Да как вы могли такое подумать? - снова взвизгнул Дрочер. Пару секунд он смотрел на нас с недоумением, а потом хихикнул. - Эта карга конечно нас ненавидит. Но ожидать от нее чего-то более страшного, чем пикеты старых дев, это просто смешно.
- Скажите, мистер Дрочелини, а кто сейчас представляет ваш клуб на соревнованиях?
- Мисс Бибмо. Конечно лучше бы было выставить мисс Факерман. Но я, знаю ее темперамент, даже и предлагать ей такое не стал. Они ведь с Анькой были лучшими подругами, и за такое предложение вполне можно было бы схлопотать по морде.
- А не могли бы Вы рассказать о мисс Бимбо поподробнее? - в голосе мисс Хардсон я уловил интерес.
- Она относительно недавно работает у нас. Хорошая фигура, пластика, танцевальная подготовка. Но глуповата. Таких в нашем бизнесе пруд пруди. Если Вы подозреваете ее, то не тратьте время. Организовать похищение, да еще так, чтобы никто ничего не заметил, - это не ее уровень. - лицо директора выражало крайнее пренебрежение.
- И каковы ее шансы победить?
- Шанс, конечно, есть. Но, увы, он не так велик, как хотелось бы. Вот если бы была наша Серебряная звезда... - глаза директора подернулись грустью.
- Понятно. Скажите, а что это за темная лошадка, в качестве которой вы предлагали мне выступить?
- По условиям соревнований в них может принять участие любая девушка, заявившись в качестве темной лошадки. Хотите попробовать? - взгляд Дрочера снова заскользил по фигуре мисс Хардсон. - Я не первый год в этом бизнесе и могу сказать вам, что у вас имеются все данные. Да и рыженьких в этом году никого нет.
- Я подумаю над вашим предложением. - любезно улыбнулась мисс Хардсон. - Но не будем Вас больше задерживать.
Мы встали с кресел и направились к выходу.
- Подумайте, подумайте. - Дрочер поднялся следом за нами. Его лицо источало любезность, но мне показалось, что он рад окончанию визита.
Мы подождали Софью около ее раздевалки и, после того как она переоделась, вышли из клуба.
- И что интересного вам сказал Дрочер? - спросила девушка, останавливаясь около розовой микролитражки, больше напоминавшей игрушку, чем автомобиль.
- Кто такая мисс Бимбо? - вместо ответа спросила ее мисс Хардсон.
- Ой, да дурочка она. - рассмеялась Софья. - Хорошая девушка, но наивная. Парни крутят ею как хотят.
- А Вам не обидно, что она, а не вы, выступает вместо мисс Титьман?
- Если бы кто-то предложил выступать мне, то я бы ему врезала! - возмутилась девушка. - А Бимбо? Но ведь кто-то должен же выступать. Нет, мне не обидно.
Мы кое-как уселись в крошечном салоне. Короткая юбка Софьи, усевшейся на водительское кресло, дерзко задралась, обнажив бедра. Я с трудом отвел взгляд от ее стройных ног. Заметив это, девушка как бы невзначай задрала юбку чуть повыше. Впрочем, все оставалось в рамках приличия. Мисс Хардсон расположилась спереди. Я довольствовался задним сиденьем, которое явно не было рассчитано на взрослого человека. Софья вела машину так же, как и танцевала стриптиз: энергично и даже вызывающе. Правда пустынные улицы городка не дали проявиться водительскому ее таланту в полной мере. Поездка была непродолжительной, и через пятнадцать минут мы были уже на месте.
Дом, в котором жили Факерманы, был, как и большинство домов в городке, одноэтажным и не очень большим: кроме маленького холла, кухни и небольшой прихожей в нем имелось еще две спальни. В одну из них был определен я, в другой расположились мисс Хардсон и Софья.
Только расположившись на большой двуспальной кровати, я почувствовал насколько устал. Я попытался было осмыслить все увиденное и услышанное, но сон быстро сморил меня
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
--------------------------
Отдых был недолгим. Уже через три часа Софья постучалась в дверь и пригласила на завтрак.
- Скажите, мисс Факерман, мы можем навестить Вашего брата в полиции? - спросила мисс Хардсон, когда мы расположились за со столом, на котором шипела наспех состряпаная Софьей яичница с ветчиной и сыром.
- Ой не знаю! Инспектор Эрректорсон - человек настроения. Все зависит от того, с какой ноги он сегодня встал. - ответила девушка.
- Как бы то ни было мы должны переговорить с Вашим братом. - сказал мисс Хардсон. - Только после этого мы можем двигаться дальше.
После того, как завтрак был окончен и девушки привели себя в порядок, мы снова втиснулись в автомобиль мисс Факерман. Сегодня Софья была одета довольно-таки целомудренно: обтягивающие джинсы и мужская рубашка, которая, прочем, не могла скрыть ее аппетитных форм, спортивные туфли на ногах.
Первым делом мы направились к полицейскому участку.
- А где у вас в городе букмекерская контора? - спросила мисс Хардсон, когда мы тронулись.
- Да здесь все рядом. Городок-то небольшой. Но только она сейчас, скорее всего, закрыта. Так рано у нас начинают работать только молочники и полиция. - рассмеялась Софья.
Вскоре мы прибыли к зданию полицейского управления. У входа навытяжку стоял полицейский. Он не шелохнулся при нашем появлении, проводив нас лишь одними глазами. Мы вошли внутрь и оказались в небольшой комнате, перегороженной пополам стеклянной перегородкой с окошком. У противоположной стены около двери, ведущей куда-то внутрь, так же, как и его коллега на улице, стоял навытяжку еще один полицейский. Около перегородки изучал какие-то бумаги пожилой седовласый мужчина в штатском. При нашем появлении он оторвал взгляд от бумаг и стал внимательно рассматривать нас.
- Инспектор Эрректорсон, - обратилась к нему Софья. - мы можем повидаться с моим братом?
- Вы можете, мисс Факерман. - ответил инспектор, развернувшись к нам. -А они - нет. Если они не адвокаты Вашего брата.
- Это мистер Факсон. - представила меня девушка. Они вместе служили с моим братом в Афганистане. А это мисс Хардсон - частный детектив.
- Нет! - отрезал Эрректорсон.
- Ну инспектор! Ну пожалуйста! - взмолилась Софья.
Инспектор уже собирался снова бросить свое "нет", но мисс Хардсон опередила его:
- Инспектор, если бы кто-то из Ваших боевых товарищей или подчиненных, морских пехотинцев, с которыми вы воевали на Фолклендах, попал бы в беду, разве вы не поспешили бы ему на помощь?
- Черт возьми! Откуда вы знаете? - удивленно воскликнул Эректорсон, с подозрением разглядывая мисс Хардсон. - Читали мое досье?
- Нет, что Вы, инспектор. - поспешила успокоить его мисс Хардсон. - Все эти выводы я сделала из своих наблюдений. Не заметить Вашу военную выправку невозможно. Ваша осанка, то, как вы поворачиваетесь на каблуках, вымуштрованные подчиненные, стоящие, как часовые на посту, - все это выдает в Вас военного человека. Привычка говорить короткими и резкими фразами, будто отдавая приказы, говорит о склонности командовать. А значит Вы были не просто солдатом, а офицером. Татуировка на запястье в виде якоря выдает причастность к морским силам. Обычно такую делают морские пехотинцы перед отправкой к театру боевых действий. Учитывая Ваш возраст, я предположила, что Вам пришлось воевать за Фолкленды.
Инспектор Эрректорсон продолжал исподлобья рассматривать мисс Хардсон, но мне показалось, что в его взгляде проскользнуло уважение.
- Пожалуй, Вы правы. - произнес он после некоторого раздумья. - У вас есть пятнадцать минут.
- Ой, спасибо, инспектор! - обрадовалась Софья. Мне показалось, что она готова броситься Эрректорсону на шею. Но он так свирепо взглянул на нее, что девушка поспешила прикусить язык.
Инспектор кивнул стоящему в глубине комнаты полицейскому, и тот открыл дверь, которую охранял. В сопровождении Эрректорсона мы прошли мимо полицейского и попали в небольшой коридор, по обе стороны которого располагалось шесть камер. Все они были пусты, кроме той, где сидел Факерман. Он был одет в какую-то серую робу, его голова была неумело перебинтована. Сквозь бинты проступали пятна крови. Увидев меня, он вскочил с кровати, широко улыбаясь.
- Дружище! Как я рад тебя видеть! - мы обнялись.
- Вот не ожидал тебя увидеть! Но все равно я чертовски рад! - с чувством произнес Факерман.
- Я прочитал о случившемся в газетах. И мы поспешили тебе на помощь. - я почувствовал, как у меня предательски защипало в глазах. - Позволь представить мисс Хардсон. Она частный детектив. Если кто и сможет разобраться в том, что произошло, то только она.
- Давайте не будет терять время. У нас только пятнадцать минут.- не мешкая приступила к делу мисс Хардсон. - Скажите, мистер Факерман, что вы помните начиная с того вечера, когда все это случилось.
- Тот вечер... - Факерман задумался. - Мисс Титьман закончила выступление... Вы ведь знаете, что она моя невеста?
- Невеста? - удивленно воскликнула Софья.
- Да, Софочка, мы решили пожениться, только не успели тебе об этом сказать. После соревнований я решил заняться врачебной практикой, а Аня стала бы мой ассистенткой. Так вот... В тот вечер, когда она уже заканчивала свой танец, я принес нам из бара еду, оставил ее в гримерной и пошел смотреть окончание выступления.
- Как часто вы ели в клубе? - перебила Факермана мисс Хардсон.
- Да почти каждый вечер. В баре остается много еды, и практически весь персонал там ужинает. За это, конечно, вычитают из заработка, но это не накладно. После выступлений Аня решила остаться и еще потренироваться перед соревнованиями.
- А что вы ели?
- Баранину с чесночным соусом.
- И как много вы съели? - интерес мисс Хардсон к еде был мне не совсем понятен, но я внимательно слушал, понимая, что все эти вопросы задаются не просто так.
- Да почти все съел я. Она поела совсем чуть-чуть, чтобы не нагружать желудок перед тренировкой.
- То есть еду для вас специально не готовили?
- Нет, мы ели, что называется, из общего котла.
- И что же было дальше?
- А дальше я почти ничего не помню. Вроде бы какой-то шум мотора мощной машины, сарай, сено, потом темнота, провал. Более-менее я очухался только сегодня ночью. Эрректорсон рассказал мне об исчезновении Анны и о том, что когда меня нашли, на мне вся одежда была запачкана кровью. Я не знаю, что произошло, но убить Аню я не мог.
- А откуда у Вас эта рана на голове? - спросила мисс Хардсон, внимательно разглядывая бинты.
- Не помню. Вроде бы упал откуда-то. Точно не помню.
- Инспектор Эрректорсон, - обратилась к полицейскому мисс Хардсон. - может быть мистер Факсон, как врач, осмотрит рану и сделает перевязку?
- Это было бы хорошо. Мы ведь еще те лекари. - самокритично ответил инспектор. - Сейчас распоряжусь.
Эрректорсон позвал стоящего у дверей полицейского и приказал принести бинты и медикаменты.
Я осторожно размотал бинты и осмотрел рану. К счастью рана была неглубокой - просто обширная ссадина. Мисс Хардсон подошла поближе и тоже внимательно осмотрела рану. После того, как я обработал голову Факермана антисептиком и забинтовал, мы покинули камеру. Мне показалось, что настроение моего друга заметно улучшилось.
- Что скажете, доктор, про рану? - обратился ко мне Эрректорсон, когда мы вернулись в зал со стеклянной стойкой.
- Кожа содрана на обширном участке. Такое могло получиться, если его ударили вскользь чем-то вроде бейбольной биты, либо он сам вскользь упал головой на что-то.
- Скажите, инспектор, а вы сами считаете мистера Факермана виновным? - обратилась мисс Хардсон к Эрректорсону.
Тот внимательно посмотрел на нее, как бы раздумывая стоит ли обсуждать с ней полицейские дела.
- Честно говоря, не думаю, что это Факерман. - ответил он наконец. - Не может хороший парень вот так ни с того ни с сего взять и убить свою девушку. Но кровь на нем, да и в кармане пиджака нашли лифчик мисс Титьман, в котором она выступала в тот вечер.
- Думаете, она убита? - спросила мисс Хардсон.
- Ну а где тогда она?
- Может быть ее похитили.
- С какой целью?
- Соревнования по стриптизу. - выдвинула версию мисс Хардсон. - Здесь ведь многие делают ставки. Может кто-то решил нагреть на этом руки. Мистер Скаундрел, например.
- Знаю я этого пройдоху. Но у него алиби. Я проверял. День и ночь, когда все это случилось, он провел в полицейском участке в соседнем городке. Подрался в баре.
- Директор клуба?
- Скользкий тип. Но вряд ли. У него нет мотива.
- Мисс Синечулкофф? - выдвинула последнюю версию мисс Хардсон.
- Это уж совсем невероятно. - сморщился инспектор Эрректорсон. - Зачем это ей. К тому же она баллотируется в мэры города. Если бы что-то всплыло, связанное с криминалом... Нет, исключено.
- Вы сделали анализ крови на одежде мистера Факермана? - продолжила расспросы мисс Хардсон.
- У нас нет своей лаборатории. Мы послали одежду на анализ в Лондон. Но когда они еще его сделают. Мы же для них захолустье.
- А записи камер наблюдения в клубе вы просматривали?
- Ничего интересного. - отмахнулся инспектор. - Никаких посторонних машин. Только директор, начальник охраны и грузовичок, привозящий продукты.
- Что же, спасибо за все, инспектор Эрректорсон. - сказала мисс Хардсон направляясь к выходу. - Надеюсь, в случае необходимости я могу к Вам обратиться еще?
- Обращайтесь. - буркнул инспектор. Честно говоря, его любезность меня удивила.
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
--------------------------
- Теперь в букмекерскую контору. А потом мы посетим мисс Синечулкофф. - обозначила дальнейшие планы мисс Хардсон, выйдя на улицу.
Всю дорогу до букмекерской конторы мы провели в молчании. Только когда мы уже подъезжали мисс Хардсон спросила:
- Мисс Факерман, а если бы сейчас делали ставку на победу в соревнованиях, то на кого Вы бы поставили?
- Ой, даже не знаю. Все девочки, кого я знаю, примерно одного уровня. Разве что на мисс Бимбо. Но это уже больше из солидарности. Явного фаворита сейчас нет.
Букмекерская контора выглядела довольно уныло, как и букмекер, который явно не выспался.
- Доброе утро. - приветствовала его мисс Хардсон. - Мы могли бы узнать в каком отношении и на кого сейчас принимаются ставки на предстоящих соревнованиях по стриптизу? И кто фаворит?
- После пропажи мисс Титьман все идут примерно вровень: примерно пятнадцать к двенадцати.
- Не густо. А какие ставки на мисс Бимбо?
- Ну, эта дамочка чуток лидирует. - букмекер немного оживился. - ставки на нее семнадцать к двенадцати.
- То есть явного лидера сейчас нет.
- Ну если вы любите риск и деньги, то можете поставить на темную лошадку. Там ставки восемьдесят к одному. Но что-то желающих до сих пор не нашлось.
- Скажите, а не делал ли кто-нибудь крупных ставок на мисс Бимбо в последнее время?
- Вообще-то мы не выдаем такой информации. - букмекер с подозрением уставился на мисс Хардсон.
- Дело в том, что я и мистер Факсон - частные детективы и расследуем дело об исчезновении мисс Титьман.
- Вон что... - протянул букмекер. - Ну была на нее одна странная ставка . По телефону. Анонимная. Деньги перевели безналом. У нас вообще-то тут так не принято.
- Вы приняли ставку?
- Конечно. Это хоть и необычно, но в рамках закона.
- Что же, спасибо за информацию. - поблагодарила мисс Хардсон. - Не будем Вас больше задерживать.
- Да пожалуйста. - расплылся в улыбке букмекер. - Если раскроете это дело вам весь город будет благодарен. Мисс Титьман - наша знаменитость.
Мы вышли из букмекерской конторы.
- И что теперь? - нетерпеливо спросила мисс Софья. Похоже для ее деятельной все эти долгие расспросы были большим испытанием.
- Мисс Факерман, вы знаете, где живет мисс Синечулкофф? - неожиданно спросила мисс Хардсон.
- Да кто же не знает! - фыркнула девушка. - С полгода назад отгрохала себе двухэтажный домик. У нее даже привратник имеется. Где только деньги взяла?
- Давайте ее навестим. - предложила мисс Харсдсон. - почему-то мне кажется, что мы найдем там кое-что интересное.
- Да что может быть интересного. - Софья была настроена явно скептически. Тем не менее минут через двадцать мы остановились у ограды, за которой немного в глубине располагался небольшой двухэтажный дом. Необычным в нем было то, что две изогнутые лестницы, образующие вместе что-то вроде сердечка, вели прямо на второй этаж. Свободное пространство между лестницами было заполнено каким-то скульптурным изваянием, напоминавшим банан.
- Однако, в оригинальности мисс Синечулкофф не откажешь. - усмехнулась мисс Хардсон, от чьего внимания так же не ускользнули архитектурные особенности дома.
Пройдя вдоль забора, мы подошли к воротам с небольшой застекленной будкой, в которой мирно дремал стареньких привратник.
- Простите, можем ли мы увидеть мисс Синечулкофф? - громко спросил я его сквозь стекло.
Старичок открыл глаза и махнул рукой, предлагая подойти поближе. Пройдя через незапертые ворота, мы приблизились к будке.
- Можем ли мы увидеть мисс Синечулкофф? - повторил я вопрос.
- А как вас представить? - спросил привратник.
- Мистер Факсон, мисс Хардсон и мисс Факерман. У нас дело относительно стриптиз-клуба. - опередив меня, ответила мисс Хардсон.
Привратник поднял трубку телефона, с кем-то переговорил, после чего сообщил:
- Проходите через холл в рабочий кабинет. Мисс Синечулкофф примет вас через две минуты.
Мы поднялись по лестнице на второй этаж и через небольшой холл попали в кабинет, отделанный темным деревом. Все в кабинете выглядело основательным: массивный стол, большие дубовые полки, плотные шторы.
Мисс Синечулкофф не заставила себя долго ждать, появившись откуда-то из боковой двери почти сразу вслед за нами. Ее внешность меня удивила. Я ожидал увидеть пожилую старую и сморщенную женщину. Но перед нами предстала стройная, изящная дама лет тридцати пяти. Ее строгий серый деловой костюм сидел на ней безукоризненно. Цепкий, внимательный взгляд выдавал привычку подчинять и командовать.
- Вы знаете, мисс Синечулкофф, меня поразила оригинальная архитектура Вашего дома. - довольно неожиданно начала разговор мисс Хардсон.
- Да, я давно хотела такой дом. Его внешний вид и внутренние интерьеры - все сделано по моим эскизам. - мне показалось, что взгляд хозяйки дома несколько смягчился. - Но ведь вы пришли сюда не для разговоров об архитектуре?
- Совершенно верно. - согласилась мисс Хардсон. - Я и мистер Факсон - частные детективы. Мы приехали в город, чтобы расследовать исчезновение мисс Титьман.
- Хоть я и считаю стриптиз-клуб гнездом разврата, - взгляд мисс Синечулкофф вновь обрел прежнюю жесткость. - но бедная девушка не заслуживала такой участи.
- Вы не знаете, кто мог все это сделать?
- Нет. Говорят полиция задержала ее друга. Но, как ответственный человек, баллотирующийся на пост мэра города, я не могу делать бездоказательных заявлений.
- А не мог это быть мистер Дрочелини?
- Ерунда какая! - неожиданно эмоционально ответила мисс Синучулкоф. И, помолчав, добавила: - Он, конечно, прохиндей, но ему такой скандал, да еще и накануне соревнований, совершенно невыгоден.
- Может быть вы вспомните еще какие-то детали, касающиеся клуба?
- Я знаю только то, что, когда я стану мэром Шпильвилля, я буду добиваться его закрытия. Этому гнезду разврата не место здесь! - решительно заявила мисс Синечулкофф, строго и, как мне показалось , осуждающе глядя на Софью.
- Ну тогда не смеем Вас больше задерживать. - завершила разговор мисс Хардсон.
Мы попрощались и направились к выходу.
- Гнездо разврата. - возмущенно фыркнула Софья, когда мы вышли за ворота. - Что бы они понимала!
- Все люди, занимающиеся политикой, начинают говорить штампами. - успокоила ее мисс Хардсон. - Скажите мисс Факерман, а не делали в кабинете директора клуба недавно ремонт?
- Несколько месяцев назад. А что?
- Отлично. Кое-что начинает проясняться. - задумчиво произнесла мисс Хардсон
Я не был в этом так уверен, но предыдущий опыт научил меня не делать поспешных выводов. По лицу Софьи я видел, что ей тоже ничего не ясно, и на ее языке вертится куча вопросов. Но мисс Хардсон пресекла дальнейшие расспросы:
- Мисс Факерман, я вижу, что город со всех сторон окружен скалистыми горами. Но когда мы собирали информацию о Шпильвилле, там было сказано, что здесь занимаются еще и сельским хозяйством. Но ведь этим как-то не принято заниматься в горах.
- На другом конце города есть выезд на равнину. Кто-то там разводит скот, кто-то выращивает зерно.
- Очень хорошо. - обрадовалась чему-то мисс Хардсон. - А Вы не знаете, есть ли тут где-нибудь примерно в получасе езды на машине какой-нибудь сеновал?
- Ну, я не так хорошо знаю местные окрестности. Но можно съездить и посмотреть.- предложила Софья.
- Тогда давайте сделаем так: я вернусь в полицию, мне надо кое-что обсудить с инспектором Эрректорсоном, а вы с мистером Факсоном отправитесь на поиски сеновала. Если найдете, то внимательно осмотрите его, нет ли там следов крови, клочков одежды и вообще - чего-нибудь подозрительного
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
--------------------------
Подбросив мисс Хардсон до полицейского участка, мы с Софьей отправились выполнять поручение. Пересев на переднее сиденье, которое было гораздо комфортнее, я впервые получал удовольствие от поездки.
- А мисс Хардсон всегда так странно ведет расследование? - спросила меня Софья, когда мы уже выезжали на равнину.
- В основном да. - ответил я, понимая недоумение девушки: даже мне методы мисс Хардсон иногда казались странными и лишенными всякой логики.
- Ну не знаю. - с сомнением в голосе продолжила Софья. - Мой брат в тюрьме. Что с Анной - неизвестно. А мисс Хардсон ходит и расспрашивает всех. Хочется уже какого-то действия и результата!
Энергия, бурлившая в мисс Факерман явно требовала выхода наружу. Честно говоря, я не нашелся, что ей ответить, и разговор прервался. Некоторое время мы ехали без единого слова, но вскоре молчание стало казаться мне неловким.
- Вам не кажется, что собирается дождь? - спросил я, разглядывая небо за окном машины.
- В это время года у нас часто идут дожди. - откликнулась Софья. - Но я ненавижу эти чопорные английские разговоры о погоде! Давайте лучше поговорим о чем-нибудь другом. Что вы предпочитаете в сексе?
Второй раз за пять минут эта девушка поставила меня в тупик.
- Мисс Факерман, ну я как бы не очень... - пробормотал я.
Но девушка, казалось, не заметила моего смущения:
- А у вас когда-нибудь был секс с малознакомой девушкой? А если бы она сама Вам предложила? А у вас когда-нибудь было в поезде?
Ошеломленный таким напором, я не знал что ответить, но, к счастью для меня, мы увидели в поле какое-то сооружение, которое вполне могло оказаться сеновалом. К сооружению вела разбитая грунтовая дорога. Выйдя из машины и подойдя к зданию, мы обнаружили, что внутри нет никакого сена, а есть трактор, во внутренностях которого копался мужчина, такой же пожилой, как и сама машина.
- Вы не подскажете, - обратился я к нему. - нет ли тут поблизости какого-нибудь сеновала?
Если мой вопрос и удивил мужчину, то он не подал виду . Внимательно осмотрев меня и мисс Факерман, он ответил, неторопливо роняя слова:
- Если проедете еще с полмили по шоссе в сторону от города, то найдете большой сеновал.
- Спасибо. - поблагодарил я его.
- Хорошо повеселиться! - откликнулся хозяин трактора, видимо, не совсем правильно истолковав мой интерес к сену.
- Черт! Все туфли в грязи испачкала! - недовольно произнесла Софья, когда мы вернулись к машине. - И как вы, мужчины, можете такое терпеть!
Мы двинулись по шоссе в указанном направлении и вскоре действительно увидели стоящий невдалеке от дороги сеновал.
- Ну уж больше я пешком по этой слякоти никуда не пойду! - решительно заявила Софья, съезжая с шоссе на узкую грунтовую дорогу с глубокой колеей. Сначала все было хорошо, но метрах в двадцати от сеновала машина сползла в колею и безнадежно села брюхом в грязь. Все мои попытки подтолкнуть ее, пока Софья газовала, привели лишь к тому, что мы продвинулись на пять сантиметров, увязли еще глубже, а я оказался забрызган с ног до головы. К тому начал накрапывать дождь и наше положение стало совсем безнадежным.
- И что же теперь делать? - растеряно спросила Софья, видимо чувствую свою вину.
- Как бы то ни было, мы должны осмотреть это место. А потом будем искать помощь.
- Отлично! У меня в багажнике есть несколько больших одеял. Думаю, они нам пригодятся. - энергия с новой силой забурлила в девушке.
Мы забрали одеяла и стремглав под набиравшим силу дождем побежали к сеновалу. Заскочив в дверь, которая к счастью была не заперта, мы стали осматриваться. Внутри было сумрачно, свет пробивался только через щели и окна в верхней части сооружения. Сеновал был довольно высоким и доверху набит сеном. Свободной была только средняя часть напротив широких ворот, в которую, по всей видимости, заезжал трактор для погрузки и разгрузки. Мисс Факерман тут же полезла наверх, барахтаясь в сене. Я же, когда мои глаза немного привыкли к сумраку, стал внимательно разглядывать ворота. Почти сразу я заметил около них какую-то длинную узкую тряпку, похожую на шарф, а на одной из балок на высоте примерно человеческого роста - следы крови и волосы. Эта находка несказанно меня обрадовала: я не сомневался, что это кровь Факермана.
- Мисс Факерман, - крикнул я, - Я нашел следы крови!
- Правда? - вынырнула Софья из сена. - Значит мой брат был здесь?
- Скорее всего да. Надо сообщить о находке мисс Хардсон.
Я вытащил сотовый телефон и попытался дозвониться. Но связь была очень слабой и звонок постоянно срывался.
- Так отправьте СМС. - посоветовала Софья. - Лезьте сюда наверх. Я слышала, что при плохой связи чем выше забраться, тем лучше.
Я о таком не слышал, но идея оказалась удачной. Наверху мне с третьего раза удалось отправить сообщение с коротким описанием нашей находки. Через некоторое время пришел ответ: "Отлично! Возвращайтесь!". Пришлось сообщить и о ситуации, в которую мы попали. Ответ гласил: "Ждите помощи через три часа.".
- Ну и чем же мы будем заниматься? - спросила меня Софья, прочитав ответ.
- Ждать. Если честно, то я не выспался сегодня ночью.
- Ну... Так не интересно... - разочарованно протянула девушка. Бездействие для ее деятельной натуры было мучительным. Может быть мы...
Я строго взглянул не нее.
- Ну ладно, ладно. - миролюбиво произнесла Софья. - Я тоже устала и, наверное, посплю. Эх, похоже, мой братец бы прав, когда говорил, что мне вас не соблазнить.
Я не был в этом так уверен, но спорить не стал. Софья начала расстилать одеяла, но вдруг с подозрением взглянула на меня:
- Слушайте, вы же мне все одеяла запачкаете
- Придется спать так, без одеял.
- Ну уж нет. Давайте снимайте свою одежду. Выставим ее под дождь, и он все отмоет.
Мысль показалась мне интересной. Я стащил с себя пиджак, рубашку и брюки и выставил их в окно. Разошедшийся не на шутку дождь вовсю молотил каплями по одежде , грязь ручейками стекала по ткани вниз.
Софья быстро укуталась в одеяла и зарылась в сено. Взяв другое одеяло, я проделал то же самое. Едва я закрыл глаза, как почувствовал, как шум барабанящего по крыше дождя и дурманящий запах сена постепенно путают мои мысли, и через некоторое время мне уже снились сны про мисс Факерман.
--------------------------
Проснулся я от того, что какое-то насекомое ползало вверх и вниз по моей щеке. Я дернул головой, но насекомое переползло на шею, а затем направилось куда-то вниз по спине. Я подскочил, намереваясь стряхнуть его, но обнаружил, что это Софья сидела подле меня и щекотала соломинкой.
- Хватит спать! - потребовала она. - Вы уже спите больше часа.
- Помощь будет еще не скоро. - ответил я и снова улегся на спину, намереваясь еще поспать. Но соломинка снова заскользила по моему лицу, шее и груди, и я открыл глаза, сердито глядя на девушку. Впрочем, спать больше не хотелось, а взгляд, которым Софья смотрела на меня, и вовсе прогнал сон. Она немного склонила голову, в ее волосах смешно застряли соломинки, лицо разрумянилось от свежего воздуха, глаза блестели, полуоткрытый рот манил. Пуговицы рубашки были наполовину расстегнуты и, казалось, ее упругая без лифчика грудь вот-вот обретет свободу. Я почувствовал как внизу живота возникает напряжение.
Я взял Софью за руку и потянул к себе. Она легла на меня, взяла мою голову в ладони и прильнула к моим губам. Поцелуй был долгим, тягучим и сладким. Ее язык проник в мой рот и мы устроили настоящую борьбу. Наконец девушка откинулась назад, устроившись попкой около моего члена так, чтобы я мог расстегнуть оставшиеся пуговицы на ее рубашке. После этого она взяла мои руки и положила их ладонями на свою грудь. Я начал аккуратно играть с ее грудью, мне хотелось впитать ладонями шелковистость и упругость ее кожи, ощутить упругость ее сосков. Софья закрыла глаза и откинула голову. Своими руками направляла мои, стараясь получить максимум удовольствия. Ее нарастающее возбуждение передавалось мне, скапливаясь внизу живота. Мой член настойчиво просился из плавок наружу. Видимо, это напряжение девушка почувствовала даже сквозь ткань своих джинсов. Она встала на ноги, скинула с себя рубашку, расстегнула джинсы и стащила их вместе с трусиками, оставшись совершенно голой.
- Великолепно. - только и смог прошептать я, глядя на ее сногсшибательные формы. Видимо, желая раздразнить меня еще больше, Софья сделала несколько эффектных танцевальных движений, насладаясь произведенным эффектом, после чего не произнеся ни слова, опустилась на колени между моих ног и стащила с меня плавки. Мой член выпрыгнул, как черт из табакерки. Девушка улыбнулась, оттянула рукой крайнюю плоть, взяла в руки правую грудь и потерлась ее соском об обнаженную головку. Она терлась долго не пропуская ни единого участка головки, и я не могу сказать кто получал больше удовольствия от этой игры. Потом она так же долго проделала то же самое соском левой груди. Наконец она зажала мой член между своими грудями и стала ритмично, но неспешно двигаться взад и вперед. Я лежал неподвижно, понимая, что моя активность может только помешать. Мне очень хотелось закрыть глаза полностью отдаться ощущениям, но я боялся пропустить хотя бы мгновение из этого чудесного зрелища.
Через некоторое время, чувствуя, что возбуждение становится критичным, я взял Софью за плечи и потянул вверх. Видимо понимая причину моей пробудившейся активности, она освободила мой член из сладкого плена и внимательно посмотрела мне в глаза. После того как напряжение несколько спало, девушка снова опустилась вниз, медленно и чувственно провела языком от яичек до головки члена и опрокинулась на спину рядом со мной, раздвинув ноги. Приглашение было совершенно недвусмысленным. Я встал на колени между ее ног, после чего закинул правую ногу себе на плечо, отчего налившиеся соком половые губы Софьи аппетитно раскрылись. Прижав одной рукой ее ногу к своему плечу, я взял в другую член и стал водить им по промежности девушки. Софья выдохнула, издав протяжный стон. Руками она начала играть со своей грудью. Я водил членом не торопясь, так же как не торопясь они играла со мной. Я с силой прижимал стоящий колом член к ее лобку, раздвигал внешние губки и дразнил вход во влагалище. Девушке явно нравилась эта игра. Ее стоны и придыхания становились все громче.
Наконец я закончил игру, нащупал членом вход во влагалище и с силой вошел.
- Да-а-а! - издала то ли крик, то ли стон Софья. Она обхватила мои ягодицы руками и с силой потянула на себя, стараясь загнать член как можно глубже. Преодолевая ее сопротивление я медленно вытянул свой инструмент из лона девушки, оставив внутри половину головки, а затем снова мощно вошел внутрь. Я проделывал это раз за разом. Софья из всех сил помогала мне руками и подмахивая тазом. Наш темп ускорялся. Девушка уже не стонала, а издавала один крик, прерывавшийся только тогда, когда она переводила дыхание. Через некоторое время я почувствовал, как ее влагалище начинает мелко дрожать и сокращаться. Эта дрожь все усиливалась и, наконец, Софья напряглась всем телом, я почувствовал, как ее влагалище сжало мой член, она немного приподнялась и, издав протяжный крик, расслабленно опустилась вниз.
Я отпустил ее ногу, и девушка перевернулась на живот. Но в мои намерения не входило оставлять ее в покое. Я лег на ее спину, она откликнулась на мое движение и приподняла таз. Мой член сам нащупал вход в разгоряченное влагалище и уютно проскользнул в него. Без всяких затей я стал двигать членом взад и вперед, одновременно покусывая ушко девушки. Софья двигала попкой в такт моим движениям. Я просунул под нее руки, обхватив ее грудь, стараясь нащупать соски. Постепенно наши плавные движения становились все напряженнее и быстрее, и вскоре я всаживал свой член в вагину девушки со всей силой. Софья стонала и извивалась подо мной, но я крепко держал ее руками, не давая двигаться слишком энергично. Наконец в головке члена я почувствовал знакомое покалывание. Вытащив член из вагины, я взяв его в руку, встал на колени и тут же разрядился на спину девушке. Струя была настолько сильной, что некоторые капли застряли у нее в волосах.
Закончив, я рухнул рядом с Софьей, удивляясь тому насколько сильным был мой оргазм. Мы лежали рядом и, улыбаясь, молча смотрели друг на друга.
- И все-таки я сделала это. - наконец удовлетворенно произнесла Софья.
- Мы сделали это. - уточнил я.
Немного собравшись с силами, мы уже вместе закутались в одеяла и, зарывшись в сено, погрузились в сон
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
Разбудил нас автомобильный сигнал. Я выглянул в окно сеновала и увидел на дороге джип полицейского управления Шпильвилля. Полицейский стоял около машины и сигналил нам. Дождь уже закончился, и сквозь разрывы облаков выглядывало солнце. Я схватил свою еще влажную одежду, быстро натянул на себя и, кубарем скатившись вниз, выскочил наружу.
- Инспектор Эрректорсон приказал помочь вам. - сообщил полицейский. В это время из двери сеновала показалась Софья. Она, сладко потягиваясь и жмурясь на солнце, неторопливо двинулась в нашу сторону. Полицейский искоса посмотрел на меня, и мне показалось, что в его взгляде промелькнула усмешка. Впрочем, как и подобает стражу порядка, он ничем не выдал своих мыслей.
Мы подцепили трос к застрявшей машине, и мощный джип без труда вытащил ее на дорогу.
- Мне пора возвращаться. Мисс Хардсон просила связаться с ней при первой возможности. - с этими словами полицейский уселся за руль, захлопнул дверь и резко взял с места. Софья принесла с сеновала одеяла, загрузила их в машину, и мы двинулись следом. Ехали молча, но на этот раз молчание не вызывало неловкости.
При подъезде к городу, когда сигнал на телефоне стал вполне устойчивым, я позвонил мисс Хардсон.
- Мисс Факерман рядом с вами? - спросила она без предисловий. - Включите, пожалуйста, громкую связь. Мне надо кое что выяснить у нее.
- Мисс Хардсон хочет о чем-то с вами поговорить. - сказал я Софье, нажимая кнопку громкой связи.
- Слушая вас, мисс Хардсон.
- Скажите, мисс Факерман, где в это время можно найти мистера Дрочелини?
- А я не знаю. Никто не знает, где он живет. Приезжает вечером перед началом выступлений, уезжает после закрытия клуба, а где его дом - неизвестно. Говорят, что где-то за городом, но где?
- Хорошо. Тогда подъезжайте к мисс Синечулкофф. Я буду ждать вас там. - ответила мисс Хардсон после некоторого раздумья и дала отбой.
Вскоре мы въехали в город и свернули к дому мисс Синечулкофф. Мисс Хардсон была уже там. Привратник мирно дремал в своей будке. Мы решили его не беспокоить и, миновав ворота, проследовали внутрь. Кабинет оказался пустым.
- И где же теперь ее искать? - недоуменно спросила Софья.
- Давайте посмотрим на первом этаже. - сказала мисс Хардсон и двинулась в сторону двери, откуда в прошлый раз появилась мисс Синечулкофф.
За дверью находилась широкая винтовая лестница. Мы сделали несколько шагов по ней, как вдруг мисс Хардсон остановилась и, обернувшись к нам, приложила палец к губам, давая знак соблюдать тишину. Зрелище, которое открылось нашим глазам было довольно необычным. Лестница, как оказалось, вела в спальню. Посредине нее стояла широкая кровать, на которой лежала обнаженная женщина, в которой мы без труда узнали мисс Синечулкофф. Перед ней на коленях стоял мужчина. Он был тоже практически голым. Из одежды, если это можно так назвать, на нем была только черная кожаная маска на голове с прорезью для глаз, носа и рта. Главной ее особенностью был торчавший на лбу солидного размера фаллос, делавший его обладателя похожим на носорога.
Мужчина, припав губами к лобку женщины, усиленно обрабатывал его языком. Судя по тому какие звуки вырывались из ее груди, делал он это весьма умело. Мисс Синечулкофф лежала с закрытыми глазами, а руками усиленно ласкала себя: сжимала и массировала ладонями грудь, теребила пальцами клитор, периодически облизывая их. Через некоторое время она ухватила мужчину за рог на лбу и стала направлять ласки партнера, то подтягивая его голову к своей груди, то опуская вниз, заставляя лизать влагалище и внутреннюю поверхность бедер. Мужчина послушно исполнял все ее пожелания.
Это продолжалось довольно долго. Наконец мисс Синечулкофф отпустила мужчину, приказала ему встать на колени около кровати, а сама разлеглась на ней, положив под голову подушку и опустив ноги на пол. Мужчина ввел свой рог между раздвинутых ног женщины и застыл в таком положении. Не понятно откуда в руках мисс Синечулкофф появился хлыст. Она размахнулась и со всей силы звучно ударила мужчину по ягодицам. Тот вскрикнул и непроизвольно дернулся так, что фаллос с силой вошел в вагину женщины, раздвинув половые губы. Она открыла рот и тоже издала короткий вскрик. Мужчина тем временем медленно вытянул фаллос назад и снова застыл. Раздался новый смачный удар хлыстом, и рог снова вонзился в вагину женщины, снова заставив ее вскрикнуть. Затем последовал следующий удар, потом еще один и еще. Удары сыпались один за другим все чаще и чаще. Скоро хлыст молотил по ягодицам мужчины практически без остановки а фаллос пронзал женщину со скоростью иголки в швейной машинке. Мисс Синечулкофф громко стонала, кусала губы, сжимала свободной рукой соски на своей груди, а другой непрерывно наносило удары. Ее тело и лицо блестели от пота, и мне оставалось только удивляться ее выносливости и долготерпению парня. Наконец мисс Синечулкофф отбросила хлыст, широко развела ноги в стороны, обхватила обеими руками голову мужчины и с силой прижала ее к своей промежности, стараясь загнать фаллос как можно глубже. Она застыла в таком положении на несколько секунд, после чего отпустила голову своего партнера, и ее тело обмякло. Мужчина без сил опустился на пол возле кровати.
Но испытания для него были еще не закончены. Передохнув какое-то время, мисс Синечулкофф уселась на краю своего ложа и приказала мужчине встать перед ней так, что его член оказался прямо перед ее лицом. Двумя пальцами женщина приподняла член. Даже в висячем состоянии об был внушительных размеров. Недолго полюбовавшись на это произведение природы, мисс Синечулкофф отодвинула крайнюю плоть, лизнула головку, и, заглотив весь член целиком, снова застыла. Потом она медленно вытащила член изо рта и коротко бросила:
- Дрочи!
Мужчина обхватил рукой член и стал энергично водить сжатой ладонью по стволу, обнажая крайнюю плоть и стараясь держать головку напротив губ женщины. По мере того, как член увеличивался в размерах, глаза мисс Синечулкофф загорались все сильнее, ноздри раздувались, а дыхание учащалось. Высунув язык, она сначала старалась лизать головку, а потом, не выдержав, отбросила руку мужчины и заполучила член в единоличное владение. Она обхватила его двумя руками, засунула головку себе в рот и причмокивая стала крутить головой не выпуская свой игрушки. Затем она схватила ягодицы мужчины руками и насадилась ртом на член, загнав его себе в горло. Мужчина застонал от того, что такое обращение с его истерзанными ягодицами причиняло ему боль, но мисс Синечулкофф не обратила на это ни малейшего внимания. Она продолжала насаживаться ртом на член, освобождая его ненадолго, лишь для того, чтобы перевести дыхание и немного полизать головку.
Наконец и это занятие ей наскучило. Она приказала мужчине:
- Давай его сюда.
Видимо, все это проделывалось неоднократно, потому что мужчина без единого слова поднял руки к фаллосу на своем лбу, немного поколдовал, отсоединяя его от маски и протянул мисс Синечулкофф. Та снова опрокинулась на спину и задрала ноги вверх. Мужчина закинул их себе на плечи и ввел свой стоящий колом член в вагину женщине. Машина любви снова заработала в полную силу. Мисс Синечулкофф сначала водила фаллосом по животу и груди, а потом засунула его себе в рот, имитируя движения члена. Впрочем, на это раз в такой позе она пребывала недолго. Согнув ноги, она уперлась ногами в грудь партнера, перевернулась на живот и встала на колени. Затем женщина облокотилась на кровать и просунула фаллос между ног, пристраивая его около своей попки. Мужчина тем временем коленями на кровать, облизал два пальца и ввел их в анальное отверстие женщины, подвигав ими в разные стороны. Затем он освободил дырочку и, взяв фаллос, осторожно ввел его почти полностью женщине в анус. Мисс Синечулкофф застонала, прижимаясь грудью к кровати. Мужчина тем временем ввел свой член ей в вагину и взял максимальный темп, будто желая отомстить за предыдущие унижения. Он вгонял свой член с такой силой, что шлепки животом по ее попке звучали едва ли не громче, чем недавние удары хлыстом.
Лицо мисс Синечулкофф раскраснелось. Пот уже градом катил по ее телу. Она издавала почти непрекращающийся стон и старалась как можно сильнее прижаться грудью к кровати. Мужчина, чье тело тоже блестело от пота, хватал ртом воздух, но не останавливал своего движения ни на мгновенье. Наконец он запрокинул голову назад и, издав протяжный крик, с силой вогнал член в женское лоно, изо всех сил прижимаясь к нему. Я видел, как напряглись мышцы его рук и живота. В конце концов мужчина ослабил свою хватку, и женщина обессилено растянулась на кровати. Член выскользнул из ее вагины, и оттуда на скомканную простыню вытекла тоненькая струйка спермы.
Мужчина слез с кровати и остался стоять возле нее, ожидая дальнейших распоряжений своей госпожи. Но та не торопилась приходить в себя. Она лежала на кровати и, казалось, прислушивалась к ощущениям внутри себя. Наконец, перевернувшись на спину мисс Синечулкофф промурлыкала:
- Можешь снимать.
Мужчина расстегнул ремешки на маске, снял ее, и перед нами предстал мистер Дрочелини.
- Ой! - вскрикнула от неожиданности Софья.
- Кто здесь?! - подскочила на кровати мисс Синечулкофф, прикрывая свою наготу подушкой. Дрочер с перекошенным от страха лицом так и остался стоять возле кровати.
- Это мы, мисс Синечулкофф. - ответила мисс Хардсон, спускаясь вниз по лестнице. Софья и я проследовали следом за ней.
- Да как вы посмели? - в голосе хозяйки дома слышалась ярость. - Я сейчас полицию вызову!
- В таком случае только произошедшее здесь вряд ли останется для кого-то секретом. - не без улыбки парировала мисс Хардсон.
Следует отдать должное мисс Синечулкофф, которая довольно быстро овладела собой. Отбросив подушку, она встала на кровати в полный рост, как бы давая понять, что не намерена подчиняться кому бы то ни было, и спросила с вызовом в голосе:
- И что же вы хотите?
- Вообще-то нам нужен был мистер Дрочелини. - миролюбиво ответила мисс Хардсон. - Он говорил, что можно заявить на соревнования темную лошадку. Это еще возможно?
- Д... д...да. - заикаясь, произнес Дрочер.
- Очень хорошо. И еще я хотела бы поросить его об одном одолжении.
- Что за одолжение? - насторожилась мисс Синечулкофф.
- Одолжение, которое поможет пролить свет на проишествие с Анной Титьман. - ответила мисс Хардсон. - Но об этом я хотела бы поговорить с мистером Дрочелини непосредственно в клубе. Он сможет прибыть туда примерно через полчаса?
- Он будет там. - ответила вместо Дрочера мисс Синечулкофф, которая окончательно пришла в себя. - Но у меня тоже есть к вас одна просьба.
- Это касается того, что сейчас здесь происходило? - предугадала просьбу мисс Хардсон. - Чья бы то ни было личная жизнь не касается меня, если она не противоречит законам Объединенного Королевства Великобритании и не задевает честь Ее Величества Королевы. Поэтому от себя и от лица моих спутников даю вам слово, что ничего из произошедшего здесь никогда не будет использовано против вас. К тому же ваша репутация, как будущего мэра, настолько безупречна, что вряд ли кто-то поверит в то, что такое возможно.
Я видел, как на лице мисс Синечулкофф промелькнула злость, но парировать ей явно было нечем.
На этом обмен любезностями был закончен.
- Ну и дела-а-а... - протянула Софья, когда мы вышли на улицу.
- Мисс Факерман, я дала слово, что все увиденное останется тайной. - напомнила мисс Хардсон.
- Да не собираюсь я никому рассказывать. - заверила ее Софья. - Просто все это так неожиданно.
Мы уселись в машину и двинулись в сторону клуба.
- А мисс Синечулкофф еще та штука. - не унималась Софья.
- Чтобы понять, что она не так целомудренна, как пытается казаться, достаточно было посмотреть на ее дом. - ответила мисс Хардсон. - Разве вход в дом вам ничего не напоминает?
- Ну.. Не знаю....- задумчиво произнесла девушка. - Может быть сердечко?
- Странно, что вы не увидели там вагину, пронзенную фаллосом. - с улыбкой озвучила свое понимание этой архитектурной композиции мисс Хардсон.
- Ой, и вправду - фаллос. - со смехом согласилась Софья.
- Не знаю, осознанно или неосознанно, но она вложила всю свою сексуальную страсть в эскизы этого дома.
- - И все-таки, как вы догадались, что Дрочера надо искать у мисс Синечулкофф? - продолжала любопытствовать Софья.
- То, что мистер Дрочелини не настоящий владелец клуба, я поняла, как только увидела его в клубе. В костюме дешевого сутенера смотрелся лишним элементом в интерьере своего кабинета. Кроме того вы, мисс Факерман, сами сказали, что у вас строгие правила насчет сексуальных домогательств. Но вряд ли такой хлыщ, как Дрочер, стал бы об этом беспокоиться. Да еще он довольно-таки эмоционально отрицал возможную причастность мисс Синечулкофф к исчезновению мисс Титьман. Как и она энергично опровергала мои подозрения в отношении Дрочера. Это сразу показалось мне странным. Все встало на свои места, когда я увидела кабинет мисс Синечулкофф. Разве вы не заметили, что это практически один и тот же стиль с директорским кабинетом в клубе? Темные цвета, отделка деревом, массивная мебель. А когда вы, мисс Факерман, сказали мне, что кабинет мистера Дрочелини отделали примерно в то же время, когда мисс Синечулкофф строила свой дом, то у меня не осталось сомнений относительно того кто является истинным хозяином клуба.
- Точно - изумленно произнесла Софья. - Но зачем это все ей? Почему нельзя было просто самой стать директором?
- Во-первых, вряд ли должность владельца стриптиз клуба, при всей его популярности, помогла бы мисс Синечулкофф стать мэром города. А кроме того, все эти акции протеста старых дев - хорошая реклама клубу. Ну, и давайте не забывать, что в мы живем в старой доброй Англии, где традиции, пусть даже такие смешные, как феминизм, являются национальным достоянием и кто-то должен их поддерживать.
За этими разговорами мы подъехали к клубу.
- Теперь будем ловить преступника? - спросила Софья, когда мы остановились. - Что надо делать?
- Вы очень нетерпеливы, мисс Факерман. Думаю, вам с мистером Факсоном сейчас лучше поехать домой и привести себя в порядок. - с улыбкой ответила мисс Хардсон. Я не сомневался, что эта женщина знает о произошедшем на сеновале все.
- После этого вы должны вернуться в клуб, и к окончанию соревнований раположиться в зале около служебного входа. - видя, что на языке Софьи крутится миллион вопросов, мисс Хардсон вежливо, но твердо завершила разговор. - Мисс Факерман, поверьте, для всех будет лучше пока оставаться в неведении.
И хотя на лице Софьи явно читалось разочарование, она подчинилась без единого звука.

Это сообщение отредактировал Скрипач - 23-01-2013 - 02:32
Скрипач
 
  • *
  • Статус: Давай пообщаемся!
  • Member OfflineМужчинаСвободен
--------------------------
Приведение моего костюма в порядок заняло довольно много времени. Поэтому обратно в клуб мы вернулись, когда выступления уже начались. Следуя указаниями мисс Хардсон, мы расположились за столиком около служебного входа. Народу в зале было много. Публика поддерживала выходящих на сцену девушек аплодисментами и свистом. Девушки появлялись на сцене одна за другой, но я не могу сказать, что выступление кого-то из них меня сильно впечатлило.
- А как происходит выбор победителя? Что-то я не могу понять, кто из присутствующих является членом жюри? - обратился я к Софье.
- Так жюри и нет. Каждый в зале может купить специальный талон для голосования. В нем надо отметить тех, кто тебе понравился.- пояснила девушка. – И та танцовщица, которая наберет наибольшее число голосов, становится победительницей. Если двое наберут одинаковое число голосов, то они танцуют еще по одному танцу. Все просто.
Соревнования уже подходил к концу, когда ведущий объявил:
- Прошу поприветствовать несравненную мисс Бимбо!
Заиграл какой-то веселый мотивчик, и на сцене появилась длинноволосая блондинка в больших очках в костюме то ли учительницы младших классов, то ли секретарши. На ней были черные обтягивающие брюки белая в синюю полоску рубашка, в глубоком вырезе которой угадывалась не маленькая грудь. В руках у девушки была несколько листков бумаги. Она прошлась по сцене, строя глазки кому-то в зале, затем как бы неловко повернулась и листы рассыпались по сцене. Девушка бросилась их поднимать, эффектно выставив попку и двигая ею во все стороны. Но листы бумаги никак не хотели собираться. Они разлетались в разные стороны. Мисс Бимбо остановилась, провела рукой по лбу, как бы давая понять, что она вспотела от такого занятия, и расстегнула несколько пуговиц на своей рубашке, обмахивая себя ладонью.. Затем как бы стесняясь своей обнажившейся груди, она прикрыла себя руками и кокетливо посмотрела в зал поверх очков, потом взмахнула головой, отчего ее волосы разлетелись в разные стороны и спутались. Девушка повернулась к залу спиной и стала, изящно пританцовывая, медленно стягивать с себя рубашку. Когда с рубашкой было покончено, она одним резким движением сдернула с себя брюки и зашвырнула их куда-то в зал. Зал заметно оживился, и мне даже показалось, что в том углу, куда улетели брюки возникла маленькая борьба за неожиданный трофей.
Мисс Бимбо, оставшись в одних узеньких трусиках и очках, покрутилась еще немного, давая разглядеть себя со всех сторон и во всех ракурсах, а затем походкой манекенщицы ушла за кулисы, так и оставив листы бумаги валяться на сцене.
Я не мог не признать, что это было лучшее выступление из тех, что я до этого видел.
- Это Анька помогала ей делать этот номер. – вздохнув, сообщила мне Софья.
В это время на сцене снова появился ведущий и, стараясь придать своему голосу как можно больше таинственности, произнес:
- А теперь, дамы и господа, нас ждет сюрприз! ТЕМНАЯ ЛОШАДКА!!!
Свет на сцене погас, заиграла какая-то композиция в стиле тяжелого рока, и в луче прожектора из-за кулис на сцену вышла, нет, правильнее сказать ворвалась высокая девушка. Ее лицо закрывала большая маска, за которой можно было лишь разглядеть копну рыжих волос. То, что на ней было надето трудно было назвать костюмом. С массивной цепи на шее свисали , доходя до середины бедра, шелковые блестящие ленты, перехваченные в талии тоненькой ниткой. Из всей одежды за лентами просвечивали только крошеные почти невесомые трусики.
Девушка опустилась на колено, уперлась одной рукой в бок, а другую вытянула вперед, обведя ею зал. Маска скрывала лицо девушки, но ее поза как бы говорила каждому находящемся в зале, что это танец именно для него. У меня никогда не получалось понять в чем состоит изящество кошачьих. Поэтому мне трудно описать то, что происходило на сцене. В танце девушки, казалось, соединились грациозность пантеры с силой тигрицы и ласковостью домашней кошки. Это был танец королевы, который завораживал и заряжал энергией одновременно. Девушка двигалась по сцене с уверенностью хозяина положения. Она не старалась понравиться, но именно этим и нравилась. Ленты спадали с нее одна за другой, обнажая красивую грудь с упруго торчащими сосками, изящные бедра и длинные ноги. Движения, в которых не было ни капли вульгарности, были и легки, и изящны, и бесконечно эротичны.
В конце концов, когда танцовщица была практически обнажена, и раздались финальные звуки музыкальной композиции, девушка снова опустилась на одно колено. Она скрестила руки на груди, немного склонившись вперед, застыв в таком положении на мгновенье, а затем вскинула голову вверх и одним энергичным движение сняла с себя маску и рыжий парик. Смолянисто черная копна волос рассыпалась по плечам девушки, и перед нами предстала во всей своей красе… мисс Титьман!
На мгновенье зал ошеломленно затих, а затем взорвался в неистовстве.
- Анька! – радостно закричала Софья и попыталась прорваться к сцене. Но там уже столпилось куча народа, выражавшего восторг по поводу возвращения своей любимицы. Можно было не сомневаться, что вопрос о победительнице соревнований был решен однозначно.
Но не все были рады такому чудесному возвращению мисс Титьман. Я заметил, как начальник охраны с искаженным от страха лицом, пытается пробраться к выходу, однако увидев входящего в зал инспектора Эрректорсона, бросился к служебному входу. Еще не до конца осознавая, что происходит, но, понимая, что надо действовать, я бросился наперерез начальнику охраны и повалил его на пол. Он был крупным мужчиной и отчаянно сопротивлялся, но вместе с подоспевшим инспектором и еще одним полицейским мы скрутили его, надели наручники и вытолкали в коридор за служебной дверью. Софья, которая, казалось, единственная заметила произошедшее выскочила вслед за нами.
В коридоре нас поджидала мисс Хардсон.
- Отличная работа, инспектор. – сказала она.
- Думаю, здесь больше надо благодарить мистера Факсона за хорошую реакцию. – ответил Эрректорсон. Не скрою похвала этого старого вояки была мне приятна.
Начальник охраны растерянно переводил взгляд с мисс Хардсон на инспектора и обратно.
- Вы признаетесь в покушении на убийство мисс Титьман и мистера Факермана? – прорычал ему в лицо Эрректорсон.
- Убийстве? – испуг на лице начальника охраны сменился ужасом. – Нет, нет! Что вы! Я не хотел их убивать! Я только хотел, чтобы мисс Титьман не участвовала в соревнованиях! Я даже кормил ее! Я все расскажу! Я не хотел их убивать!
- Уведите! – коротко бросил инспектор своему подчиненному. Тот бесцеремонно потащил арестованного к выходу.
В это время со сцены за кулисы наконец-то вышла мисс Титьман. Только сейчас вблизи разглядев ее лицо я увидел, что она очень устала. Можно было только догадываться каких сил стоило ей это выступление.
- Уйи-и-и-и!!! – взвизгнула Софья, бросилась к подруге и повисла у нее на шее. – Анечка! Я так рада! Ты жива! С тобой все в порядке?
- Все в порядке. – низким грудным голосом ответила мисс Титьман. – Только устала немного.
- Мисс Факерман, давайте отвезем вашу подругу домой. – предложила мисс Хардсон. – Инспектор Эрректорсон, думаю, больше нет оснований держать в участке мистера Факермана.
- Конечно. – согласился инспектор.
- Тогда не окажете ли вы услугу, возьмите, пожалуйста, с собой в участок мистера Факсона, а потом пусть кто-нибудь из ваших подчиненных доставит их вместе с мистером Факерманом домой.
- Конечно. Сегодня вы заказываете музыку. - снова согласился инспектор и, немного помолчав, добавил. – Ведь я ваш должник.
--------------------------
Примерно через час мы все собрались в холле дома Факермана за столом с наспех приготовленным ужином. Сигизмунд и Анна в обнимку сидели на диване. Мисс Хардсон расположилась в кресле, я уселся в другое . Софья пристроилась на широкой ручке моего кресла: так ей было удобнее раскладывать еду по тарелкам и разливать чай.
- И все-таки я ничего не понимаю. Как так получилось? – защебетала Софья. - Вроде бы ничего, ничего, и вдруг – бах! – Анька нашлась, преступник пойман. Как так?
Мисс Хардсон с улыбкой взглянула на девушку:
- В этом деле все было как-то несуразно. Это вполне могло быть преступлением на почве страсти. Но единственный, кто мог его совершить – мистер Факерман, сам оказался жертвой. Это могло быть происками жуликов, зарабатывающих на ставках. Но у главного подозреваемого мистера Скаундрелла было алиби. Жуликоватый директор клуба? Но он терял на этом больше всего. Воинствующая феминистка мисс Синечулкофф? Вряд ли человек, претендующий на пост мэра города пойдет на такое. Получается, что тот, у кого была возможность совершить преступление, не имел мотива. А тот, кто имел мотив – не имел возможности. Раздумывая над всем этим, я пришла к выводу, что преступник должен был быть хорошо знаком с внутренними порядками в клубе и в то же время не быть явно вовлеченным в ажиотаж вокруг соревнований. Единственным человеком, который подходил под эти требования был начальник охраны. Могу поспорить, что у него с мисс Бимбо был роман. Вы помните те блестки, которые я заметила у него на щеке, во время первой нашей с ним встречи?
- Да, мне это тогда тоже показалось подозрительным. – ответила Софья.
- Наверняка это были следы от макияжа мисс Бимбо. Но признаться в своем романе открыто они по каким-то причинам не хотели. Может быть начальник охраны не рассчитывал на длительные отношения, а может быть, захотев заработать на соревнованиях денег, решил, что будет надежнее, если она будет под присмотром. Как бы то ни было, чтобы сорвать куш побольше, начальнику охраны надо было исключить из соревнований вас, мисс Титьман. Вы были явной фавориткой, и большинство игроков ставило на вас. А потому больших денег заработать не получилось бы. В ваше отсутствие на мисс Бимбо получилось бы заработать гораздо больше. Конечно, был риск, что она проиграет, но, как я теперь понимаю, он был не так уж и велик. Могу поспорить, что та анонимная ставка по телефону, о которой нам рассказали в букмекерской конторе, была сделана именно начальником охраны.
- Не могу поверить, что Бимбо оказалась на такое способна. – вступила в разговор мисс Титьман.
- Вы имеете в ввиду ваше похищение? – уточнила мисс Хардсон. - Не думаю, что она в этом как-то участвовала. Инспектор Эрректорсон ее, конечно, допросит по всей строгости, но, полагаю, единственное в чем она виновна, так это в полном неумении выбирать себе мужчин.
- В этом вы правы. – согласилась мисс Титьман. – Есть за ней такой грех.
- Думаю, начальник охраны не врал, когда говорил .что не хотел никого убивать. – продолжила мисс Хардсон. – Он действительно хотел только, чтобы вы исчезли на время соревнований. Мистер Факерман оказался случайной, но очень удобной жертвой. Когда вы, Сигизмунд, пошли смотреть выступление вашей невесты, начальник охраны подсыпал в оставленный вами в гримерной ужин сильнодействующее снотворное. Вы не почувствовали его вкуса, потому что чесночный соус, которым была приправлена еда, отбивает практически любой вкус. В этом преступнику тоже повезло. Когда вскоре после ужина вы уснули, начальник охраны дождался, когда все уйдут, перетащил вас обоих в свой джип и вывез за город. Там он бросил мистера Факермана на сеновале, предусмотрительно засунув ему в пиджак лифчик мисс Титьман, а ее саму отвез в другое место неподалеку от своего дома и посадил на цепь.
- Ой, Анечка! – воскликнула Софья. - Как же тебе досталось!
- Такой жуткий сарай. - мисс Титьман поежилась от воспоминаний.
- Но как вы догадались, что он бросил меня на сеновале? –поинтересовался Сигизмунд.
- Когда мистер Факсон делал перевязку, я заметила в ваших волосах маленькие соломинки. Поэтому-то я попросила его и вашу сестру поискать неподалеку от города сеновал, где вы могли бы находиться, пока были без сознания. Из-за того, что вы, Сигизмунд, съели большую часть ужина, ваше самочувствие было гораздо хуже, чем у мисс Титьман. Поэтому вы мало что помните, а, выбираясь с сеновала, упали, поранив голову, что тоже не способствовало улучшению памяти. После того, как мистер Факсон нашел следы крови, у меня уже не оставалось сомнений в том, кто является настоящим преступником. Я отправилась к инспектору Эрректорсону и рассказала ему о своих предположениях. Надо отдать ему должное, он не стал, как наш любимый инспектор Лейкстрейд, корчить из себя всезнайку, а, изучив все варианты, где могла бы находиться мисс Титьман, направил своих людей в наиболее вероятное место. К счастью поиски довольно быстро увенчались успехом.
- Ой, я была так рада, когда меня нашли! – засмеялась мисс Титьман. – Никогда не думала, что буду так радоваться полиции!
- Но оказалось, что освобождение мисс Титьман не давало нам прямых улик против начальника охраны. Хотя он пару раз приносил еду и воду, но бросал их через окно сарая так, что она не видела его лица. С учетом всего этого Эрректорсон не мог провести обыск в его доме, а потому единственным вариантом оставалось воспользоваться эффектом неожиданности и взять преступника на испуг. Тогда мы с инспектором и придумали этот номер с темной лошадкой. Было важно сохранить план в секрете, оттого я не стала посвящать в него вас, мисс Факерман, и вас, мистер Факсон. Мистер Дрочелини помог нам незаметно провести мисс Титьман в здание клуба, ну а финал вы видели. Могу лишь выразить свое восхищение вам, мисс Титьман, тем, насколько великолепно вы все исполнили,
- Да что там. – отмахнулась Анна, но по ее лицу было видно, что она весьма польщена.
- Ну что же… - подвела итог разговору мисс Хардсон. – Дело сделано, пора возвращаться. Поезд на Лондон отправляется через сорок минут.
- Вы уезжаете? – разочарованно произнесла Софья, глядя на меня.
- Я уезжаю. – уточнила мисс Хардсон. - А мистер Факсон, насколько я понимаю, намерен тут немного задержаться.
- Да, я должен пару дней понаблюдать мистера Факермана на предмет возможных осложнений. – ответил я.
- Тогда, мисс Факерман, я попрошу вас отвезти меня на вокзал. Думаю, вашему брату и мисс Титьман уже не терпится отдохнуть.
Анна и Сигизмунд переглянулись и можно было не сомневаться, что в постель они были готовы отправиться в ту же секунду.
--------------------------
На вокзале, уже перед самым отправлением, когда мисс Хардсон расположилась в своем купе, она протянула мне билет букмекерской конторы:
- Да, чуть не забыла, мистер Факсон. Не будете ли вы любезны заглянуть завтра в букмекерскую контору? Я сделал ставку на темную лошадку. Не знаю, каков будет выигрыш, но, судя по всему, мы пощипали этих ребят изрядно.
После того, как поезд тронулся Софья, глядя вслед огням удаляющегося поезда, восхищенно произнесла:
- Вот это женщина! Я даже немного завидую вам, мистер Факсон, что вы живете рядом с ней.
Вернувшись домой, мы обнаружили, что Анна и Сигизмунд уже отправились отдыхать. Правда, судя по всему, отдых этот протекал весьма бурно. Я налил себе чаю и расположился на кресле в холле. Софья подошла к мне и села на ручку кресла лицом ко мне. Некоторое время мы прислушивались к звукам доносившимся из спальни. Наконец Софья произнесла:
- Думаю, будет неправильно, если консенсус сегодня будет только у них.
Я хотел было уточнить, не путает ли она консенсус и коитус, но тут ее губы прильнули к моим, и я почувствовал, как ее рука, расстегнув молнию на моих брюках, проникла внутрь и начала осторожно поглаживать член.
0 Пользователей читают эту тему (0 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)

Страницы: (1) 1



Интересные топики

Нам нельзя быть вместе

Благодарю

Гость трахнул мою , довольно взрослую жену

гетеро

Подарок